— Да идите вы! Что за паника! — мгновенно взбесился я.

— Сейчас мно-огое изменится… — пообещал Гоблин, отвязывая швартовочные концы.

Глянув на рубку, я поймал взгляд шкипера. Маурер успокаивающе кивнул, показав на рацию: в курсе, мол, все нормально… А «Дункан», коротко предупредив нас противным сигналом, начал стремительно отваливать от борта, поначалу отстав, а потом с догоном же выстраиваясь уже с правой стороны — так, чтобы перекрывать близкий берег. Носовой и кормовой «плутонги» нацелились на проплывающий мимо лес.

Я свисаю, спецоперация «Президент»!

— Если с тебя хоть волос упадет, Сотников нас в грунт по плечи вколотит, — весело пояснил Кастет. — Потерпи, почти коллега! Давай лучше номера стволов сверим, на удачу! А жилетик-то накинь, накинь…

Все поняв, я тем не менее «жилетика накидывать» не стал.

— Что думаешь делать, Спасатель? — в прежней нагловатой манере поинтересовался Гоблин.

— У тебя есть полномочия вести международные переговоры… сталкер? — процедил я.

— С некоторых пор нет, — неожиданно легко оттолкнул его Кастет. — Забрали их у нас к чертям, после неких подвигов… да.

Обстановку разрядила Zicke, эффектно появившись на палубе в сопровождении шкипера, — вся в легком белом платье. Накрашенная и уложенная!

Фея! Е-э… Хороша, бестия!

Не один я это заметил! Сталкеры затоптались на месте, одергивая форму и пряча подальше оружие, Гоблин заулыбался, сделавшись еще страшнее, Костя начал принимать рыцарственные позы.

— Ленни Кальми-Ре, личная фрейлина его высочества Спасателя, — промурлыкала хитрая дева по-немецки, потом по-французски и совершила изящный книксен. Получилось породисто.

Мужики что-то радостно и традиционно тупо забубнили в ответ. А капитаны встали друг против друга у бортов и начали легко перекрикиваться на немецком — суда шли очень близко. Ленни, накрасовавшись и наслушавшись комплиментов, вновь поставила стул, картинно раскинула альбом и принялась артистично зарисовывать все подряд, — тут уж головорезов было не отклеить! Эх, нужно будет этому Гоблину в нос зарядить, нужно…

Кстати. Я пошел на нос, чтобы не расстраиваться. Потом лег на корме.

Минуты тянулись и тянулись. Час совместного пути. Начался второй. Казалось, эти тяжелые километры никогда не закончатся.

Волга становилась все шире, пологий мыс с купинами низких деревьев заканчивался, вот суда выскочили на огромный разлив… берега разбежались… и впереди справа показался Замок! Большой, серый, с высоким донжоном сбоку, он стоял на небольшой возвышенности и, казалось, полностью контролировал все пространство вокруг. Наблюдатель. Командир. Совсем не похожий на все виденные мной раньше. Неброский, но основательный, мощный. Какой-то вечный. Неубиваемый.

Навстречу нам летели разномастные моторки, штук шесть. От берега отчаливали и другие лодки.

А поперек широченной реки, медленно утюжа воду, двигалось странное приземистое судно, похожее на военный паром. На палубе стояли люди и махали руками. Надо же, встречают!

— Подожди, еще не то будет, — тихо предупредил Кастет, бесшумно подкравшийся сбоку. — Сотников распорядился устроить вам встречу по высшему разряду. А ему всегда видней. Не обедали еще? Это хорошо. Там такой обед зарядили… Меню смотрел.

Третий раз слышу эту фамилию. Первый раз — от Эдгара.

— Что за Сотников такой? Нормальный мужик?

— Это не мужик, это Роль Личности в Истории.

Вот и причал. Каменная щербатая полка все ближе и ближе. Сбоку выстроилась куча машин, самых разных, много людей. На стенах крепости тоже стоят и машут, что-то кричат.

Ба-бах!

На стене цитадели звонко рявкнула пушка!

От неожиданности я вздрогнул! Бес вам в бок, так ведь и заикой останешься! Да, это вам не «эрликончики»… Кастет, зараза, мог бы и нормально предупредить! Я оглянулся. Экипаж приходил в себя. Ленни с помощью лесного разбойника быстро собирала разлетевшиеся по палубе белые листы.

Лунев довольно обернулся:

— Каждый раз балдею!

Оба судна почти синхронно включили ревуны, а потом в наступившей тишине над стремительно приближающимся причалом из динамиков громко зазвенел, понесся нам навстречу «Марш Петра Великого», «Петровский марш» — «Встречный марш»!

Мамочки…

У меня выступили слезы.

— Плачешь, чувак? — Ленка тихо прижалась справа.

— Это неприемлемо, — передразнил я Кастета, проведя кулаком по глазам.

Береговая команда уже сноровисто вязала узлы на кнехтах, на причал полетели сходни. Взяв подругу за руку, я обернулся к Кастету:

— Костя, а что там на первое будет?

— Так борщ! Что ж еще…

— И то верно, — сказал я.

И сделал первый шаг по старому серому камню.

Здравствуй, Родина!

Я вернулся.

Алексей Сотников, диггер-прагматик… и политик-романтик

И чего я сюда чуть ли не раньше всех прибежал?

Девчата из диспетчерской явно поторопились, действия служб еще не согласовали, но от греха выдернули начальника раньше времени. Зато оперативно получилось — только узнали, сразу отреагировали.

— Куда?

— Да вот, прямо за поворотом, но не направо, как обычно. Там увидите.

И слесарь убежал. Отлично дело поставлено: порск! — и нету. Ладно, идем сами, не маленькие, да и путь мне пока знаком — в разных крыльях огромного и мрачного подвала Замка давно размещены многочисленные склады служб. У меня тоже имеется личный склад. А вот здесь уже не знаю… Новое место, точно не бывал. Ну, слесарюга… Теперь вниз, как я полагаю? Точно. А ступенек-то много. Я же вроде заходил сюда еще в первые судорожные дни? Или это в другом крыле было? Не помню уже, череда событий съела не самые нужные и важные воспоминания.

Снизу раздавались громкие голоса. Есть там народ, шевелится.

— А Дугин, Дугин где?

— Он еще ниже. Ты инструмент принес?

— Какой? — тупым таким голосом.

— Генос, ты тупой? Кем работаешь? Такой! Дуй в бытовку, хватай синий чемодан! Голову снимут на хрен, тут все на взводе!

Мимо меня наверх молнией пронесся еще один слесарь — тот самый «тупой Генос», лишь теплый ветерок запахом лука мазнул по лицу. Прямо с обеда бедолагу сняли — откуда сообразительности взяться. Второй ломанулся по лестнице вниз, меня, между прочим, тоже не заметив. А чего замечать командира, хожу тут, как тень отца Гамлета, хрен кто внимание обратит, пока Шекспир не скажет.

— Фонарь держи правильно! — донеслось снизу среди гула голосов.

— Да держу я! — и матом.

Кстати, мой надо бы поменять, какой-то он немодный, тяжелый и светит плоховато. Все давно с LED-ами бегают. Шагал я осторожно: ступени старые, темно, а туфли на мне новые, лаковые, жалко будет, если изгваздаю. Одиннадцать, двенадцать… Ну да, все пролеты по двенадцать ступеней, понятно, как же без вас, Уважаемые Смотрящие!

Как же вы уже достали своей одинаковостью в счете. Без вас тут ничего не сладится…

Дальше мне спускаться не пришлось, некуда было: в узком проходе подземного хода толпилось человек восемь, не меньше. Хорошо, что сбоку имеется широкая ниша. Пустая? Не вижу отсюда. Ого, а не ошиблись диспетчера! Да тут тоже наше хозяйство, оказывается! Сбоку от меня на каменной кладке подземелья белела прямоугольная надпись на табличке со стрелочкой, пристрелянной дюбелями: «Генераторная № 2». Как много я не знаю про свой Замок. Нет, генераторную номер один я отлично помню, сам агрегат принимал на запуске. А тут? Это где турбина стоит, что ли?