- Наверное. - Каролину слегка расстроил такой однозначный ответ, но тут Альда добавила: - У него есть невеста. Но…

- Что «но»?.. Она тебе не нравится? – затаив дыхание, Кари ждала ответа, но Альда не торопилась, разжигая своей леностью нетерпение девушки.

- Она мне и не должна нравиться. Пусть она ему нравится. В общем-то, Алисия неплохая девушка, но мне кажется у них какие-то неурядицы. Я уже давно ничего не спрашиваю.

Алисия?! Каролина чуть не упала на месте, очень стараясь не отхватить ножницами лишнюю прядь. Вот жеж подонок! Невеста у него есть! Теперь перед ней встала новая дилемма: затянуть ли процедуры Альды, как она собиралась, чтобы Энджел как раз столкнулась с Данте или отправить пораньше, не позволив. Решение не заставило себя долго ждать: сегодня Альда просидит у неё в кресле больше часа.

- Отношения у них какие-то аморфные. Голову дурят. - Эти слова принесли Кари небольшое облегчение. Значит не всё там так гладко.

- Понятно. Прямо тайны мадридского двора…

- И не говори. Думаешь, он мне рассказывает о своих похождениях за чашечкой чая?

Каролина рассмеялась:

- Уверена, что нет.

- То-то и оно.

Каролина чувствовала себя не хуже Фемиды. Только вот повязки у неё на глазах, как символа беспристрастия, не было. Какая уж тут беспристрастность, когда решалась судьба родного человека. Энджел была для неё больше чем подруга – как сестра. Потому её радости и горести Каролина принимала близко к сердцу. Может, даже излишне близко, но по-другому не могла.

Не рассказать Энджел об Алисии, значит повторить свою же ошибку и потом снова прослыть предательницей. Поэтому лучше будет сделать это. Только вот слова надо тщательно подобрать.

Судя по реакции матери Данте, её не сильно вдохновляла его невеста. И невеста та, как видно в кавычках, а потому ещё разобраться надо. Так вот пусть Энджел сама и разбирается. И лучше сейчас, а не потом.

Занятие для мечтателя: смотреть на часы и ждать. Но не для него. Ждать он ненавидел, особенно в окружении гламурных плакатов и снующих туда-сюда таких же гламурных «тюнингованных» девиц.

Теперь кроме всего прочего его мозг занимал другой вопрос: как чувства, от которых он старательно пытался избавиться, могли существовать без каких либо источников подпитки и почвы для развития.

Вот так и могли… Куда же им теперь деться, если объект его обожания снова возник перед глазами. И пусть не было сомнений в том, что не могла она знать, что может с ним столкнуться, кто-то очень постарался, чтобы в этот момент они оба оказались именно здесь. Никак сама судьба прикладывала к тому усилия.

Звякнул колокольчик, сообщая, что в салон вошёл очередной посетитель. Уже несколько раз Данте слышал этот мелодичный звук, но ни разу не смотрел на дверь. А сейчас почему-то интуитивно повернул голову, натолкнувшись на знакомую женскую фигуру и прелестное личико.

Энджи подошла к администратору. Девушки обменялись приветствиями, улыбнулись, дама за стойкой что-то защебетала. По той непринуждённости, что сквозила в жестах, было понятно, что они знакомы и Энджел не раз уже сюда заходила. Кивнув, девушка скользнула быстрым взглядом по залу и замерла, остановившись на мужчине.

Первым её желанием, продиктованным ещё не отошедшим от их последнего разговора организмом, было скрыться. Отступить и выскочить за дверь, дабы уберечься от его гневных выпадов. Несмотря на чувства, невероятно тяжело было выносить такую злость и равнодушие, которые он страстно выказывал. Но она не успела, Данте поднялся с дивана и шагнул к ней, окликнув.

После такого знака внимания с его стороны просто так не улизнёшь, оставалось только пойти навстречу. Он что-то хотел сказать и это точно не просто «привет». Всё-таки могла она по его лицу читать. Когда он позволял. Но слова уже были не нужны. Как оказалось, поступки лучше всяких слов говорят о чувствах.

- Не нужно теперь убегать каждый раз при встрече со мной.

Даже примитивного «привет» сегодня не было. Перешёл прямо к делу, не позволяя ей съехать на нейтральную сторону.

- Я и не собиралась, - смело соврала Энджел, хотя, действительно, тогда уже смотрела в направлении двери, мысленно ища за ней спасения.

- Так и не собиралась? – усмехнулся он.

- Нет, - в подтверждение своих слов девушка шагнула к кожаному диванчику и села. Но слова эти были такими далёкими от реальности, как снег в самый разгар лета. Стало невероятно любопытно, что он тут вообще делал. Весьма сомнительно, что пришёл подстричься.

- Вот и отлично. – Данте последовал её примеру. - Нам же не обязательно воевать? Мы вполне можем остаться друзьями, ведь так?

- Вполне, - небрежно пожимая плечами, с фальшивой весёлостью ответила Энджел.

Был ли у неё выбор? Могла ли она сказать, что не в друзьях он ей нужен? Или просто присоединиться к нему? Замешательство рождается не только в словах, но и в молчании. Как любовь рождается в пустоте. И слово. Только когда сердце свободно рождается любовь.

Они сидели рядом и слушали. И наблюдали друг за другом несколько мгновений. Энджел почувствовала, что под его взглядом краснеет, и чтобы скрыть неловкость отвела глаза, обратив внимание на полукруглую стойку, около которой, искоса поглядывая на них, стояла Каролина. И женщина, которая была рядом с Кари, смотрела на них тоже. Уладив свои вопросы, они обе двинулись в их сторону, что заставило и Энджел, и Данте подняться с дивана.

- Мама, - сказал Данте.

Женщина улыбнулась и окинула их внимательным взглядом.

- Мне пора, - Энджел тронула Данте за локоть и, кивнув женщине с лёгкой, едва заметной улыбкой, отошла, ухватив под руку, замеревшую чуть поодаль, подругу.

- Я смотрю, у тебя тут полно знакомых, - мягко поддела Альда.

- Как выяснилось, - ничего не выражающим тоном ответил сын.

- Мама?.. – прошептала Энджел.

- Да, представь. Я сама ни сном, ни духом.

Энджел села в кресло и покрутилась из стороны в сторону. Почему-то разобрал смех. Она прикрыла рот ладошками, но сдержаться не получалось.

- Что? – пробубнила Каролина.

- Ничего, - и подруга снова прыснула со смеху. – Прости, это нервное. – Действительно, если так и дальше пойдёт ей придётся плотно сесть на успокоительные, потому что Данте капитально срывал ей нервы. Даже такой короткий и спокойный разговор был для неё маленьким, но потрясением. - Просто ты так усердно выспрашивала про него, а его мама твоя клиентка. – Энджел хорошо помнила тот разговор, когда Каролина прилипла к ней с расспросами, умирая от любопытства.

- Откуда мне знать? Сын и сын… Это молоденькие мамочки только о своих чадах и говорят. Кстати, Энджел мне нужно поговорить с тобой, - невесело закончила Кари, роясь на полке среди расчёсок, кисточек и брашнингов.

- Давай поговорим, раз нужно, - проговорила Энджел, придвигаясь к зеркалу. Оглядев себя, она взъерошила волосы. - Я как-то не представляла, что мы с тобой соберёмся просто помолчать рядом. – Показалось, что на щеку упала ресничка, и девушка вплотную приблизилась к своему отражению, чтобы убрать её. - Сегодня ты что-нибудь со мной сделаешь?

- Что-нибудь сделаю. Но боюсь, твоё радужное настроение сейчас испортится. Право, я не знаю с чего начать, но и промолчать не могу. - Каролина накинула пеньюар и обмотала поясок вокруг талии.

- Резонно начать с самого начала, Каролина. Что и тебе советую.

- Хм-мм… В общем… Чёрт! Это касается его. Ну ты поняла.

- Данте? – подсказала Энджел. У Каролины образовалась на редкость острая нехватка слов. Что было, по меньшей мере, странно.

- Да. Короче, от Альды я узнала, что у нашего папаши есть невеста. Некто – Алисия. Подробностей я не знаю. Вот, - выпалила она на одном дыхании.

- Альда. Так зовут его мать? – последовал вопрос.

- Да.

- Красивое имя. И женщина она очень красивая. Породистая такая.

Она и впрямь была такой. Не тростинкой, что в её возрасте смотрелось бы неестественно, но с абсолютно правильными пропорциями фигуры: в меру широкими бёдрами и оформленной талией. То, что вкус в одежде у неё был безупречный, даже не обсуждалось. А уж о степени ухоженности и говорить нечего.