— Так может быть, тогда совсем не стоит ловить наших контрабандистов?

— О том кого не надо ловить, тебя предупредят заранее, — вполне серьёзно ответил лейтенант, — остальных попробуй только пропусти, это вполне может оказаться обычной проверкой. К тому же, кое-чего из неразрешённой контрабанды и нам перепадает. Негласно. Понятно?

— Понятно, — киваю в ответ, — а какое сейчас наказание за попытку нелегального перехода границы?

— Честно сказать бросил отслеживать, — морщит лоб Крапивин, — уголовный кодекс постоянно меняется, но знаю, что контрабанда это железный срок, а попытка нелегального пересечения границы может и штрафом обойтись, если человек не связан с государственными секретами.

— Странно, — чешу я затылок, — лет пять назад у нас из СССР не выпускали.

— А тут подумали и решили, зачем здесь человек нужен, если он одним глазом на Заграницу косит? — Пожимает плечами мой источник информации. — Всё одно ведь толку от него будет мало, лучше уж пусть выплатит всё, что государство на него потратило, да едет куда хочет. Ты думаешь, они нелегально через границу хотят перейти потому, что их не выпускают? Чушь. Они не хотят платить за получение высшего образования, а зачем нам за свой счёт кормить зарубежные страны? Кстати, до трети тех граждан, кто выехал из СССР, хлебнув западной жизни, хотят вернуться. Да и остальные часто тоже жалеют, что поддались слухам о красивой жизни, это раньше им помощь оказывали, чтобы показать, как там хорошо жить, а когда желающих переехать оказалось достаточно много, то помощь сразу перекрыли, и оказалось, что там они со своими знаниями реальной жизни не нужны. Всё, дальше идём молча, запоминай ориентиры, чтобы ночью не ошибиться.

Да уж, ориентиры. Мне-то ладно, «железяка» подсветит, как не раз бывало в сложных ситуациях, а как другим в этом случае быть? Они же ни черта не видят при узенькой полоске серпа Луны, конечно же, можно на ощупь запомнить дорогу, на метров триста… ну при определённой доле везенья на километр, но не на три километра, куда мы притащились. И как тут укрыться, когда всего пара кустиков на склоне?

— Ну, где будешь секрет себе делать? — Окидывает взглядом лейтенант склон.

Ага, раз спрашивает, значит стоит внимательней осмотреться, невыполнимых заданий не бывает. О, вот там вроде как бы просматривается небольшая складочка, можно в ней попытаться укрыться… нет не пойдёт, сверху всё просматривается, а секрет он на то и секрет, что должен быть надёжно укрыт со всех сторон. Ну-ка, ну-ка, а там что за ямка? Хм, а неплохое укрытие, надо поближе рассмотреть. Ха! Вполне подойдёт, если парочку камней за ямку переместить, то сверху, с холма, хрен чего увидишь, а если ещё и плащ-палаткой прикрыться, то и часть дня прихватить можно. Всё решено, здесь и сядем.

— Хм… — Лейтенант задумчиво осмотрел выбранное место. — Нормально. Главное чтобы по темноте мимо него не промахнуться. Сможешь найти?

— Смогу, — просто отвечаю я, уверен, «железяка» не подведёт.

Тиха укр… то есть армянская ночь. Ага, сейчас. Слушайте, ведь растительности всего ничего, а живности, чтобы шум создавать, до чертиков, из-за этих сверчков, или как их там называют хрен чего услышишь, рядом толпа пройдёт и останешься в неведении. Только когда температура ниже десяти градусов опустится, ночные звуки окончательно стихнут, и тогда слышимость станет фантастической, а пока… Хорошо, что «железяка» у меня бдит, вижу даже лису, что у подножья горы, на склоне которой мы разместились, промышляет. Постоянно кого-то вылавливает в каменистой почве, у неё сейчас время обеда. А вообще далеко она сюда от своего леска прибежала, видимо это её место кормёжки… а, нет, не одна она здесь, вот и вторая нарисовалась, сейчас будут выяснять, кто здесь хозяин. Но до выяснения отношений не дошло, лисы вдруг насторожились, а спустя мгновения кинулись в разные стороны. Ага, кто-то идёт.

Вообще-то мала вероятность того, что в первый же мой самостоятельное выход, кто-то рискнёт нарушить границу, да и Крапивин мне участок спокойный подобрал, наверняка решил проверить, как мы с напарником службу несём. Раз так, то не суетимся, смотрим, что дальше будет.

Ждать пришлось долго, минут пятнадцать, наконец, внизу появился человек, двигался он медленно и осторожно, постоянно вертя головой во все стороны. Я сначала не мог понять, что у него за шапка на голове с какими-то непонятными наростами, но приглядевшись, сразу мог сказать, это был не простой нарушитель, и тут надо быть очень осторожным. Всё дело в том, что на голове этого человека, по всей видимости, был закреплён ЭОП (электронно-оптический преобразователь) с инфракрасной подсветкой. Почему это не мог быть наш человек? Так тут всё очень просто, хоть у нас такие устройства и существовали, и даже в техническом плане получше этого, без подсветки обходились, но считались очень дорогими, поэтому ни в армии, ни у пограничников их в арсенале не было, а значит…

— Сигнал на заставу, два длинных, один короткий, и три длинных, — шепчу напарнику.

— Где? — Сразу напрягся он.

— Понизу идёт, направление в сторону границы.

— Как ты там что-то разглядел, — продолжает сомневаться он, таращась в темноту.

— Осторожней ты, — нежно оттаскиваю его вглубь ямки, — у него прибор ночного видения, может засечь, неизвестно как он у него настроен, вдруг на тепловое излучение, а ты высовываешься.

Дальше напарник сомневаться не стал, включил рацию, сначала короткими нажатиями тангенты обозначил номер секрета, а потом отослал условное сообщение, что нарушитель идет в сторону границы, один, но степень опасности минимум тройка. Такими хитрыми сообщениями решили обмениваться с нарядами тогда, когда стало известно, что американцы, находящиеся по ту сторону границы прослушивают переговоры пограничников. Ответ в виде длинного нажатия тангенты на приемной станции подтвердил, что сообщение получено. Всё, теперь остаётся ждать, когда нарушитель обнаружит тревожную группу и попытается дать задний ход, в этом случае пограничники будут иметь преимущество, они могут пользоваться фонарями, а вот с другой стороны этого делать нельзя, можно уповать только на скрытность.

Тревожная группа прибыла через десять минут, и мне пришлось задействовать рацию для «наводки на цель». Нарушитель поступил просто, он не пытался сбежать, в его условиях это было невозможно, он решил замаскироваться в камнях, надеясь, что это ему позволит остаться незамеченным. Зря надеялся, пограничники взяли его в кольцо и стали постепенно сжимать его, пользуясь моими подсказками. В конечном итоге, поняв, что дёргаться бесполезно, он был вынужден обозначить себя, хотя, как потом мне сказали, ответить ему было чем, имелись у него в арсенале магниевые вспышки, но здраво рассудив, что если его нашли в кромешной темноте, то вряд ли позволят активно сопротивляться, да и два мощных аккумуляторных фонаря тоже слепили нещадно.

Утром как рассвело, мы с напарником покинули свое скрытное место и поспешили туда, где был задержан нарушитель. Хоть место и было тщательно осмотрено сослуживцами, но взглянуть на него при свете дня не помешает. Вот ведь гадость, разглядеть что либо на месте не получалось, все следы были затоптаны во время задержания и последующего осмотра, поэтому приходилось больше доверять навигатору «железяки» чем ориентироваться на результаты осмотра. Ну а дальше взялся присматриваться, куда бы я спрятал что-то важное в этих условиях. Ага, вот здесь камень сдвинут, это невозможно заметить ночью при свете фонаря, зато хорошо видно при дневном свете, так как возникла небольшая щель между камнем и краешком почвы, на которой он лежал. Осторожно переворачиваю камень… есть, сразу видно, что под ним землю ковыряли. Ну вот, из ямки вытаскиваю небольшой пенал размером со спичечный коробок, это микроплёнка. Прямо как в фильмах про шпионов. Только непонятно, какого чёрта нужны такие сложности с переходом границы с помощью современных технических средств, когда гораздо проще и безопасней переправлять плёнку с помощью дипломатов или тех же иностранных журналистов, да хотя бы моряков использовать. Хотя, тут наверное важно какая шпионская сеть задействована, может быть у них нет возможности переправлять эту плёнку в Москву или Одессу, вот и приходится действовать по старинке. Ладно, чего здесь гадать, мне же проще, обязательно будет поощрение по линии командования, отпуск конечно не дадут, да и не нужен он мне, по большому счёту, дома мне делать нечего, но я бы от обычного поощрения не отказался, так служить проще. И напарник на подъёме, это у него будет уже третий нарушитель, скорее всего ему тоже поездка домой не нужна, он надеется чуть пораньше на дембель отбыть, такое поощрение здесь тоже применяется.