— О, за это можете не беспокоиться, — ухмыляюсь в ответ на его просьбу.

Он увидел мою ухмылку и предостерёг, покачав пальцем:

— Но, но, об этом потом поговорим.

И так, что нужно чтобы о ВИА заговорили, как о хорошем ансамбле. Во-первых, нужны хорошие исполнители, а у нас там, только трое соответствуют критерию музыканта, и то один из них солист, а два других ноты знают. Во-вторых, нужна хорошая техника и инструменты, а вот с этим полная засада, как я уже говорил усилитель они слепили из того что было, а в синтезаторе грубо покопались. Ну и в-третьих, нужен хороший репертуар, на старых песнях далеко не уедешь.

Первый вопрос решить можно, для этого следует ввести в ВИА еще хотя бы двух представителей молодёжи, которые умеют читать ноты, и хотя бы немного знакомы со струнным инструментом. Товарища, который в этом ансамбле за руководителя нафиг, от него больше вреда, чем пользы, к тому же он постоянно задирает свой нос, если бы он при этом хотя бы в ноты попадал. Второй вопрос тоже в наших руках, уж мы-то сможем сделать хороший усилитель и синтезатор, да и гитары тоже сделать нужно заново, уж слишком форма у них не соответствует моменту. Ну и третий вопрос, откуда взять репертуар, не хочется красть песни у будущих композиторов, или мне самому заделаться композитором. Нет, тут надо поступить тоньше, нужен человек, который будет относительно беспринципен, и выдаст чужое за своё, тем более, что в этой истории я потоптался по бабочкам, и те песни, которые я знаю уже могут никогда не прозвучать.

Короче, Роза Рымбаева вот мой ответ на третий вопрос, тем более солистка соответствует этому типажу, правда голосом она пока не потянет, но ничего, пару десятков занятий со специалистами и вытянет. Что касается техники, то тут всё просто, мы на электронном производстве или где? Синтезатор сделали так, что добавили к нему ещё несколько функций, подправили срабатывание клавиш, и вперёд. Сделали и гитары, причём с нуля, сделали и усилитель, сразу двух канальный, дабы звук разделялся, ну и колонки сразу четыре, чтобы мало не было. Что касается микшера, то тут с кондачка подходить к проблеме не стал, разделил его на голос и инструмент, чтобы управлять голосовыми данными артиста, сделать его более насыщенным и бархатистым.

Вообще-то, в разговоре с Кошелевым я ссылался на директора ДК не просто так, он действительно не любит современные ВИА, уж слишком в его понимании они обезьянничают на сцене, стараются быть похожими на западных исполнителей и не понимают, что у нас в стране это выглядит смешно. Но тут ему придется свой пыл умерить, ибо я предоставил ему вполне нормальный коллектив, по сцене прыгать не будут, ведут себя спокойно. И солистку в исполнении я подтянул, до Рымбаевой ей еще далеко, но всё-таки её песни она вытягивает, а уж с нашим микшером её голос отличается в сильную сторону.

— Ну, — поторопил меня Грабецкий, — давай своё ВИА, посмотрим, как они прыгать по сцене будут.

Я покосился на директора ДК и хмыкнул, выражая свое отношение к его ожиданию. Дальше махнул рукой, чтобы начинали, и на сцену вышли артисты. Что можно сказать, солистка, по-моему, превзошла сама себя, ансамбль в целом тоже не подвел, и получилась очень даже хорошая вещь.

Как много лет во мне

Любовь спала,

Мне это слово ни о чём

Не говорило,

Грабецкий встрепенулся и сразу встал в стойку, слушая откровения певицы, а потом…

И вся планета

Распахнулась для меня,

И эта радость,

Будто солнце, не остынет.

Форсирование не прошло незамеченным, директор аж привстал от того, насколько сильно зазвучал голос, он конечно же не совсем так звучал в пустом зале, но и этого было достаточно, чтобы понять насколько сильно он будет греметь в полном.

— Ты где такую девушку нашёл, — удивился Грабецкий, — я такую и не видел раньше, какое музыкальное училище она закончила?

— Вышка, но не по музыке, — улыбаюсь я, — по электронике, третий курс института.

— Да ну, не может быть. А ещё, что она может.

— Может, — отвечаю я и снова машу рукой из зала.

На этот раз исполнительница поёт песню " Как Прежде Мы Вдвоём" АББА и снова во время припева:

Как прежде, мы вдвоем,

И грусть минувших лет

Мы оба узнаем,

А нужных слов все нет…

Директор подскакивает с места и пытается подойти к исполнительнице, но тут же что-то вспоминает и даёт задний ход.

— Невероятно, — шепчут его губы, и он стоя дослушивает песню, а по её окончании долго хлопает в ладоши.

Я еще немного посидел, слушая как окучивает солистку Грабецкий, и как восхищается мастерством музыкантов, а потом тихо вышел, здесь я лишний на этом празднике жизни, на месте остался Сергей Колымов, это ему я поручил быть автором песен, пусть купается в незаслуженном признании.

А у нас праздник, количество пыли в чистом корпусе стало на уровне двухсот пылинок на литр воздуха. И это сказалось на качестве выпускаемой продукции, она поднялась сразу на пять процентов и выход продукции, в частности шестнадцати разрядных процессоров, достиг пресловутых двенадцати процентов. Почему только двенадцати и почему пресловутых? Вот в этом и есть прелесть нашего хозяйствования. Все дело в показателях МЭПа, там двенадцать процентов заявлены в качестве максимального на сложных технических устройствах и чтобы не превышать их, а то план по выпуску повысят, мы были вынуждены увеличивать количество элементов на кристалле, и сегодня оно уже составило сто четыре тысячи. Просто мы дополнили количество команд, увеличили кэш и в кристалл вынесли сопроцессор, который раньше шёл с отдельным кристаллом, что увеличило скорость обработки информации, а частота камня достигла тридцать три мегагерца. Саму машину на выпускаемом чипе назвали «Эврика 16−2», что должно было дать всем понять, что это не просто ЭВМ на шестнадцати разрядном процессоре, это уже полноценная ЭВМ, на которой можно работать без ограничений. Хотя, конечно, и на шестнадцатой тоже ограничений было немного.

Конечно же, частота достигается не только размером элементов и это мы все прекрасно знали, и применяли, если что, но пока это нас не сильно заботило, ибо платы на таких частотах не работали вообще, в частности шина на плате работала с частотой три мегагерца на асинхронном режиме и десять в синхронном. Поднять выше было сложно, но не об этом сегодня разговор. На сегодняшний день, а это январь 1976 года, в Европе уже числится больше миллиона наших компьютеров, и их количество продолжает расти. IBM уже давно забила тревогу и кинулось вдогон, но пока у них ничего не получалось, их машины на базе восьмибитных компьютеров не могли составить нам конкуренцию, а шестнадцати разрядные когда ещё будут. Но точно будут, компания объявила о создании 8086 сразу на десяти мегагерцах, это была серьёзная заявка, а там и Zilog должна подтянуться со своим процессором Z8000. Но когда они ещё сподобятся вставить свои процессоры в компьютеры, в семьдесят седьмом или семьдесят девятом? Ой, что-то непонятное происходит в иностранных фирмах, торопятся, а не успевают.

Тут и еще одна беда приключилась, которая позволила вбить лишний гвоздь в крышку гроба IBM — диски, мы начали массово выпускать восьмидесяти мегабайтные диски, что опережало официальные достижения голубого гиганта более чем в четыре раза. И цена была установлена разорительная для конкурентов, меньше пятисот долларов, а если учесть, что на подходе диски в триста двадцать мегабайт, то сами понимаете… Может ли IBM делать диски больше трёхсот двадцати мегабайт? Может, но они получаются у неё несколько иных размеров и на удивление медленные, и медленные они за счёт кинематики, попытка поднять их скорость, приводит к увеличению стоимости. И, конечно же, плавающие головки не принесли им особых дивидендов, там еще много чего надо сделать, чтобы на них перейти.

Короче говоря, IBM выкручивается только за счёт больших заказов, на тех машинах, где цена больше чем полмиллиона, а на тех, где цена имеет значение идут уже наши, советские машины. И ладно бы у IBM ценовая политика соответствовала моменту, так ведь нет, продолжают гнать вычислительных монстров, утверждая, что у них скорость обработки задач значительно выше, аж на порядок. Ну да, на порядок, но я уже говорил, что скорость работы процессора ничего не значит, надо на периферию смотреть, а вот тут у них полный голяк, наша периферия работает гораздо быстрей, от того и берут западники нашу аппаратуру.