– Может, покормишь меня вначале? – сурово поинтересовалась мать.
– Я разогрею, – принял на себя удар отец, и Полина выскользнула за дверь в не зашнурованных кроссовках.
Дуська легко согласилась ее прикрыть, если вдруг возникнут вопросы. Тем более что раньше вопросов никогда не возникало, но подстраховаться следовало – Полина даже думать не хотела о том, что может устроить мать, если узнает, что дочь вместо занятий гуляет по всему Марсу.
И что самое страшное – узнав о причине этих прогулок, отец ей точно не поможет. Потому что он дико, жутко, просто вообще-вообще ужасно обижен на постоянного собеседника Полины – своего отца, а ее деда.
В первую очередь за то, что тот очень не вовремя умер.
– Красавица!
– Что, чудовище?
– Дома не очень, да?
Полина поежилась на сиденье. Иногда ей казалось, что дед знает о ней все.
– Подслушивал?
– Как можно, – чопорно отозвался собеседник. – Почувствовал!
– Не очень, – подтвердила она. – Слушай, может, ты помиришься с отцом?
– Это невозможно, потому что невозможно, – ответил дед. – Я же говорил, я очень неудачно умер. Представь, у меня на руках молодая жена с маленьким ребенком. Я взламываю банк, вытаскиваю из него гигантскую сумму и только успеваю оплатить сетевое кладбище и криогенную камеру, как врывается служба безопасности этого самого банка и убивает меня, вроде как при попытке к бегству. Хотя какая там могла быть попытка, если я сидел в этот момент, опутанный проводами? Но в любом случае жена получает в наследство мои долги и вынуждена подписать кабальный договор и отправиться с ребенком осваивать Марс! Я лишил твоего отца детства. Не говоря уже о твоей бабушке, которая умерла, так и не успев полностью погасить мои долги.
– Нехорошо, – вздохнула Полина.
– Да вообще ужасно, – вздохнул дед.
– Но он же тебе отомстил – продал твою матрицу с сетевого кладбища этим, из метеокорпорации. Значит, вы квиты?
– Куда там! – грустно отозвался ее собеседник. – Фактически он дал мне второй шанс. Пусть мое тело лишь с виду напоминает человеческое и существовать я могу только в условиях дикого холода и маленькой гравитации. Пусть я привязан к своей метеостанции на Плутоне и вынужден делать тупую работу по замене расходников и мелкому ремонту. Пусть у меня нет ни единого шанса выбраться отсюда хоть когда-нибудь. Это не так важно – если учесть, что мне удалось подключиться к внешнему каналу, по которому метеостанция передает сводки в обитаемые миры и я могу разговаривать с тобой! Понимаешь? Я украл у него детство, а он подарил мне тебя, красавица.
– Мы никогда не встретимся, – сжала зубы Полина. – Это ужасно!
– Мы всегда будем вместе, – жизнерадостно ответил голос в ее ухе.
– Но ты не можешь угостить меня кофе. Или… Или пригласить на танец!
– С этим есть небольшие технические трудности, – согласился дед. – Так, у меня ЧП, какая-то сволочь слегка сэкономила на проводах, и сейчас мне надо…
Голос пропал. Так изредка бывало, но Полина знала, что связь прервется ненадолго, дед скоро все починит.
М-бан прибыл под Центральный купол, и Полина поспешила нырнуть через открывшуюся мембрану в узкий зев переходника. Народу – пропасть. Ну куда они все? Впереди только спины и затылки, плотной массой. Кажется, вдохнешь, и крыша обрушится на тебя сверху, так ее распирает копошащееся человеко-существо.
Людской поток вынес Полину под купол. Коробки жилых модулей, торгово-культурный центр, искусственный пруд, комплекс лечебно-бытовых услуг, здание Сектората… Неужели это интересно?
– Дед? – позвала она.
– Да, красавица! – откликнулся наушник. – Ты на месте?
– Угу. Что снимать-то? Печаль одна…
– Да все подряд. Мне все интересно.
– В Сети же наверняка есть фотки, изображения с веб-камер…
– Есть, – нехотя согласился дед. – Но маловато. И это не то. Я хочу, чтоб ты сама мне все показала и рассказала. Как будто я с тобой в реале общаюсь.
– Ну ладно.
Полина настроила мини-камеру. Навела фокус на здание Сектората.
– Вот место, где сидит марсианский парламент, – начала она, представляя себя не то журналисткой, не то экскурсоводом. – Он принимает законы и… валяет дурака, на самом деле. Потому что законы все равно присылаются с Земли, а местные проблемы вообще никто не решает. Как с генераторами.
В наушнике хмыкнуло.
– А вот справа вы видите торговый центр «Фобос»…
Внезапно со стороны порталов послышались крики и шум. Полина обернулась, не успев понять, что происходит, как под куполом раздался голос:
– Внимание! Это не учебная тревога! Всем жителям купола…
Затем раздался дикий скрип и голос прервался, а через несколько мгновений возобновился, но на этот раз говорил кто-то другой, не торжественно-настороженный, а злой и веселый.
– Граждане Марса, как вам сообщил мой коллега, это не учебная тревога. Я представляю группу «Земля превыше всего». Мы захватили управление силовыми установками одиннадцати… Нет, уже двенадцати куполов, и оставшиеся в ближайшее время тоже перейдут под наш контроль. Просим сохранять спокойствие, ну и все такое, тем более что сделать вы все равно ничего не можете. А пока рекомендую подумать, почему вы все вместо того, чтобы чистить загаженную родную планету, осваиваете чужие для вас камни по всей Солнечной системе.
Про «Землю превыше всего» часто говорили по телевизору. Раньше они устраивали пикеты и голодовки в Метрополии. Но в прошлом году пикеты прекратились и начались теракты – два на Земле и один на Луне, причем в результате последнего вымер целый купол – порядка сорока тысяч человек.
– Дед! – испуганно позвала Полина. – Дед, ты здесь? Дед, ответь! Ты слышал? Что это? Де-ед!
Наушник молчал. Полина вытащила из нарукавного кармана мятый лист смарта, расправила его и включила, но в нем не было ничего, кроме прошлогодней записки от матери: «Не забудь купить киви!!!»
Сеть отсутствовала, подключения к серверам не было, даже связь с домашним смартом, про которую говорили, что она сохранится, даже если погаснет Солнце, отсутствовала.
Рядом завыла какая-то тетка, ей тут же влепил пощечину стоящий рядом с ней мужчина в солидном костюме.
Мимо пробежал растерянный полицейский с безумными глазами. У порталов кто-то кричал – Полина издалека не видела, что там происходит. Она медленно пошла в ту сторону, но через мгновение мимо нее пробежал молодой парень с руками по локоть в крови.
Ей сразу же расхотелось идти к порталам.
– Красавица! – хриплый голос деда словно пробивался сквозь помехи. – Что у вас за бардак? Все каналы связи обрублены!
– А… – Полина встряхнулась. Дед был с ней! – У нас террористы. Возле порталов кровь. Это «Земля превыше всего». У меня нет связи с домашним смартом. Мама все узнает! И папа! Я же в другом куполе!
– Тихо! – рявкнул дед. – Если ты на открытом месте, немедленно беги к ближайшему зданию.
Полина рванула к Секторату, а через несколько мгновений раздался выстрел, второй, третий, и толпа на площади превратилась в сгусток боли и страха, перемалывающий себя рывками то в одну сторону, то в другую.
Несколько раз Полину толкали, однажды даже сбили с ног, но у нее была цель – стена. Вскоре она, миновав в несколько гигантских прыжков крутую лестницу, была под высокой дверью.
Она обернулась. Позади остался настоящий ад – множество людей носились по площади, а кто-то с крыш стрелял по ним, то одиночными, то короткими очередями, направляя толпу то в одну сторону, то в другую.
На разноцветных обсидиановых плитах остались люди. Некоторые шевелились, стонали или кричали в голос, другие лежали без звука и движения.
– Дед? – дрожа, спросила Полина.
Ответа не было.
Она робко тронула приоткрытую дверь парламента. Два года назад они были здесь на экскурсии, но тогда у входа стояли гвардейцы в высоких шерстяных шапках, а дверь перед детьми открылась автоматически.