На этом разговор завершился. Явился Колунов и вызвался проверить у парней владение приемами рукопашного боя. Антон получил оценку ноль с минусом. Обладая неплохими физическими данными, он драться не умел совсем и был из тех, кого обидит даже школьник. Андрей же показал себя неплохо, но…

— Вижу — стандартный армейский комплекс, — заметил Колунов. — Приемлемо, но примитивно. Для десантуры, погранцов, сил специальных операций достаточно. Но жизнь куда сложнее.

Он кистевым движением руки швырнул связку ключей в живот Андрею. Тот перехватил ее и тут же получил шлепок по лбу.

— Ударил бы кулаком — и ты в отключке. Въезжаешь?

— Да, — вздохнул Андрей. — Отвлекся на ключи.

— Когда стоишь лицом к лицу к противнику, такое отвлечение дает решающее преимущество. Ты должен быть готов к его движениям, к броску песком в глаза. Пехота немцев — обычные работяги и крестьяне, обученные строю и обращению с винтовкой. Но горные стрелки, разведчики Абвера и всякие спецотряды Скорцени умели многое. И в наше время используют их наработки. Если обученного фрица не уложил на расстоянии, вблизи ему ты не ровня. Усвоил?

— Да! Но в 41-м по нашей территории идут транзитом общевойсковые части. Тыл занимают охранные дивизии, в них служат солдаты возрастом постарше. Шанс встретиться со спецназом пока что мал.

— Какой там день и месяц, знаешь?

Андрей пожал плечами.

— Месяц — июль, а день… Там время останавливается, пока я здесь, и движется, когда я в 41-м. Могу ошибиться с точной датой.

Поскольку больше никто не отпрашивался в увольнительную, Колунов назначил на воскресенье занятия по рукопашке и выживанию в экстремальных условиях. Команда на выход в прошлое группе может последовать вот-вот. Не расслабляться!

[1]«Кто разговаривает на российском языке оккупантов — тот стреляет в свой народ» (бел). Один из лозунгов ультрарадикальной националистической белорусской оппозиции. Вероятно, первым его озвучил лидер БНФ Зенон Позняк.

8.

Воскресное утро выдалось дождливым. Природа словно возмещала себе то, что напряглась днем раньше, обеспечив Андрея и Кристину ясной погодой для прогулки.

Закончив зарядку, Андрей уныло глянул в окно, исчерченное косыми струями, и внезапно понял: хочет в 41-й. И не потому, что первое военное лето было преимущественно сухим и знойным. Увы — весьма благоприятным для наступления врага. Тогда даже болота пересохли, и танки немцев проходили там, где, как считали в Красной Армии, нельзя никак. Казалось, что утверждение «С нами бог», оттиснутое на пряжках ремней зольдатенов, соответствовало истине — хотя бы в отношении погоды. Никто пока по обе стороны фронта не знал, что в августе часть танковых войск группы армий «Центр» вместо похода на Москву развернется к Киеву, и первоначальные графики операции «Барбаросса» рухнут. Сроки сдвинутся к осенней распутице и зимним холодам, и бог, черт или же фортуна покинут немцев навсегда. Киев падет, Москва же выстоит.

Андрею не давал покоя контраст между спокойным, размеренным существованием в его времени и бурным летом 41-го. Там была жизнь — опасная, кровавая, но настоящая. Там он был полезен людям, пускай немногим. Пока не старый и пока не выдохся, вполне способен вновь окунуться в адреналиновую пучину путешествий в 41-м… Путь даже не удастся притащить байк на продажу.

…Колунов явился к десяти, когда Андрей уже покончил с завтраком. Стряхнул с куртки капли дождя и огорошил:

— Бездельничаешь? Олег Дмитриевич распорядился об учебном походе в прошлое, пока начальство согласовывает нам программу. Чтоб с минимальным шансом на огневой контакт с противником. Проверим дрон в условиях 41-го, и, если повезет, возьмем трофеи. Я в курсе про самоокупаемость.

Андрей как раз заканчивал мыть посуду. Ну надо же! Только сам подумал…

— Поддерживаю, только в задании заложено противоречие. Как добудем мотоцикл или иной раритет, не вступая в контакт с немцами?

— Ты говорил, что заготовил схроны с советским оружием. Во-первых, нам нужны стволы, соответствующие времени, — Борис сел за кухонный стол. — Не брать же «калаши», как ни хотелось бы. Да, нам подкинули из древнего оружия. В том числе — ППШ,[1] «тэтшники» с патронами. Но есть проблема: дата выпуска на них, тем более, на патронах — поздняя. Даже поверхностной проверки не пройдут. Из аутентичного — лишь твоя «светка» и наган, что, прямо скажем, бедно. Что у тебя там есть?

Андрей присел напротив.

— Для нас стволов и боеприпасов хватит, даже с избытком. Взвод можно вооружить, если собрать по схронам. Но в основном винтовки, советские. Я собирал не на продажу, хотел подкинуть окруженцам. Все это нам не слишком нужно. Есть «дегтярь», но ранних выпусков, еще со скобой предохранителя на шейке приклада. Тяжеловат для нас, и далеко с ним не утопаешь. А вот если из окруженцев сколотить отряд для партизанских действий — им пригодится.

— Немецкое оружие? МГ34 вы с капитаном принесли.

— Пулемет, конечно, классный, но есть нюансы. Из ПД-27 можно стрелять и стоя, поскольку магазинное питание. Пехотные МГ преимущественно рассчитаны на ленты. Их укладывают в коробку, шмаляют с мотоциклов. А чаще — лежа на земле, при этом второй номер следит за лентой, чтоб не перекосило. Это только в кино из них стреляют на бегу, со свисающими лентами. Но только ни хрена не выйдет, я пробовал. Перекосило ленту. Там не кино. Вариант для бронетехники с барабаном мне не попадался.

— А пистолеты-пулеметы? ППШ и ППД?

— Не встречал, — разочаровал его Андрей. — ППД вообще-то мало было, преимущественно у пограничников. Они же почти все погибли в первый день войны, их автоматы там и остались. А ППШ только начали давать в войска, среди оружия у отступавших я его не видел. Лучше уж набрать немецких МР40. Да, магазин меньшей вместимости, следить за чистотой оружия нужно тщательнее, а так — вполне себе машинка.

Собрались быстро. Как оказалось, для походов в прошлое им приготовили не только ППШ и пистолеты. Трусы и майки, похожие на аутентичные советские, камуфляж странной расцветки и кирзачи с портянками. Андрей заинтересовался камуфляжем. Комбинезон с манжетами на рукавах, есть капюшон, а на защитного цвета ткани — большие пятна в виде зеленых листьев.

— Костюм «Амеба», — просветил его Синицын. — Копирует советский камуфляж тех лет. По спецзаказу сделали. Переоделись!

Проблем с «Амебой» не возникло, но с кирзачами у Антона ничего не получилось. Как выяснилось, дронщик не умел мотать портянки.

— Прислали горе! — сплюнул Колунов. — Ведь в армии служил.

— Сейчас там носят берцы и носки, — насупился лейтенант запаса. — Про портянки с сапогами давно забыли.

— А он умеет, — Борис ткнул пальцем в грудь Андрея. — Кстати, откуда?

— Дед научил в деревне. Портянки в сапогах незаменимы.

— Ладно, ботаник, — вновь сплюнул Колунов, глянув на Антона. — Иди в носках, ты все равно будешь коптить небо возле портала. Но чтобы к следующему разу научился. Проверю лично! В носках ты в прошлом километра не пройдешь, сотрешь ступни до крови.

Когда переоделись, Борис тщательно проверил экипировку, прикрикнул на Антона, вздумавшего взять с собой смартфон.

— Я фотографировать собрался, — «ботаник» прижал собственность к груди, не желая отдавать.

— Из современной техники нам разрешили только дрон, пульт и батареи, — сказал Борис. — Выкладывай нахрен!

— Могу дать пленочную «лейку», если освоишь искусство проявлять пленку и печатать снимки, — сказал Андрей. — Хорошую, немецкую. Есть даже пленка, но остальное… — он развел руками.

Команда перешла в гараж: Андрей со «светкой» и наганом в кобуре, Борис с Олегом тоже с кобурами, в них — пистолеты. У Колунова вдобавок — ППШ, висевший на груди по-современному — чтоб сразу вскинуть и открыть огонь. Дверь опустилась, отрезав от плохой погоды и, по большому счету, от жизни в XXI веке. Борис обернулся к капитану.