– Хуже твоего бессердечия, Талос, может быть только твоя паранойя. Марко поступил как герой, и мне до сих пор стыдно, что ему пришлось оставить Авалон.

– Это был ваш провал, Ловцы, вы не обеспечили должную охрану…

– Потому что именно ты настоял на секретности, владыка.

– Эти детали уже не важны! Суд будет, и на этот раз его не спасут ни твое заступничество, ни вся твоя служба, Юки Мацуда!

Глава седьмая

В Зале Советов свежий бриз шелестел полотнами шелка оттенков зеленого чая и цветков персика, шептал неуловимое, но Тадеуш его не слышал.

Он катал во рту глоток чая, молочный вкус улуна[20] оседал на языке.

– Так зачем я вам понадобился, Юки-сама[21]?

Юки Мацуда, глава Службы Вольных Ловцов Авалона, держала у тонких губ крохотную белую пиалу.

– Хотите совет, Тадеуш? Никогда не начинайте разговор первым. Составите о себе благоприятное впечатление и окажетесь в выигрышной позиции к собеседнику.

– Простите… – Тадеуш смешался.

– Хотите второй совет?

Зверодушец заморгал.

– Не извиняйтесь слишком часто, мужчине это не идет. Скажите, что вы почувствовали в юности, когда узнали правду о Магусе? О том, кто вы есть?

Ловец вежливо улыбнулся:

– У нас особая семья. Наш хутор далеко в лесу, чужих глаз рядом нет, и никто не прячется. Я всегда знал о том, кто я такой. Я еще не вошел в возраст охоты на духа[22], а братья оборачивались на моих глазах. Помню, сильно удивился, когда узнал, что обычные люди так не умеют.

– У вас и правда особая семья, – признала Юки. – В западных Магусах детям не принято открывать их истинную природу до наступления переходного возраста. И каждая семья сама решает, когда проводить инициацию, и проводить ли вообще.

– Вы о свободных[23]? – фыркнул Тадеуш. – Разве это жизнь – отказаться от своей природы?

– Люди выбирают разные пути. Не всем везет так, как вам. Например, эта девушка…

– Дженни Далфин? – Тадеуш подобрался. Тема была горячая, вся Башня Дождя полнилась слухами о «девочке, которая приплыла сама».

– Что вы знаете о ней?

– Она из Магуса Англии, – сказал Ловец. – Выросла в цирке. Ее опекун – Марко Франчелли. С этим Магусом недавно произошла неприятная история, в которой замешан высокопоставленный темник, Альберт Фреймус, глава Ковена Западной Англии. Дед Дженни, мистер Франчелли, тоже во всем этом участвовал…

– У Дженни было совсем другое детство, чем у вас, пан Вуйцик. До двенадцати лет она ничего не знала о том, что ее цирк – это часть древнего общества Магус. И о врагах Магуса она ничего не знала.

– У нас о темниках тоже не любят распространяться, – вставил Тадеуш. – Бабушка Ядвига тоже о колдунах никогда не говорила…

Юки чуть заметно повела локтем, и Тадеуш умолк. Он сам не знал отчего, но в ее присутствии его природная чувствительность усиливалась многократно. Он ловил малейшие оттенки ее настроения, и ему казалось, что можно услышать, как лунный свет шуршит, проскальзывая меж облаков.

– Есть пословица – не поминай черта, а то появится, – сказала директор Службы. Она сложила руки на коленях, холодный блеск шелка плеснул Ловцу в глаза. – Дженни бы узнала все в свое время, если бы не случилось катастрофы. Она по незнанию освободила из защитного контейнера ледяную химеру, Соволемура[24]. И ей пришлось его ловить.

– Извините, Юки, но это невозможно, – возразил Тадеуш. – Требуется специальная команда подготовленных Ловцов, не меньше пяти человек, вооруженных и оснащенных по первому классу. Двенадцатилетняя девочка, ничего не знающая о Магусе, этого сделать не может.

– Судя по отчету Франчелли, она добыла имя химеры.

– Тогда она гениальный Ловец. И ей дико повезло. Или отчет сильно привирает. Я многого не знаю, но вот уж в нашем ловцовом ремесле, поверьте, разбираюсь. Это не по силам одному человеку.

Юки качнулась, протянула руку в широком, как журавлиное крыло, темно-синем рукаве с вышитыми золотыми лотосами, подлила чаю в его пиалу.

– Не частите. Тадеуш-сан, чай не терпит суеты. Показания членов Магуса подтверждают эту версию.

– А чем занимался весь остальной английский Магус?

– Сдерживали хозяина химеры. Вы же помните, кто создает химер и владеет ими, Тадеуш-сан?

Тадеуш нахмурился. Пусть ему не хватает выучки и образования, факты он может связать не хуже любого другого.

– Это же невероятный скандал! Так вот почему мы арестовали Фреймуса? Слухи ходили, что темники продолжают эксперименты, но это же открытое нападение – отправить химеру в Магус! У нас сто лет не было никаких столкновений с колдунами.

– То, что вы о них не знаете, вовсе не означает, что их не было, – заметила Юки. – Хотя Фреймус перешел границы, даже за подобный поступок мы бы не стали его задерживать. У него слишком высокий статус в иерархии темников, и наши договоренности с колдунами не дают нам таких полномочий. Но выяснилось, что мистер Фреймус совершил нечто гораздо более опасное.

Зверодушец поставил пиалу, которая вдруг стала ему мешать, и взял яблоко. Разом отхватил половину и захрустел, утирая сок, побежавший по подбородку.

Юки Мацуда ничего зря не делает. Значит, надо дождаться, когда она перейдет к делу. Не о закулисных же тайнах Магуса она позвала его беседовать?

– Дженни остановила химеру. К несчастью, к этому времени сомур успела захватить и подвергнуть симбиозу[25] Калеба Линдона, помощника их местного Ловца. Мальчик не успел даже пройти посвящение Магуса.

– Никто и никогда не выживал после симбиоза с химерами, – сказал Тадеуш. – Я про этих тварей все знаю, у меня прадед был в отряде Тринадцати, который охотился за химерами в позапрошлом веке.

– Да, тогда Тринадцать хорошо поработали, – согласилась глава Службы. – Видите, Тадеуш-сан, вы и сами знаете о том, что в наших отношениях с колдунами были обострения.

– Так это когда было…

– О, не так давно, – Юки взяла крохотное яблочко – почти прозрачное, с желтой кожицей, чуть зарозовевшей с краю. – Время течет здесь как густой мед, вы слышали такое выражение? И у колдунов тоже хорошая память.

Бедный Калеб… О нем никто не думает, он затерялся, как мелкая монета в кармане, – ее тонкие пальцы, обтянутые сухой кожей, совсем не дрожали. – А ведь история Калеба Линдона почти так же невозможна, как и история Дженни Далфин. Он ведь не только уцелел, но и подчинил себе природу ледяной химеры.

– Они же выжимают человека досуха…

– Фреймус забрал химеру и увел с собой Калеба. Но, кажется, он до сих пор не понимает, что соединение человеческой природы и химерической субстанции породило нечто действительно небывалое. Глупый жадный Щелкунчик, он гоняется совсем за другими химерами.

Юки все вертела и вертела яблоко, не кусая его, и это удерживало внимание Тадеуша, как на крючке, на этом маленьком яблоке. Когда же она его съест?

– Я не понимаю…

– Знаете, что самое приятное в работе директора Службы Вольных Ловцов? – спросила Юки.

– Красивый вид из окна по утрам? – попытался выйти из глупого положения Ловец.

– И топот вороньих лап над головой, разумеется. Самое прекрасное – это загадки. Ты живешь очень долго и думаешь, что ничто уже не сможет тебя удивить. А потом приходит совершеннейшее дитя, и мир переворачивается.

Юки чуть откинулась назад, глаза ее сверкнули.

– Такова суть человека – он способен преобразиться, сталкиваясь с тем, что больше его. Люди несчастны, потому что не понимают своей природы. Их суть – огонь, созидающий и разрушающий мир, их судьба – все время изменяться и менять все вокруг себя. Первые не таковы, они всегда одни и те же, от начала веков до конца времен.

вернуться

20

Улун (wu long, что значит «темный дракон»), или цин ча («бирюзовый чай») – чай, который по китайской классификации занимает промежуточное положение между зеленым и красным (то есть черным) чаем. Вкус улуна меняется на протяжении всего чаепития, некоторые сорта можно заваривать от 7 до 12 раз.

вернуться

21

Сама – один из именных суффиксов в японском языке, которые добавляются к имени (фамилии) при разговоре с человеком. Они указывают на социальное положение собеседников, на их отношение друг к другу, степень их близости. С помощью одних только именных суффиксов можно нанести собеседнику оскорбление или, наоборот, выразить глубочайшее почтение.

Суффикс-сама обозначает максимально возможное уважение и почтение. Примерный аналог обращения «господин», «достопочтенный».

вернуться

22

Возраст охоты на духа (время охоты на духа) наступает у зверодушцев примерно в четырнадцать лет. Когда подросток вступает в этот возраст, он проходит сложный обряд посвящения: ему нужно выйти на Дорогу Снов и найти дух того зверя, облик которого он впоследствии сможет принимать.

«Зверодушцы и перевертыши сходны обликом, но разны по своей сути. Зверодушец, о чем он свидетельствует самим своим именем, скреплен связью с духом избранного им зверя. Известно, что по достижении тринадцати-четырнадцати лет они вступают на Дорогу Снов в поисках посильного им духа зверя, однако ж в каких краях счастливой охоты ведут свою погоню юные Ловцы из рода зверодушцев, никому не ведомо. Выбирают юноши и девушки дух зверя сообразно обычаю, заведенному в их стае. Если так повелось, что деды и отцы их были волками, то и юный зверодушец идет по их стопам и никогда не выберет дух рыси или тем паче, к примеру, препаскудного зверя росомахи. Также и отрок из рода африканских зверодушцев предпочтет дух леопарда или гепарда, а не на редкость зверовидной гиены. Перевертыши же есть творение темников, одно из мерзостных их дел. В злобе своей темники пытались создать зверодушца искусственно и получили существо с уязвленной природой, кое меняет облик, сообразуясь с фазами луны. Если зверодушцы вольны в выборе времени своего превращения, то перевертыши способны принять звериный вид токмо ночью, когда прибывает луна, и тем самым звериный дух в них прибавляется, ибо луна есть царица всех изменчивых…» Из записок Теодоруса Додекайнта.

вернуться

23

Свободные (от) Магуса – те из людей Договора, кто, испугавшись преследований темников, решили скрыть свои способности и жить жизнью обычных людей. Обычно презираемы и колдунами, и Магусом.

вернуться

24

Соволемур (сомур, ледяная химера) – алхимически созданное существо, сочетающее в себе признаки полярной совы и мадагаскарского лемура. Агрессивно, практически не поддается приручению, подчиняется лишь воле сотворившего ее колдуна, с которым у нее тесная, почти родственная связь.

вернуться

25

Симбиоз (с химерами) – способность химерических созданий вступать во взаимовыгодные отношения с живыми существами. Чтобы принять форму иного существа, химере необходим носитель — человек или любое другое крупное существо (собака, корова, лошадь), в которого химера вселяется. Строго говоря, подобный способ выживания более похож на паразитизм, если к настолько неестественному созданию вообще применимы биологические термины. Этой повадкой сомур схож с японской кошкой-оборотнем бакенеко, однако те полностью пожирают людей, а после принимают их облик. А у жертв сомура все же есть небольшой шанс остаться в живых. Что касается случая с Калебом, то он уникален.