— … У нас три отделения. Одно здесь, в Стиксе. Второе — в Фокстроте, на материке Трикс. Там ведутся прикладные исследования. Третье — на О́дине, но на тюремный материк отправляют только каторжников… Пусть и выходцев из науки. Мы с ними только по почте переписываемся. Видеозвонки запрещены.

Наконец Альтер уловил, как мы со стариком смотрим друг на друга.

— Эмм… Вы знакомы?

Я ответил первым:

— Нет. Впервые вижу.

Старик холодно глянул на парнишку:

— Как обычно, излишне многословен. Наука любит факты, Сэм, а не болтовню. Будь добр, приготовь нам напитки. Хочу поговорить с мистером Гринчем наедине.

Старик провёл меня в комнату в конце коридора. Длинный V-образный стол с голопроектором со стороны широкого конца. В одном из углов стоял пищевой синтезатор, тарелки со снеками, но старик специально отправил Сэма прогуляться. Видимо, хотел переговорить тет-а-тет.

Учитывая невероятно высокий уровень защиты здания и информационной безопасности, можно предположить: учёные, изучающие Титов-Три, живут независимо от процесса колонизации. У них свои цели, своё начальство и особые отношения с «Морозовым». ИскИн разрешил им оттянуть выдачу награды за карты на неделю! Такого я ещё не видел.

Мы заняли пару стульев у основания V-образного стола. Сев напротив меня, старик спокойно кивнул.

— Мистер Гринч, камеры и устройства для прослушки отключены. Это то, что я могу обещать в силу своих возможностей. Не исключаю, что здесь есть другие следящие устройства, о которых неизвестно даже мне.

Адъютант тоже подключился:

— Повелитель, мои возможности по сканированию тоже ограничены. Сейчас вижу четыре отключённые камеры и две скрытые. Обе автономны и имеют внешние микрофоны под столом. Они включились сразу после того, как профессор отключил основные средства видеонаблюдения. Скорее всего, это уловки внутренней службы безопасности Научного Отдела.

— Сможешь их отключить?

— Доступ к локальной сети отсутствует. Если накроете стол, стену за профессором и за собой духовными частицами, камеры отключатся. Сложная электроника временно будет выведена из строя.

Стоило выпустить ауру наружу, как Лэнго Моу едва не выпрыгнул из-за стола. Половина комнаты быстро наполнилась моими духовными частицами.

— Меры предосторожности. — Пальцем стучу по столу. — Здесь пара микрофонов и камер, которые до сих пор активны. А я хочу, чтобы наш разговор и впрямь остался конфиденциальным.

Старик осторожно вернулся на место. В этот самый миг дверь открылась, и на пороге появился Сэм с двумя кружками кофе.

— Ваши напитки, сэр, — произнёс парень и спокойно вышел.

Видя, что я удивлённо смотрю в спину Сэму, старик спокойно произнёс:

— Вы не в курсе? Неодарённые не видят аур или слабых проявлений силы. Вижу, вы многого не знаете о псионике? — Получив от меня кивок, Лэнго продолжил: — Поступим так. Сразу подпишем соглашение о неразглашении. Потом я расскажу вам основы псионики, а вы мне о себе. Признаться, впервые вижу настолько яркое проявление силы и при этом полную неосведомлённость о ней.

Профессор оказался весьма толковым собеседником. Я сказал, что прибыл на Титов-Три из Поднебесья — это чуть ли не другой край Вселенной. Само понятие одарённого и способ проявления силы у адептов отличаются от того, что есть у псиоников в Содружестве Миров.

Разведя руки в стороны, я создал между ними сгусток сжатой ауры с духовными частицами. Расход энергии огромен, но мне сейчас нужна наглядная демонстрация.

— В Поднебесье есть Духовное Море… Или астрал, если выражаться языком магов. Духовное Море выступает в роли единого полотна для проявления сил всех адептов. Своей аурой мы создаём нужное плетение или рисунок на полотне. Содержащиеся в ней духовные частицы выступают микроконтейнерами с энергией. Чем выше стадия развития адепта, тем плотнее аура и выше концентрация духовных частиц в ней.

Закончив объяснять, я сжал ауру, сосредоточив внутри неё крохотную каплю эссенции жизни. Затем объяснил Лэнго, что адепты Поднебесья используют эту субстанцию как катализатор для обращения к конкретно взятой стихии.

[Одна и та же техника по рисунку может иметь разные эффекты. Всё зависит от того, к какой стихии через эссенцию обращается адепт.]

Лэнго минуту разглядывал каплю эссенции жизни, а затем кивнул:

— В одном вы точно правы, мистер Гринч. Условия проявления силы у псиоников и адептов выглядят по-разному. У одарённых Содружества возможна только одна стихия. Изредка встречаются две, но и они не должны вступать в конфликт друг с другом. Вода и огонь не могут совмещаться. Что же до характера проявления силы…

Пожевав губами, профессор о чём-то задумался.

— … Соглашение о неразглашении подписано. Поэтому я могу затронуть и эту тему. Простите! Профессиональная привычка. — Лэнго перевёл серьёзный взгляд на меня. — Проведу для вас небольшой экскурс, мистер Гринч. Тема, которую мы обсудим, связана с псиониками и с тем, ради чего я вас позвал.

Профессор включил голопроектор в конце стола. Над ним появилось довольно реалистичное изображение поистине огромного корабля, висящего на орбите планеты. От него отделились несколько пирамидок, увеличивающихся в размерах прямо на глазах. Спустя некоторое время каждая из пирамидок стала размером с гору. Затем вошла в атмосферу и аккуратно высадилась на планету.

Загадочно улыбаясь, профессор повернулся ко мне.

— Мистер Гринч, вы знаете, как на самом деле проходит терраформирование планет в Содружестве? Скорее всего, нет. Эта информация почти везде сильно подправлена в пользу государства, в котором её рассказывают.

Лэнго говорил и говорил… А я всё сильнее удивлялся. Оказывается, корабли-сеятели, проводящие терраформирование планет в Содружестве, созданы не людьми! Точнее, не одной из рас, которые тут когда-либо жили.

Сеятели — это огромные машины, созданные загадочными Древними. То ли это одна раса, то ли группа рас. Есть также версия, что это нечто среднее между первым и вторым.

Суть в том, что в технологическом, культурном и интеллектуальном плане Древние превосходили всё Содружество, вместе взятое. Корабли-сеятели — это их наследие. Они в пять раз больше линкора. То есть длина корпуса в районе пятидесяти километров. Внутри находится сжатое пространство.

Сеятели — это ещё и автоматизированные заводы полного цикла. Они сами заходят в астероидные поля и собирают материалы для производства комплексов, отвечающих за терраформирование. Затем летят к планете, которую сами выбрали под изменение климата. В пути они создают те самые пирамиды, которые я видел на голограмме.

Сеятели сбрасывают с орбиты автоматизированные заводы, и запускается процесс терраформирования. Одновременно с этим империя Аратан направляет в эти места корабли, отвечающие за коррекцию. Речь о судах, загруженных генетически модифицированными растениями и животными. Именно им предстоит создать биосферу.

Возникает закономерный вопрос: как Сеятели связываются с государством и передают данные?

Я хотел было спросить про Мудреца Архо, но язык будто онемел.

Адъютант тут же пояснил:

— Прошу прощения, повелитель! Я должен был вмешаться. Согласно всем изученным мной базам данных, Мудрец Архо не афиширует своего присутствия в секторе. Скорее всего, о нём знает узкий круг людей. Возможно, император и его ближайшая свита, но не более того. В разговоре с данным учёным вам ни в коем случае нельзя об этом упоминать. Лэнго может передать детали разговора посторонним. Для обывателей империя получает сигнал с корабля Древних. Другого им знать не надо. В остальном вы правы. Мудрец Архо участвует в этом деле как посредник.

Довольно улыбаясь, Лэнго указал на голограмму.

— Сеятель оставляет заводы на планете, которые проводят терраформирование. Одновременно с этим прибывают огромные суда, выполняющие коррекцию. В течение года доставляют первые виды животных, растений, насекомых и птиц. Шаг за шагом они создают устойчивую экосистему. Сначала растения. Затем насекомые и птицы. Всё в ускоренном режиме и под условия планеты.