Держась за трос лебёдки, я завис на границе двойного перехода. Духовное тело гудело от напряжения. Казалось, внутри меня пробегают искры. Сфера Восприятия улавливала огромные силуэты, плавающие где-то очень и очень далеко.

Оглядевшись, я нащупал дно на глубине тысяча семисот метров. Мистер Кракен охотился там на каких-то циклопических медуз, мидий и прочую живность. Имелись тут и другие хищники, на фоне которых я казался сущей крохой. Наверняка в их глазах местный планктон выглядит в разы вкуснее, чем человек, прибывший с суши.

[Пока рано соваться в зону смерти.]

Адаптация шла не просто ускоренными темпами… Я будто цистерну мутагена для псиоников вылакал. Невероятный зуд и напряжение стали белым шумом, который я одновременно слышу, вижу и осязаю. Ещё чуть-чуть — и на вкус начну ощущать. Из разряда эфемерных ощущений он переходит в нечто вполне конкретное.

Сама собой улучшилась картинка перед глазами и в Сфере Восприятия. Ощущения воды, передаваемые через кожу, стали походить на что-то вязкое и смутно знакомое.

Каждая клетка тела проходила своего рода перерождение. Духовные частицы циркулировали по меридианам, а чистая энергия воды заполняла духовное тело как сосуд. Две силы дополняли друг друга, не конфликтуя.

Поток духовных частиц, двигаясь по энергоканалам, создавал своего рода течение для энергии воды внутри меня.

Я так увлёкся самонаблюдением, что очнулся только в тот момент, когда дроид-грузчик потянул вверх трос лебёдки. Стоило мне оказаться в шлюзовой камере, как из динамика прозвучал голос Адъютанта:

— Повелитель, прошу прощения. Вы отсутствовали один час и семь минут. Я опасался, что у вас закончился воздух. Поэтому на всякий случай вернул вас на аванпост.

— Погоди. Раньше мой предел был сорок пять минут, — произнёс я, прислушиваясь к ощущениям в теле. — А сейчас вообще не чувствую, что достиг предела. Наоборот, мне даже как-то хорошо.

Сказав это, я вдруг рухнул на пол и не заметил, как заснул.

[О боги магии! Да сколько можно? Дайте хоть до подушки доползу.]

…

46 сутки (спустя 13 дней от передачи данных империи Аратан)

Маркус Гринч

Когда открыл глаза, снова услышал голос Адъютанта:

— Повелитель, вы проспали восемнадцать часов. Согласно анализу базы данных «Псионик», близится день вашей инициации. На это указывает то, что вашему сознанию становится тяжело и дальше выдерживать нагрузку от сдерживаемой энергии стихии.

Я не смог сразу ответить Адъютанту… Проснулся, огляделся и понял умом, что нахожусь во всё той же шлюзовой камере с бассейном в центре. Вот только забыл, как говорить.

Это было странно и непривычно.

[Кажется, моя адаптация зашла слишком далеко.]

Я дышал, чувствуя, как разворачиваются лёгкие. Ощущал, как духовные частицы бегают по энергоканалам, а концентрированная энергия воды наполняет мой духовный сосуд…

Возникло смутное ощущение, что сама Стихия Воды ждёт, когда я выпущу скопившуюся энергию наружу.

Мысли не путались… Скорее, они поменялись. Как если бы я раньше мыслил существительными:

«Дом», «лес», «город».

А теперь вдруг описываю то же самое через прилагательные:

«Уютный», «комфортный», «перспективный».

Одновременно с этим понимаю, что оба состояния мышления неверны. Энергию нельзя держать! Даже в пределах тела она должна всегда циркулировать.

Правильный ход мыслей… это глагол, означающий движение⁈

«Отдыхать», «расслабляться», «развиваться».

[Мутация мышления? Такое вообще возможно? Видимо, ответ «да»… Во время пребывания в Ледяном Мире мой внутренний диалог с самим собой здорово прокачался. Поэтому и умею замечать такие изменения.]

Сидя на полу шлюзовой камеры, я понял, о чём говорилось в базе «Псионик».

[Адъютант прав. До моей инициации осталось совсем чуть-чуть.]

Одарённый копит в себе напряжение. В момент создания контакта со стихией сознание и тело псионика настраиваются на определённый ранг. Это его личная точка старта. Второй ранг? Третий? Быть может, пятый из десяти возможных?

[Надо подготовить себя к инициации псионических сил.]

Сжав кулаки, я прислушался не к словам, а к тому, что подсказывает тело. Зуд практически пропал, а напряжение ощущается… Как норма? Во мне будто формируется зачаток нового органа чувств.

Одно я понял: адаптация подошла к концу. Ждать дольше уже не имеет смысла.

…

Взял сутки на отдых и медитации, давая организму полностью восстановиться. Опять проспав восемнадцать часов кряду, сплавал на берег, чтобы набрать духовные частицы. Точнее, попытался.

Когда вылез на берег, чуть не помер из-за дичайшей разницы в давлении чистой энергии стихии. Пришлось вернуться обратно на Девятку. В ход пошёл резерв энергии из самоцветов.

Восстановившись и приведя тело в порядок, соединил вместе тросы двух лебёдок от дроидов-грузчиков. Так общая длина увеличилась до пятисот метров.

Схватившись за конец троса, я прыгнул в бассейн на дне шлюзовой камеры. Причём не абы как, а прихватив с собой здоровенный камень-якорь для увеличения скорости погружения.

Пятьсот метров…

Прохожу через границу зоны смерти. Концентрация энергии снаружи вырастает на порядок.

Пятьсот пятьдесят…

Концентрация чистой энергии воды в духовном теле возрастала до совсем уж запредельных величин. Снова возникший зуд ушёл куда-то вглубь костей, а напряжение внутри стало походить на пружину, сжатую до предела.

Семьсот метров…

Нейроком на запястье, пустив искру, отошёл в мир иной. В рабочем состоянии остались только Адъютант и моя татуировка-инструмент. Та самая, которую я получил в виде промежуточной награды на Турнире Поднебесья.

Восемьсот метров…

От давления камень-якорь начал трескаться. Мелкие куски отваливались один за другим. Я продолжал двигаться вниз.

Треньк!

На дистанции в девятьсот метров размотка кабеля резко остановилась. Служивший якорем камень разломился пополам. Обломки полетели на дно, до которого ещё восемьсот метров.

Качнувшись на натянувшемся тросе, я добрался до стены расщелины и там обмотал им скальный выступ. Сам со всей доступной прытью стал спускаться ниже. Татуировка-инструмент на правой руке продолжала показывать глубину и нарастающее давление.

Девятьсот двадцать метров…

Девятьсот пятьдесят.

Я полз вдоль стены вниз, заставляя тело ускоряться руками и ногами. Кости начали дрожать. Концентрация чистой энергии воды выросла до совсем уж безумных величин. Я инстинктивно понял, КАК морские обитатели Титова-Три замечают пришельцев с суши.

[Они чуют наши тела как области с меньшей концентрацией энергии стихии.]

Тысяча сто…

Усиленное трансформой тело с трудом выдерживало нагрузку в сто десять атмосфер. Из носа хлынула вода.

[Ещё чуть-чуть!] — произнёс я и, как паук, продолжал ползти ко дну.

Тысяча двести…

Умом, сознанием, пятой точкой и даже мифической интуицией я ощущал, что забрался слишком глубоко в зону смерти. Ещё чуть-чуть — и сам стану её частью. Пружина от скопившегося напряжения скоро сама распрямится и высвободит скопившийся потенциал.

Находящийся вдали Мистер Кракен заинтересовался, что тут происходит. Монструозная туша длиной в полкилометра начала грести в мою сторону. Лениво и без энтузиазма. Казалось, им движет любопытство, а не голод.

Тысяча триста…

Пальцы перестали слушаться. Схватившись за очередной камень, я не смог заставить тело продолжить путь. Последние двести метров двигался на чистой воле и упрямстве. Концентрация энергии снаружи не поддаётся измерениям. Я даже слов Адъютанта не могу расслышать. В голове стоит сплошной белый шум.

[Пора,] — подумал я и выпустил разом всю энергию, скопившуюся в моём духовном сосуде.

Маркус Гринч

Скопившаяся во мне энергия прошла сквозь границы духовного сосуда. Кожа, кости, мышцы — казалось, тысячи крохотных иголок прошили меня насквозь, ища путь наружу.