Я все это могу!

Только... Как бросить Янку?

— Какую сделку? — прошептала я онемевшими губами.

— А ты не безнадежна, да? — со смехом подмигнула мне бывшая клиентка. — Просчитала риски, да? Если Трофимов узнает, что такая как ты занимается его дочкой, он тебе ноги выдернет. Он же неадекватный!

Она показательно закатила глаза под лоб, а вот мне стало жутко обидно.

Да, Владислав прямой и бескомпромиссный. Но каким ему еще быть? Военные они такие. Только вот ничего неадекватного я в его поведении не заметила, а как он себя ведет с Янчиком, так это вот как раз мамаше и надо бы поучиться.

— Чего ж вы тогда пришли к этому неадекватному? Вы же его хотели увидеть?

— Нет. Я видела, как он уехал. А если Трофимов в ночь сваливает, значит, он будет валять девок по кабакам до самого утра. Мне нужна была именно ты, дорогуша.

— Зачем?

Я все же нащупала позади себя кресло.

А она ведь готовилась к этому разговору. Откуда-то узнала, что именно я теперь работаю у Влада и Яны. И шла целенаправленно ко мне. Следила, что ли?

За кем?

За мной или за бывшим мужем?

— Знаешь, как бывает, — Алина Сергеевна закинула ногу на ногу. Расправила атласную юбку на коленях, покачала острым носком туфли. — Выходишь ты замуж полная надежд. За мужчину своей мечты! А потом оказывается, что мужчина этот слишком, — она пощелкала пальцами, подбирая слова. — Честный. Слишком порядочный. И вместо того, чтобы исполнять мечты своей любимой женщины, он говорит тебе о каких-то перспективах. Какие перспективы я могла предполагать у тупого офицера ВДВ?

Ах, вот как...

У нас тут женщина разочарованная оказывается. Алина хотела жизни королевской, а Влад, видимо, был более приземленным.

— А сейчас что-то изменилось?

— А ты не видишь? — она развела руками, показывая на квартиру. — Владиславка оказался не так уж плох. Знаешь, сколько стоит такая квартирка? Его машина? Нет?

— Я не имею привычки оценивать имущество тех, у кого работаю, — процедила я сквозь зубы.

Какая она мерзкая!

Ее же только деньги заботят. Даже ребенок не нужен! Как только она вообще Янчика родила с такими принципами?

— Точно дурочка, — снисходительно улыбнулась бывшая Влада. — Короче. Мне нужна от тебя услуга. Раз ты тоже вся такая честная, то сделай как я скажу и исчезни. Я тебе прилично заплачу. О-очень прилично! На какую-нибудь студию хватит на окраине. Тебе даже такую до старости не купить самостоятельно все равно.

— Что вам надо? — меня уже потряхивало от ее ужасных слов.

Алина Сергеевна наклонилась ко мне.

Заглянула в глаза и улыбнулась.

— Переспи с Владом.

Я посмотрел на часы.

Потом еще раз на окна собственной квартиры. Не понял. А чего свет горит? В груди потеплело. Я уже столько лет не приходил домой, когда меня там кто-то ждет.

Зайчик точно уже должна спать, полночь же.

Значит, ждет кошечка?

Мррр... Моя пантера решила поиграть наконец-то? Или глазоньки мне выцарапать? Так мы быстренько один процесс в другой повернем! Не проблема вообще! Не зря ж я в марте родился.

Я вытащил с заднего сиденья здоровенного медведя для Янчика, а с панели взял большую шоколадку. Подарки для зверинца. Не могу же я с пустыми руками к ним приходить?

Не по-пацански.

Ключ квартиру не открыл. Ни в одну сторону просто не поворачивался. В душе ворохнулось нездоровое. Да что за ерунда-то?

Я затарабанил в дверь сразу кулаком.

Странное, противоестественное чувство расперло грудак изнутри. Я даже не сразу его узнал, не сразу понял, что творится внутри. Как будто кислотой облили внутренности. Разъело моментально, сожгло мысли.

Страх!

— Ой, это вы! Простите! — Яна открыла дверь и сразу бросилась куда-то вглубь квартиры.

— Чего?

Я обалдел.

Во-первых, от такой встречи. А во-вторых — от ее вида.

Это же моя рубашка на ней? Черт, а чья еще-то?

Тревога в душе вмиг превратилась в не менее едкую ревность. Я скинул кроссовки и даже по морде себе ладонью махнул. Остынь, Трофим! Твоя кошечка весь вечер просидела дома, откуда тут чужому мужику взяться?

— Па-апа! — мелкая радостно плескалась в ванне.

Разбрызгивала пену и воду через края, визжала, топя свои игрухи.

Тьфу, блин...

Мотор за ребрами не переставал взволнованно колотиться все равно.

Я привалился к дверному косяку. Яна-старшая сидела прямо на полу перед ванной, светя мне голыми коленками. Улыбалась Янчику, а вот на меня смотрела настороженно.

И холодок этот во взгляде мне не понравился.

— А я-то думаю, что у вас тут происходит, — я мысленно поставил себе еще одну галочку. — Вы чего не спите так долго?

— Так получилось, — Яна отвернулась, а вот маленький Янчик вдруг присела в воду. Глянула настороженно на свою няньку и поджала губки.

Та-ак...

По ходу, галочек мне придется лепить тут еще целое стадо.

— Мы там ужин приготовили, вы поешьте, — так же, не поворачиваясь, сказала кошечка.

— Поем, — я кивнул. — Зайчик, это тебе!

Я продемонстрировал дочке медведя и выслушал еще порцию визгов.

— Я на кровать посажу?

— Давай! Я буду с ним спать! Яна, а как мы его назовем?

Я прикрыл дверь в ванную.

Чот какая-то неведомая фигня происходит, задницей чую. Не может на меня кошка до сих пор обижаться за тачку и магазин. Она правильная вся, конечно, но характер у нее не такой, чтоб вот так по полдня дуться. Я же вижу людей, у меня локаторы настроены.

Усадив игрушку на кровать в гостевой спальне, я только вздохнул.

Бывшая ей и пижамку прислала, конечно.

Привыкай Трофим. У тебя теперь есть дочь, так что вот такие изменения необратимы. Холостяцкая берлога перестает быть холостяцкой. Скоро ты сюда сам еще и розовятины девчачьей натащишь.

Прикольно, черт... Хоть сам посмотрю это все.

Я вымыл руки на кухне, подхватил сковороду с плиты.

Вау...

Первый же кусочек мяса заставил меня закатить глаза. Какой же кайф... Я усиленно заработал вилкой и челюстями. Е-мое, я уже реально хочу борщ! Если кошечка все так готовит, то я уже сто процентов ее никуда не отпущу.

Это ж сокровище!

С дитем ладит, взгляду и другим местам приятна до судорог, готовит как богиня. Что еще надо-то? А характер... Я пожал плечами сам себе.

Ну, привыкнет.

Поймет, что брыкаться бесполезно. Со мной жить проще и приятнее. Я вот только с ее заморочками разберусь и все.

Я опять набил рот мясом.

Тема. Индейка это тема, оказывается. И женщина в доме тоже кайфово. Я оглянулся вокруг. Нифига как чисто стало. Даже ходить уже не страшно, даже босиком по ходу можно будет.

И в швабру умеет, а!

Ну, просто сказочный клад!

Точно себе оставлю.

— Владислав Андреевич, — из ванной выглянула Яна, залитая водой до самой груди. И веселая улыбка с ее личика сползла. — Вы что... Вилкой в сковороду?!

— А што? — не понял я претензии, активно жуя.

— Вилкой? — она взвизгнула. — В такую шикарную сковороду?!

Так.

Я определенно где-то накосячил. Даже глаза скосил в сковородку, из которой ел. А что с ней такого-то? Посудина да посудина, подумаешь.

Я всегда так делаю.

— Вы же ее поцарапаете! — кошечка подлетела как тайфун и выхватила еду из моих рук.

— Эй!

Моя добыча!

Еду отбирают, люди добрые, что творится в моем доме!

— Верни, бешеная! — я обхватил кошечку сзади. — Я не доел же!

Под руки попалась ее грудь.

Мягкая, без всяких этих поролоновых бронежилетов женских. И кровь сразу же от желудка оттекла, куда надо. Ладно, перетерпим, я в общем-то уже и не голодный вроде.

Тут вон ого какое!

— Не смейте! — Янка не знала, что делать, то ли сковородку на пол бросать, то ли от меня отбиваться. — Что вы делаете?

— Разрываюсь на части, — честно признался я. — Все такое аппетитное, за что хвататься в первую очередь не знаю.