Через полчаса я вышел на крыльцо лаборатории.

Запихнул бумажник в задний карман и пошел к машине. Два дня. Два дня мне надо еще ждать, чтобы все окончательно прояснилось. Но просто сидеть и ничего не делать я тоже не буду. Электронный голос в телефоне по-прежнему извещал, что бывшая жена вне зоны доступа.

Ладно, будем разбираться постепенно.

На базу я приехал чернее тучи. И напряженное лицо зама мне тоже сразу не понравилось.

— Что?

— Здорово, Трофим. В Мурманске встала наша фура.

— ДТП? — я поднимался в офис нашей фирмы, что располагался над гаражами. — Водила живой?

— Менты.

Ну, приехали...

Вот только таких разборок мне сейчас и не хватало.

— Что в фуре?

— Обычный груз, — Серега пожал плечами. — На этот раз всего лишь обычный груз. Но это уже третья наша фура за десять дней, которую задерживают. Тенденция нездоровая, тебе не кажется?

— Не кажется, — я зашел к себе в кабинет и бросил ключи от машины на стол. Развернулся к бывшему сослуживцу и другу. — Мне никогда не кажется, ты знаешь. Я люблю знать точно. Прозванивай туда. Надо — плати. Вытаскивай аккуратно машину и чтоб водитель держал рот на замке. Если под нас копают, будем принимать меры.

— Ладно, — Серега уже взялся за ручку двери, но остановился. — Трофим, у тебя все нормально?

— К чему вопрос?

— Ты рано приехал. И ты на взводе.

Нор-рмально у меня все...

Из меня просто пытаются сделать оленя, а я этого не люблю. Да еще и способ такой, что хоть вой. На святом пытаются сыграть, на ребенке!

— Нормально все, иди, работай.

Дверь за товарищем закрылась.

Черт бы все это побрал... Я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Нет, в таком состоянии я не наработаю. А у меня документов...

Я приоткрыл один глаз.

Вот дьявол... Целая гора.

Веко опять закрылось.

Перед глазами появилось лицо. Злое, залитое румянцем от возмущения. И... Красивое. Честное. Чистое. Я махнул по морде ладонью. Так, давай-ка, Трофим, работать начнем уже, а?

Эти Янки тебе покоя не дают.

Обе, причем. И если с маленькой пока все ясно, то, что делать с большой? Я ее хочу. Такое нечасто бывало, чтобы девчонка мне так западала в душу сразу же. Да что там, она всего лишь вторая такая.

Но если я с ней поразвлекаюсь, а потом разбежимся, то что я скажу дочке?

Она же утром сразу в позу встала, что ей кроме ее Яны никто не нужен. Ууу... Я с силой потер лицо ладонями. Борода заскрипела, тихо перетираясь под пальцами. Головняк свалился неожиданно, да.

Я подхватил первую папку с документами.

Так, все. Работать! Мой бизнес растет только потому, что я по бабам не загоняюсь. Вот так и буду продолжать. Потом разберемся, в нерабочее время.

— Еще кофе будешь? — в дверь заглянул Серега.

— А? — я поднял голову.

Глянул на свой стол.

Шесть пустых чашек в ряд. Йо-о... Часы на стене показывали шесть часов вечера. Ничерта себе!

У меня ж там должен был быть борщ!

— Не, брат, — я захлопнул папку. — Я поеду.

— Куда?

— Домой.

— Куда?! — Серега обалдел.

— Сам в шоке, — я вытолкнул его в коридор и закрыл кабинет на ключ. — Как будут новости по фуре, наберешь меня. Все, давай.

Он покачнулся от хлопка по плечу, но комментировать ничего не стал.

Домой!

Точнее, в зверинец свой я поеду. У меня там зайцы с кошками голодные сидят, пока я бумажками занимаюсь. Зайчонок-то ничего не скажет, а вот одна дикая кошка точно будет пытаться мне голову откусить.

Я прыгнул в тачку, словно на пожар опаздывал. Сам не понял, почему такая реакция. Но отчего-то знал, что нужно торопиться. Как они там вообще одни целый день?

Не позвонила ведь ни разу.

И я — тоже. Я рыкнул сам на себя. Папаша, блин, заботливый.

Пролетев через половину города, я зарулил в ближайший к дому приличный супермаркет.

Похлопал себя по карманам, отыскивая списочек, что она мне написала. Вот, черт. Посеял, видимо, где-то. Ладно, куплю чего-нибудь, дальше разберемся. Вроде бы я еще помню, что там, в борще должно плавать.

А вот что обычно дети едят — вообще не представляю!

Я взялся за ручку и застыл.

Прямо передо мной ехала беленькая малолитражка. Чихала нещадно, плевалась черными клубами дыма из глушителя, дергалась как на последнем издыхании.

Ооо, братан, ты там живой за рулем вообще?

Малолитражка медленно въехала на свободное место, и из нее вывалился водитель. А-ах-х-у...

Какая неожиданность, я хотел сказать!

Там не водитель.

Водительница.

Зверинец мой на выезде!

Я зло улыбнулся. На такой шушлайке ездить? С моей дочкой? Ну, готовься, кошечка моя. Сейчас я тебе хвостик буду дыбом ставить!

От его рыка я подскочила как ошпаренная.

Уцепила Янчика за ручку от испуга и обернулась.

Ох, ё...

Трофимов не шел. Трофимов летел над землей. И только что дым из ноздрей не пускал от злости. Удивительно, но я на самом деле испугалась его вида. Голова сама собой в плечи вжалась.

Сейчас будет орать.

А за что?!

— Открой машину! — гаркнул он.

Я послушно пикнула брелоком сигнализации, отступая на шажочек. А чего он психует-то? Откуда он тут вообще взялся?

Трофимов рванул на себя водительскую дверь и наклонился.

— Лучше ты ничего не могла придумать? — он не кричал. Но его интонация... Лучше б орал, честное слово. — Ты сдурела на такой тачке ездить?

— Н-на к-какой? — я начала заикаться.

Нормальная у меня машина.

Старая, да, недорогая. Ну, так, а с чего мне новую покупать, он не соображает что ли? Я воспитателем работаю!

— У тебя фильтры забиты к чертовой бабушке! И салонный, по ходу, и под капотом, — Трофимов наступал на меня. Ткнул пальцем в Янчика. — Сама задохнуться хочешь и ее отравить заодно? Ты вообще соображаешь, что делаешь? Инстинкт самосохранения и все такое?

Я раскрыла рот.

Обидно стало до слез почему-то. А чего он? Сам-то лучше, что ли? Я же еще утром увидела, что у него татуировками шрамы на теле прикрыты. Специально, это точно.

— Яна хочет есть! — я задвинула ее за себя и сжала кулаки. Уставилась прямо в бородатое сердитое лицо. — Вы обещали привезти продукты! И где? Чем я должна вашу дочь кормить?

— Бутербродами, — Трофимов нависал сверху огромной глыбой.

— Бутерброды для ребенка вредно!

— А возить ее в загазованной тачке крайне полезно, видимо, да?

Я надулась.

Отвернулась от него, нащупала за спиной плечико Яны. Потрепала ее, погладила, чтобы она не боялась. Чурбан бесчувственный! Не понимает, что ревом своим собственного ребенка пугает?

И меня заодно.

Трофимов тоже отвернулся. Вдохнул вдруг мощно, всей грудью. Так сильно, что даже боковым зрением я это уловила. Обалдеть, он здоровый, конечно. Просто огромный. Сильный, наверное, что машину мою утащить сможет.

Я скосила глаза на его бицепсы.

Нет, он точно половину своего времени проводит в тренажерном зале.

Невозможно ничего не делать и иметь такое тело. Как будто с обложки какой-то или спортсмен. Даже на шее мышцы выпирали тугими канатиками.

И борода у него красивая.

Ухоженная. Сразу понятно было, что Трофимов за собой следит. У таких мужчин обычно отбоя от любовниц нет. Красавчик. Хотя на ловеласа вроде бы не похож. Намеки мне кидал какие-то, но кажется, это он специально. Просто чтобы позлить меня.

Ну, это понятно.

Где он и где я?

Квартира у него и машина такие, что закачаешься. Не зря Алина Александровна именно к нему дочку отправила. С ним у нее никаких финансовых проблем точно не будет.

Я нахмурилась.

Мне нет до тебя никакого дела, Трофимов Владислав Андреевич. Не Янчик — я бы уже удрала.

— Шагай в магазин, — пока я его разглядывала, он глядел на меня.

Ой.

Я же на него пялюсь как последняя бесстыдница! Позор какой.

— Янчик, бежим, — я ухватила свою воспитанницу за ручонку и зашагала ко входу в супермаркет.