В руке Ника зажегся фонарь, освещая пространство подводной пещеры. Мы продолжили движение и через еще один узкий проход попали в следующий зал. Это была целая система — подводный дворец, состоящий из просторных пещер, соединенных туннелями.
Несмотря на акул, мне хотелось вернуться, поверить в то, что они уже успокоились, забыли обо мне и уплыли восвояси. Если честно, я никогда не любила замкнутые пространства. Да, жажда приключений во мне в конечном счете всегда перевешивала, и я была готова к рискам, но в затонувшем корабле или в таком вот туннеле ощущение повышенной опасности не покидало ни на минуту.
Ник не останавливался, он упорно продвигался вперед, ведя меня за собой, словно наверняка знал, что делать. Только мне было страшно, и я чувствовала себя растерянной. Просто не понимала, что мы здесь делаем? Кислорода еще было достаточно, но мы застряли на большой глубине, и все дальше удалялись от входа в пещеру. Да и рана на руке по-прежнему кровоточила.
Иногда свет фонаря провоцировал копошение на дне каких-то странных существ, чем-то похожих на мелких ракообразных. Я понимала, что эти твари безобидны, но все равно каждый раз вздрагивала. Непонятно, как они вообще там выживают без света и пищи?
Судя по приборам, мы постепенно поднимались к поверхности. В какой-то момент проход сузился настолько, что нам пришлось продвигаться друг за другом едва ли не ползком, касаясь стенок туннеля баллонами с кислородом.
Как же я боялась застрять! А еще больше, что застрянет Ник, он все-таки покрупнее. «Зачем мы здесь, в этой темноте, в этом Богом забытом месте, где и живности почти никакой нет? Все это похоже на ночной кошмар!» — не оставляли меня тревожные мысли.
Мы продолжили ползти, пока внезапно ласты Ника и свет его фонаря не пропали из моего поля зрения. Впереди была только темнота без какого-либо лучика света, без малейшей надежды.
Что с ним случилось, куда он пропал!? Он же меня не бросит? С ним все в порядке?
Страх заложил уши, и меня начало трясти.
Вдох-выдох, выдох-вдох. Я попыталась сосредоточиться на звуке струи воздуха, выходило не очень.
Хватит трусить! Кислорода мало, но достаточно, ты все еще жива, двигайся вперед, Арина, ты нужна ему, а он где-то там.
Я сделала пару движений и проход стал свободнее, теперь я смогла дотянуться и до своего фонаря. Нащупала его рукой, включила, подтащила ближе к лицу, направляя вперед. Со светом приступ паники отступил, дыхание стало выравниваться. Через несколько метров стенки туннеля обрывались, и там была очередная пещера.
Не успела я из него вывалиться, как на входе меня встретил Ник. Он подавал мне какие-то знаки, а я только хваталась за него руками от перевозбуждения.
Живой! Невредимый! Вот оно счастье! С ним все хорошо!
Наверное, меня все еще трясло, потому что Ник испуганно принялся проверять мое тело на предмет ранений, а не найдя ничего нового, взял за руку и потащил за собой. Теперь мы долго поднимались наверх, периодически стравливая воздух. И что это за пещера такая?
Когда моя голова оказалась над водой, в это трудно было поверить. Вокруг все еще царила беспросветная тьма, луч фонаря терялся в высоких гранитных сводах, но мы уже могли свободно дышать и разговаривать.
— Куда ты меня затащил?! — вырвалось на эмоциях. — Как теперь выбираться отсюда?
— Арина, посмотри на меня, — Ник поднял маску и приложил свою ладонь к моей щеке. — Доверься мне. Я знаю куда ведет этот туннель. То, что мы оказались рядом с ним — большая удача.
Теперь мне хоть что-то становилось понятно. Выходит, у него все это время был план. Я не знала какой, и где мы в итоге окажемся, но план был, как и надежда на спасение.
— Покажи свою руку, — Ник сам вытащил мою ладонь из воды и посветил фонарем на рану.
Она не была глубокой, просто ладонь оказалась разодрана камнями сразу в нескольких местах. Страх неизвестности все это время непонятным образом заглушал боль, а теперь, когда я немного пришла в себя, ощутила в полной мере, как сильно ее дерет от соленой воды.
— Надо бы ее обработать. Потерпи, еще десять минут и будем на суше, там станет легче.
— Куда мы дальше?
— Скоро увидишь, только надо еще разок погрузиться.
Его загадочная улыбка воодушевляла даже в этом ужасном месте. Мы опустили маски и снова ушли под воду.
На глубине нескольких метров был проход в следующую пещеру, а затем еще в одну, на этот раз в последнюю. Когда мы вынырнули из воды, то наконец смогли выбраться на берег.
Тело казалось таким тяжелым, что я еле шевелила ногами. На сушу буквально выползала на четвереньках, опираясь на здоровую руку. С каким же удовольствием я распласталась на холодных камнях.
Хотелось свернуться клубочком и уснуть, а когда очнусь, оказаться в своей уютной каюте на яхте. Я перенервничала, устала и организм требовал времени на восстановление. Но отдыхать было рано, мы еще не выбрались к солнцу, голубому небу над головой, а главное, к людям, которые где-то там ждали нас и любили.
— Наверное, Вики и Джем уже все спасательные службы подняли на уши, — рассмеялась я. Мой голос эхом отразился от стен пещеры, и я испугалась собственного смеха.
— Вряд ли, времени прошло еще слишком мало. У нас даже кислород в баллонах не закончился.
Ник лежал рядом. Мы светили фонарями на стены пещеры, наблюдая, как темнота поглощает маленькие лучики и слушали дыхание друг друга.
— Куда ты пропал из того узкого туннеля? Знаешь, в тот момент… страшнее в жизни я ничего не испытывала.
— Испугалась темноты? — усмехнулся Ник.
— Дурак, — нет, я не обиделась. Да и на что? Он был прав, темноты испугалась, но больше не этого. — Я думала, что потеряла тебя, — прокатилось еще несколько раз затихающим эхом по пещере.
— Куда ж я от тебя денусь? — засмеялся Ник, не осознавая, как много на самом деле я вложила в эти слова. — К тому же, я обещал Артему следить за твоей сохранностью в его отсутствие, — прозвучало как-то очень серьезно и грустно. — А там, я случайно фонарь уронил, пришлось ловить. Прости, что испугал.
Ник дотянулся до меня рукой и нежно сжал мои пальцы.
— Отдохнула немножко? Пора идти дальше. Если повезет, к ужину будем на яхте.
Эта перспектива немного приободрила, я поднялась на ноги. И снова туннели, только уже по суше, точнее по влажным скользким камням или россыпи из мелкой колючей крошки. Все бы ничего, но пришлось снять ласты, а идти босиком по освещенной фонарями дорожке приходилось аккуратно и выходило крайне медленно.
Мы то карабкались вверх, то пролезали в узкие проходы, снова оказывались по колено в воде, только уже пресной.
— Подземные воды, — не останавливаясь, пояснил Ник.
Баллоны и грузы тянули спину, но мы решили их не бросать. Неизвестно, что ждало нас впереди, они могли еще пригодиться. Ник не углублялся в подробности, но уверял, что однажды уже преодолел весь этот путь с одним проводником. Вот только с тех пор уже прошло несколько лет. Он не договаривал, я и так понимала, что это значит. Где-то проход может быть завален, тогда не останется ничего иного, как возвращаться по воде.
Наконец, где-то вдалеке появился дневной свет. Сначала я не поверила своим глазам и выключила фонарь, Ник сделал тоже самое. Это был он — свет солнца, слабо пробивающийся через камни. Хотелось бежать на него, поскорее выбраться из этой бездны. Но Ник придержал меня, обхватив за талию, и снова включил фонарь, освещая путь.
— Впереди будет обрыв, — предупредил он, — от меня ни на шаг.
Мы продолжили движение, аккуратно ступая на камни.
— Для Артема стараешься? — с чего-то съязвила я.
Сказывалась усталость, а еще эта его холодность так раздражала, настроение было ни к черту.
— Не я всю ночь провожал его в дорогу, — ответил тем же Ник.
Тут во мне что-то взорвалось. В ярости я остановилась напротив него, упираясь в бока сжатыми до боли кулаками.
— Конечно, тебе было некогда, ведь ты всю ночь утешал ненасытную Вики!