В тот момент я ощущала себя первооткрывателем, как Христофор Колумб, ступивший на берег Америки, или Юрий Гагарин, восторженно рассматривавший Землю из космоса. Это было одним из самых ярких впечатлений детства. Сейчас же, стоя посреди пиратских сокровищ, которые, наверняка, искали всем миром не одно столетие, я не чувствовала ничего кроме удивления и усталости. Как же так?!
Прихватив с собой несколько монет, я снова вскарабкалась на уже освоенную мною гору из мешков. Только теперь под ногами заметила щепки. Видимо, проход был замаскирован какими-то деревяшками, присыпанными камнями, но дерево прогнило и не выдержало моего веса.
Сначала отправила наверх свое снаряжение, а затем, дотянувшись до руки Ника и сама была вытянута из золотого хранилища.
Забираясь, я забыла про разодранную ладонь и перенесла на нее вес. Мелкие камни словно того и ждали — впились в открытые раны, и я взвыла от боли. Из глаз брызнули слезы. Ник подтащил меня к себе, и я уткнулась головой в его плечо, все еще морщась и закусывая губы.
— Тиши, тише. Сейчас пройдет, — успокаивал он меня, убаюкивая, как ребенка. Я подняла голову и его ладони тут же обхватили мое лицо, нежно касаясь горячими пальцами мокрых скул. — Как же ты меня напугала! Никогда так не делай больше! — всегда собранный и уравновешенный Ник был на грани. Голос то срывался до крика, отражаясь эхом, то затихал до хриплого шепота. В нем смешалось все: боль, нежность, агрессия, отчаяние. — Я не смогу жить без тебя. Понимаешь?
Я понимала, потому что чувствовала тоже самое.
Его сухие горячие губы в уже привычной темноте нащупали мои, вздрагивающие, холодные и соленые от слез, которые все не желали останавливаться. Сжимая и кусая до боли, мы изучали друг друга на вкус, пока не начали задыхаться от возбуждения. Ник снова прижал меня к своей груди, глубоко вдыхая запах моих волос, а я закрыла глаза и наконец расслабилась, слушая ритмичное биение его сильного сердца.
Мы с трудом оторвались друг от друга. Покинуть эту мрачную пещеру хотелось уже невыносимо. Дневной свет был совсем близко. Вот только проход оказался частично завален. Чтобы пройти, пришлось разгребать камни. Ник не хотел меня подпускать к этому занятию, но я настаивала, уверяя, что буду поднимать только те, которые мне по силам.
Спорила я зря, сил во мне оказалось чертовски мало. Как же было обидно, что я такая слабая и ничем не могу помочь.
Ник залез наверх и скинул оттуда несколько увесистых булыжников. В это образовавшееся отверстие мы и пролезли. Пещера сузилась до едва проходимого коридора, свернула за угол и нас ослепил яркий дневной свет. Привыкшие к темноте глаза сжались до двух маленьких щелок. Еще несколько шагов и в лицо ударил поток теплого воздуха с ароматами зелени, трелями птиц и прилипающими к влажной коже надоедливыми насекомыми, к которым я была жутко рада снова вернуться.
Все еще жмурясь от солнца, я огляделась по сторонам. Мы вылезли из расщелины посреди какой-то горы, утопающей в растениях.
— Куда дальше? — растеряно схватила за руку Ника.
Ноги подкашивались. Стоя на краю я жутко боялась оступиться. Все тело ломило от полученных ушибов, но взваливать еще и эти вопросы на не менее уставшего чем я мужчину мне не хотелось.
— Бросаем снаряжение, — Ник буквально вырвал из моих рук прижатые к сердцу любимые ласты и кинул в образовавшуюся кучу с баллонами и жилетами. — Поднимаемся на гору, там будет дорога, которая ведет к берегу.
— Где мы вообще?
— В закрытой части заповедника. Здесь почти не бывает туристов, — Ник задумался, осматриваясь по сторонам, затем отчего-то самодовольно улыбнулся и прижал меня к себе. — Ну, кроме тех, что забрели случайно, как мы.
Мужчина сделал уверенный шаг в сторону, упираясь босой ногой в ствол молодого дерева, попружинил на нем, испытывая на прочность, и протянул мне руку.
— Давай, Русалочка, не дрейфь, гора не очень крутая, прорвемся.
На мужском лице просияла шальная улыбка на миллион долларов, вот он — настоящий любитель приключений! Глядя на него, даже я как-то незаметно взбодрилась.
Мы карабкались по горе около получаса. Голову так напекло, что казалось, заверни в мои волосы яйцо, оно там сварится. Солнце нещадно лилось даже сквозь шапки деревьев и высокий кустарник, через который приходилось пробираться. Он то облеплял нас листвой на манер банного веника, то царапал сухими колючими ветками.
Пить хотелось невыносимо. Пещера с сокровищами за бутылку воды!
Мы уже давно расстегнули и наполовину приспустили гидрокостюмы, чтобы не расплавиться в них заживо. Благо дело, под ним у меня имелся купальник. Если честно, в этой ситуации я была готова идти и голышом, лишь бы выжить.
Ник снова подтянул меня за руку на новую высоту, и вот перед нами показалась та самая заветная дорога. Как только мы на нее выползли, нас едва не сбил пролетающий автомобиль одного из смотрителей парка.
На вопрос: «Как вы тут оказались?», мы, не сговариваясь, ответили: «Заблудились». Худенький кудрявый парнишка еще долго удивленно косился на наши гидрокостюмы, царапины и синяки на теле, раны на моих руках, но лишних вопросов не задавал.
В первую же минуту мы с жадностью опустошили все запасы воды в этой машине. А вот аптечки в ней, увы, не оказалось. Ник недовольно осмотрел запекшуюся кровь с вкраплением мелких камней и грязи на моей ладони, но сделать что-то в этой ситуации не мог.
Открытый внедорожник типа сафари надрывно рычал, набирая скорость после очередного торможения на резком повороте, и подскакивал на кочках, не жалея мою и без того отбитую задницу. Ник занял место рядом с водителем, то и дело виновато оглядываясь на меня. Сперва я пыталась улыбаться ему в ответ, давая понять, что со мной все хорошо и не стоит так переживать, но быстро поняла, что даже на это у меня не осталось сил.
И как-то мне не нравился этот его взгляд. Естественно, выглядела я не очень, но мы были живы! А еще нашли сокровища! О которых, кстати, за всю дорогу не разу не вспомнили. В общем, как по мне, все это того стоило.
Машина остановилась в порту. Ник помог мне выбраться из авто, и мы двинулись вслед за нашим спасителем. По дороге мужчины уже договорились между собой, и парень охотно согласился посодействовать нам с возвращением на яхту. За щедрое вознаграждение, конечно.
Небольшой катер прыгал по волнам, продолжая начатые внедорожником пытки над моей попой. В этот раз Ник сидел рядом, крепко обнимая меня одной рукой, за что я очень была ему благодарна. Грязные, растрепанные горячим ветром волосы прилипали к коже, но от этого я уже не ощущала дискомфорта. Как и своей руки, раны на которой явно начали воспаляться. Мы живы, мы рядом — это самое главное.
— Как думаешь, чем занята Вики? — вырвались мысли вслух.
В моем представлении нас искала уже вся береговая служба спасателей во главе с нашими друзьями.
— Мне все равно, — равнодушно отозвался Ник.
— Так нельзя. Она же твоя девушка, — возмутилась из женской солидарности, нахмурив брови.
— С чего ты взяла? — удивленно рассмеялся Ник. — Мы выросли вместе, она мне как младшая сестра, — пояснил он. — А еще, ее очень любила моя мать, они даже чем-то похожи. Наверное, я просто привык о ней заботиться. К тому же, Артем… — Ник замолчал, подбирая слова. — Порой ему самому не помешала бы нянька.
Мы искренне рассмеялись, забыв про усталость, на счет Артема он был абсолютно прав. А какой же я себя ощущала дурой! Как я могла все это время ревновать Ника, обижаться на него, не разобравшись во всем до конца?! Выходит, он передо мной всегда был честен, а вот я на его глазах продолжала отношения с его лучшим другом. И что меня не сожрала та пятнистая акула? Потому что я это точно заслужила.
Время было к ужину, как Ник и обещал еще в пещере. Каково же было наше удивление, когда, поднявшись на главную палубу, мы обнаружили абсолютно спокойных, по обыкновению мило щебечущих и иногда забавно хохочущих Вики и Джема… за стрижкой бороды. Они даже как-то расстроились, что мы вернулись так рано и испортили сюрприз.