Неожиданно я «услышала» голоса. Они были приглушённые, но довольно чёткие.

— «Как думаешь, она была здесь?»

— «Не знаю, смотри, тут птица. Она сама сюда не могла прилететь».

— «Но как она сюда попала вообще? если только через этот узкий проход. Мне пришлось сильно ужаться, чтобы проползти по нему. Хотел бы я быть в тот момент этой кошкой, что повадилась сюда бегать».

— «Надо есть меньше, тебе давно это говорили», — хихикнул второй голос, — «кошка прибегала с едой. Или у неё здесь дом, или она к кому-то бегает. Давай, осмотрим тут всё, может, что-то найдём и тогда будем знать наверняка, была она тут или нет».

«Она» — это, явно, я, а эти, кто там переговаривался, те самые «охранники» из моего грота. Оёёй! Мэуня попала в переплёт! Да и чайка тоже… Я покосилась на дельфина. Он был очень сосредоточен и, видимо, не «слышал», кто что «говорит». В море каждые два тала кто-то что-то «говорит». Ладно, потом ему расскажу…

Лу всё плыл и плыл, изредка ободряюще оглядываясь на меня. Я кивала головой — всё в порядке, и мы плыли дальше.

Неожиданно он резко вильнул вниз и я от неожиданности отпустила его плавник и оказалась почти нос к носу с двумя мерзкими акулами. Они были небольшими, но красоты им это не прибавляло. Я от ужаса замерла на месте, страх просто сковал меня и они это почувствовали… По крайней мере, одна из них. Она завертела головой в поисках источника страха. Я даже дышать перестала.

— «Ты чувствуешь что-нибудь?» — (тот же голос, я его уже слышала)

— «Нет, а что?»

— "Тут кто-то есть, я чувствую… — её ноздри стали хищно раздуваться, ещё чуть чуть, и я или потеряла бы сознание от страха, или завизжала и выдала себя с головой.

В этот момент выскочил из укрытия Лу. Он-то уверен был, что я сижу за его спиной! Но понял, что я там и ринулся на защиту.

— «О, кого мы видим! Нянька, собственной персоной! Ну и где твоя недоделанная русалка?»

Дельфин ринулся на акулу с явным намерением его (а это была не акула, а акул, если можно так сказать) покусать, но я быстро уцепилась за плавник и похлопала успокаивающе по спине. Он угрюмо окинул их взглядом и «сказал»:

— «Жаль, мне некогда, а то я бы тебе показал, кто недоделанный.»

— «Мы следим за тобой, длинноносый!»

Ну и ну… А они какие? Тупоносые? Пришлось менять маршрут на ходу. Лу, то и дело оглядываясь на этих грубиянов, менял путь — то вверх, то вниз, то выпрыгивал из воды наружу, предупреждая уже меня каждый раз перед очередным фортелем. Я, честно говоря, устала жутко, а он всё резвился… Наконец, не выдержав, попросила пощады.

— «Остановись, я уже изнемогаю!»

Лу остановился.

— «Я видел неподалёку утёс. Вы сможете отдохнуть там.»

Кивнула и мы снова поплыли. Вот и подножье утёса. Дельфин всплыл так, чтобы мне легче было добраться до берега. Это оказалось самое удачное место для высадки, потому что я потом обошла островок и увидела, что везде были отвесные скалы, кроме этого. Но это было потом. А сейчас, не успев добрести до песка, я буквально рухнула и уснула…

К сожалению, красотой местных скал полюбоваться мне не пришлось, потому что любоваться было нечем. Камни, камни… сплошные камни. Лишь кое-где торчала трава. Много соли на скалах, скелеты рыбок, раковины…

И всего одно чахлое деревце, обдуваемое со всех сторон ветрами. Пальма… Ого, на ней даже есть кокосы! Такое крепкое дерево! Я села под эту пальму (благо, ветра сейчас не было, так, лёгкий бриз), прислонилась к нему спиной и вытянула ноги. После того, как я, проснувшись, облазила этот островок вдоль и поперёк, я снова устала. Кружилась голова и была во всём теле странная слабость или, я бы сказала, вялость. Ничего не хотелось… даже если бы сейчас выскочил передо мной этот пучеглазый «жених» моей матушки, я бы даже бровью не повела.

Пока я бродила по острову, Лу отсутствовал. Вот ведь охранник достался… Где его носит? Я лениво открыла глаза и посмотрела на море. Совсем неподалёку летали какие-то птицы. Птицы, птицы… что-то меня с ними связывает… но что? Лениво перебираю события прошедшего дня, вернее, его обрывки, потому что собрать всё в одно целое не было просто сил.

Внезапно (впрочем, как всегда) выскочил Лу. Хоть я и думала, что никак не среагирую на подобное явление, но, всё же, вздрогнула и поджала ноги под себя. Он весело заверещал и… плюнул в меня чайкой! О, Энгеа, вот оно! То самое недостающее звено! Я подняла это перепуганное создание, которое пыталось меня заклевать насмерть. Выворачивая голову, она своим довольно-таки большим клювом несколько раз умудрилась меня зацепить. Несносный Лу снова уплыл. Да что же это такое! Впрочем, занявшись чайкой, я забыла о нём.

Нашла подсохшие широкие листья пальмы и, пообрывав лишнее, попыталась как-то пристроить к ним сломанное крыло. Но привязать-то нечем… Недолго думая, оборвала от края юбки (вернее, от того, что от неё осталось, увы…) приличный кусок подола и привязала к крылу оголённые веточки. Получилось неплохо. Если бы она не вертелась во все стороны, повязка была бы более крепкой. Теперь хорошо бы её накормить. Я назвала чайку Эфой. Устроив в расселине ей что-то вроде гнезда, вошла в воду и нырнула. Проплыла вдоль подводных скал в поисках рыбок почти вокруг всего утёса. Мелочь всякая проплывала, но довольно далеко, не рискнула за ними плыть из-за катастрофической усталости, тем более, что и рыбки были очень пугливые.

Повернула назад и… снова увидела эту парочку «тупоносых» красавцев. Интересно, как они превращаются в людей? Или это не они? Но голоса очень даже похожи… Конечно, я хотела поймать рыбку побольше, но не настолько. Нервно хихикаю. Сейчас я их не боялась, они проплывали далековато, всё же.

У самого берега меня обогнал Лу. Я успела ухватить его за хвост и лихо выплыла на берег.

— «Можно узнать, моя принцесса, куда вы плавали?» — чересчур вежливо спросил он.

— «Рыбку хотела поймать для Эфы», — невинно похлопала глазками.

— «Эфа, это…»-задумался дельфин.

— «Чайка, которую ты мне привёз.»

— «И как? Есть улов?» — он с любопытством смотрит в мою сторону, пытаясь разглядеть.

— «Нет, я хотела, конечно, ей принести двух акул и одного дельфина, но решила, что это слишком для неё много будет», — фыркнула в ладошку.

Дельфин вздохнул:

— «Ладно, наловлю ей рыбы. В общем, я принёс не очень радостные вести — если вы будете находиться в ожерелье очень долго (а это более двух дней), вы можете просто умереть. Оно отнимает силы.»

— "А я думаю, что это меня так разморило! — воскликнула я.

— «Что, вам плохо?» — заволновался Лу, — «немедленно снимайте его!»

Я потащилась в скалы, подальше от любопытных глаз, и, опустив голову вниз, к самыми коленям, стала распутывать косички. На это ушло минут двадцать, не меньше. Может, даже больше. Руки уставали очень сильно. я их опускала и отдыхала. Наконец, распутала всё и подняла голову, разминая затёкшую шею. Лу захлопал ластами:

— «Ну, наконец я вас вижу! А то устал разговаривать с одними мыслями. Вы поближе к Анар ложитесь, быстрее сил наберётесь».

— «Откуда узнал? Кто тебе сказал про ожерелье?»

— «Бабушка Лингез. Я к ней плавал. Это она вам всё давала — и ожерелье, и гребешок, и что-то ещё, я не знаю. Должно быть три предмета. Вы должны знать. Все ли подарки целы?»

Я стала вспоминать, что мне ещё привозил отец. Перебирала и то, и сё… Ничего приличного, волшебного или магического, в голову не приходило.

— «Только гребень помню ещё, но он в доме остался. По аналогии должно быть зеркало. Сам посуди — гребень, ожерелье… что к ним подходит больше всего? У меня было зеркальце в детстве, но я его потеряла. Может, и оно… А что бабушка говорит?»

— «Она забыла», — с досадой сказал Лу, — «говорит, что ты должна знать!»

— «Ничего не поделаешь, надо возвращаться в дом», — вздохнула я. — «Там быстрее найду то, что нужно. Может, возьму в руки и оно мне как-то „ответит“, что это то самое».