Всем объявила, что он напился и упал, потянул за собой скатерть, на котором стоял подсвечник, и вот… сами, типа, видите…

Поверили ей? Да, и весьма охотно! На неё глаз положили все — от капитана до последнего матроса. Когда предъявил на неё права капитан, то на корабле начался бунт. Каждый хотел ею обладать! И что, она испугалась? нет! Она хохотала, как сумасшедшая, чем раззадоривала всех ещё больше. Сказала, что останется с тем, кто больше ей понравится. Думаете, кто-то отказался? Отнюдь! Началась борьба не на жизнь, а на смерть!

Конечно, капитан выиграл схватку и заперся с ней у себя в каюте.

Как только он схватил её в свои объятия, она указала ему на что-то в иллюминаторе. Тот глянул и побледнел — пираты! Когда оглянулся на неё, то не увидел никого. Только шум то ли крыльев, то ли ветра… Дверь открылась со скрипом и всё… Выбежал на палубу — никаких признаков её присутствия. А я видел в шарике, как она превратилась в какую-то птицу и улетела. Ни золота не нашли, ни драгоценностей. Если забрала с собой, то как? А эти пираты открыли огонь по кораблю и потопили его. Кто спасся, попал к ним в плен."

Я слушала, как зачарованная… Не всё поняла из того, что он рассказывал, но слушать было интересно. Кто такие пираты? В жизни про них ничего не слышала!

— «В общем, вот так я здесь очутился и остался. Всё равно на земле никого у меня не было. Старуха учила меня варить всякие зелья из того, что было под рукой или мы плавали с ней на землю — я выходил где-то в безлюдном месте, собирал для нас с ней кое-какие травки, лягушек тех же, ну, что попадётся. И, конечно, заплывали в дальние закоулки моря. В Ундумэ, например…»

Я вздрогнула. Ага, вот оно! Он знает, зачем я здесь!

— «Вы поможете нам?»- спросила я его в упор. Тот кивнул, задумчиво разглядывая меня.

— «И вы даже не спросите, что вас ожидает там? Вдруг — смерть!»

Смеюсь, пытаясь скрыть тревожность:

— «О чём вы? У меня планов куча.»

— «Ну, условие, собственно, у меня одно — никому обо мне не говорить.»

Я, всё же, не сразу решилась принять его помощь. Смотрела на него и думала.

— «Почему решились помочь? Что заставляет вас изменить пучеглазому принцу?»

— «Он зашёл слишком далеко… — колдун нахмурился и сжал ладонь, что лежала на столе, в кулак, — здесь разные интрижки были, не спорю, то зелье для приворота сделать кому-то, то наоборот. Но он умудрился всех обмануть, и меня, мага, в том числе, обвёл вокруг пальца. Я потом узнал, что он пользовался не только моими услугами, у него нас, магов, колдунов оказалось что-то около пяти. Ну, по крайней мере, по слухам. А когда вы отобрали у него жезл нашего Государя Турнэара, я сразу понял, что пора уже его деятельность бурную прекращать.»

— " А помогали вы ему потому, что он пригрозил всё о вас рассказать?" — предположила я.

— «И это тоже… — кивнул он с неохотой. — Но первопричиной была одна русалка… Да, я не безгрешен, влюбился в одну красавицу. Может, для кого-то она и не очень, но мне нравится. Она не боялась меня, приплывала, смотрела, как я варю зелье, помогала мне… А принц увёл её… куда — не знаю. Даже шар не показывает мне этого…»

— «Хорошо, я не скажу, но тоже с одним условием. Мне надо знать, как попасть в Ундумэ и как выбраться оттуда.»

Маг кивнул.

— «Да, конечно, расскажу… Но надо торопиться, сегодня, в день, вернее, ночь, затмения именно тот день, когда можно туда попасть. Но сначала надо восстановить царствование Государя. Давайте своё зеркало, вы же взяли его с собой?»

Мелькнула мысль, а не ловушка ли это? Я скосила глаза на ожерелье — вроде, оно прежнее по цвету. Но, видимо, прошло десять обещанных минут и в дверь настойчиво постучали.

— «Принцесса Эарэлен! Как долго ещё нам вас ждать?»

Я озабочено осмотрела помещение в поисках чего-то, чем я могла бы накрыть ноги мага. Он меня понял, усмехнулся и вытащил из-под стола… русалочий хвост. Быстро его прицепил и кивнул мне.

— «Заплывай, Лу!»

Тот не заставил себя упрашивать. Я достала зеркало и мы втроём склонились над ним.

— «Государь Турнэар!» — позвала я. Ждать пришлось минут десять. И вот, сквозь зелень воды я его увидела, наконец… своего дедушку. О, Энгеа и все его валары! Какой он огромный!!! Мой земной дедушка был довольно высоким и мне казался чуть ли не великаном, но этот, морской дедушка, оказался настолько большим, что я могла запросто сравнить его с горой!

Государь смотрел на меня, но видел или нет, вот в чём вопрос. Я снова обратилась к нему:

— «Мне надо увидеть пол и всё вокруг вас, Государь! Я — ваша внучка, Эарэлен!»

Дедушка Турнэар (так приятно проговаривать в мыслях это!) кивнул головой (ну, хоть слышит, это уже хорошо) и, подплыв к стене, опустился на пол, как будто что-то искал. Зато я увидела то место, куда мне будет удобно попасть, и сосредоточилась на этой отметке. Уже через минуту — свист в ушах, резкий рывок и я стою рядом с дедушкой. Я не стала церемониться и просто обняла его. Слёзы, которых не видно было в воде, сами по себе текли по лицу ручьём. А он гладил меня по голове своей огромной рукой и что-то шептал… Ну, как будто… Я очень крепко прижималась к дедушке. Не потому, что мне так сильно этого хотелось, а потому, что надо было отсюда выбираться. Я попросила его:

— «Нам надо вместе представить себе, куда мы будем перебираться отсюда. Просто на улицу… эээ… то есть, за пределы этой тюрьмы или… Я не знаю здесь, собственно, ничего. Вот ещё есть мой грот и его пещера…»

— «Давайте, дорогая принцесса, просто за пределы этой камеры.»

Камерой тут и не пахло, довольно приличная была комната, но жить всё время в ней и не иметь возможность выйти, то ещё «удовольствие».

Поэтому мы поторопились оттуда «уйти» максимально быстро. Через минуту находились уже за пределами его места заточения. Как только мы оказались на свободе, Государь официально обратился ко мне:

— «Принцесса Эарэлен, помогите мне снять оковы…»

А я и не заметила их за его огромной бородой! Он протянул ко мне руки и я тут же сняла этот светящийся круг. Он поцеловал меня в макушку:

— «Спасибо…»

Я улыбнулась, кивнула и сказала:

— «Вам надо занять место на троне, а я поплыву в Ундумэ, за мамой и папой.»

Он не стал кричать, что, ой, не надо, что ты делаешь, там опасно, да и не принцессино это вовсе дело, по разным ундумэ шляться… Очень серьёзно посмотрел, обнял и уплыл в свой тронный зал.

А я переместилась обратно к магу. Там всё было, как я и оставила. Маг в доме, мои дельфины снаружи. Спросила старого колдуна:

— «Сколько ещё времени у нас?»

— «В общем, хватит, чтобы доплыть к тому моменту, когда оно раскроется и впустит вас.»

— «А потом? Сколько у нас времени, чтобы успеть выплыть обратно и не остаться там?»

— «Вы же можете успеть всё сделать за считанные минуты!»

— «Мои дельфины поплывут со мной. Я не могу их оставить там!»

Тот покачал головой и махнул рукой:

— «На всё про всё не более сорока минут».

Я выплыла наружу и позвала свою маленькую армию:

— «Что ж, вперёд, друзья! Нас ждут небывалые подвиги!»

Так мне рассказывал сказки отец… Я помню их все от слова до слова. Там были сплошь герои! И теперь я стала, как бы, одной из них…

Мы плыли быстро и, когда подплыли к страшному Ундумэ, то ещё застали плотную стену воды. Её можно было потрогать руками, встать ногами (мне, конечно), но лучше этого не делать… потому что оно сразу хватало жертву и засасывало к себе внутрь… кричи не кричи, ничего не поможет… И вот, вдруг, настал тот миг и поверхность зашевелилась! Она стала заворачиваться в спираль, сначала медленно, ворочаясь, как бы, нехотя, но всё быстрее и быстрее увеличивала скорость! И, когда вертящаяся воронка достигла дна, как нам показалось, мы рванули быстрее молнии вниз…

Когда мы очутились в этой впадине, то оказались посредине котлована-воронки, но с довольно широким дном. Дельфины сгрудились вокруг меня, мешая осмотреть пространство. Велела рассредоточиться чуть пошире. Теперь всё стало видно. С двух сторон были норы. С одной две, с другой, прямо напротив, три. Опасность просто витала вокруг нас! Ею было пропитано тут всё. Потом я поняла, что это был больше страх… Но мы все были в таком состоянии, в таком азарте, что ли, что просто не поняли… Я осмотрела эти норы. Там, где их было три, одна, посередине, была довольно узкая и ни один дельфин по ней не проплывёт. А я — как раз помещалась. И даже могла плыть, а не проползать.