— Ты умеешь?

Лидия посмотрела на Дмитрия.

— Нет.

— Но ты уже вмешивалась.

— Я заперла дверь. Это не значит, что умею разобрать механизм за ней.

Я присел перед Дмитрием.

— Посмотри на меня.

Он послушно поднял взгляд.

— Кто я?

— Андрей Мангустов.

— Кто Наталья?

— Маг смерти.

— Что тебе нужно сделать?

— Привести Наталью.

— А зачем?

— Она должна стать частью связи.

— Какой связи?

— Панциря.

Ксения схватила меня за плечо.

— Не задавай ему вопросы по цепочке. Ты сам помогаешь приказу собираться.

— Отлично. То есть я сейчас разговариваю с чужим программным обеспечением и случайно заполняю ему форму регистрации?

— Примерно.

Я отстранился. Дмитрий продолжал смотреть на меня, и в его зрачках появилась тонкая серебряная полоска, быстро исчезнувшая под радужкой. Либи тревожно пискнула.

— Там ещё один наблюдатель.

— Где?

— Не в комнате. Через него.

— Через Дмитрия?

— Да. Кто-то смотрит его глазами.

Я почувствовал знакомое давление. Не обычную ментальную атаку, а скорее взгляд из-за стены — холодный, терпеливый и очень далёкий. Я мог развернуть новые измерения и посмотреть глубже. Мог. Именно поэтому не стал: после разговора с Системой я слишком хорошо знал цену чужого любопытства. Иногда, чтобы тебя увидели, достаточно самому начать разглядывать.

— Андрей, — предупредила Либи, — не смотри.

— Я и не собирался.

— Ты уже решил посмотреть.

— Это разные вещи.

— Для тебя нет.

Она была права, и это начинало входить в неприятную привычку. Лидия опустилась на корточки рядом с Дмитрием.

— Я могу вернуть его, — проговорила она. — Но мне нужна Ксения.

— Зачем? — осведомился я, подавшись вперёд.

— Она должна подтвердить, что приказ отделён от его воли.

Ксения нахмурилась.

— Я не ментатор.

— Нет. Ты чувствуешь приказы. Это важнее.

— Если я ошибусь?

— Тогда он станет тем, кем его сделали.

Дмитрий неожиданно усмехнулся.

— А кем меня сделали?

Лидия дёрнулась.

— Ты всё слышал?

— Только последнее.

— Тогда молчи.

— Не хочу.

— Дмитрий, — спокойно начала Ксения. — Сейчас ты можешь отличить собственное желание от приказа?

Он посмотрел на неё.

— Да.

— Что ты хочешь?

Дмитрий долго молчал.

— Хочу встать.

— Это твоё желание?

— Да.

— Вставай.

Он поднялся.

— Что ещё?

Дмитрий посмотрел на Лидию, и в его лице впервые появилась злость.

— Хочу, чтобы она убралась из моей головы.

Лидия побледнела.

— Это твоё желание?

— Да.

— А Наталью ты хочешь привести?

Дмитрий сжал кулаки.

— Нет.

Ксения резко втянула воздух.

— Вот. Сейчас говорил он.

— А теперь? — уточнил я.

Дмитрий повернул голову к пустому телу у стены.

— Теперь я слышу его.

Человек улыбнулся. Это была первая эмоция на его лице, и от неё мне захотелось не просто уничтожить тело, а разобрать его на детали и потом проверить, не осталось ли чего-нибудь лишнего.

— Дмитрий должен привести Наталью, — повторил он. — Дмитрий должен подготовить панцирь.

Дмитрий согнулся пополам. Его вырвало прямо на пол, но изо рта вышла не пища, а густая чёрная слизь. Она шевелилась, собираясь в тонкие нити. Лидия ударила ладонью по его груди, и чёрные нити исчезли внутрь.

— Это не приказ, — прохрипела она. — Это попытка переноса.

— А попроще?

— В него пытаются загрузить чужую память.

— Почему ты раньше не сказала?

— Потому что ты бы начал вмешиваться.

— Я и так начал.

— Именно.

Ксения присела рядом с Дмитрием и прижала ладонь к его затылку.

— Там несколько слоёв, — сообщила она. — Первый принадлежит ему. Второй… Лидия, это ты?

— Да.

— Ты поставила ему навязчивую цель?

— Да.

Дмитрий резко поднял голову.

— Что?

Лидия не отвела взгляда.

— Идея вернуть дом отца появилась не сама.

Несколько секунд никто не произносил ни слова. Даже тело у стены замерло, будто ждало продолжения.

— Ты внушила мне это? — Дмитрий подался вперёд, и голос у него сорвался.

— Да.

— Когда? — Дмитрий поднялся на ноги.

— После петли.

— Какой петли? — переспросил он, и в голосе появилась хрипота.

— После того, как вы с помощницей застряли на трое суток в собственной молитве.

Дмитрий смотрел на неё, словно впервые видел, пальцы его сжались в кулаки.

— Зачем?

Лидия потерла пальцы, будто на них осталась чужая кровь.

— Потому что в тебе уже был другой приказ.

— Какой?

— Привести Наталью. Передать тело.

— Моё тело? — Дмитрий коснулся груди.

— Да.

— Кому? — Дмитрий проследил за её взглядом.

Лидия перевела взгляд на пустого мужчину.

— Тому, кто сейчас стоит у стены.

Дмитрий шагнул к ней, но Ксения выставила руку.

— Не надо.

— Она украла мою волю!

— Да, — подтвердила Лидия. — Украла.

Её признание прозвучало так спокойно, что я даже не сразу понял смысл.

— Можно было соврать, — заметил я.

— Можно. Но это ничего не изменит.

— Продолжай.

Лидия села на пол напротив Дмитрия и сложила руки на коленях.

— Когда я поняла, что в тебе есть глубокая команда, попыталась её снять. Не получилось: она была вплетена в память, кровь и ещё какой-то внешний контур. Если бы я вырезала её напрямую, ты бы либо умер, либо потерял большую часть личности.

— Поэтому ты решила добавить мне другую команду?

— Я решила запереть первую.

— Навязчивой идеей дома?

— Да.

Дмитрий рассмеялся. Смех вышел коротким и страшным.

— Я полгода думал только об этом доме. — Он провёл ладонью по лицу. — Я не мог спать.

— Знаю.

— Я тратил деньги, унижался, ехал к человеку, которого ненавижу, потому что должен был вернуть этот дом.

— Да.

— И ты всё это время смотрела?

— Да.

— Ещё и спала со мной. — Дмитрий смотрел на неё, не отрываясь.

Лидия закрыла глаза.

— Да.

Дмитрий ударил кулаком по стене. Камень треснул, но руку он не убрал.

— Ты хоть понимаешь, что сделала?

— Понимаю.

— Нет, не понимаешь!

— Понимаю, — повторила Лидия. — Я использовала твою зависимость. Подталкивала тебя, когда ты сопротивлялся. Лгала. Пользовалась тем, что ты не мог отличить собственное желание от чужого воздействия.

— И называешь это спасением?

— Нет. Это было удержанием.

— Красивое слово.

— Другого нет.

Я смотрел на них и чувствовал, как внутри меня поднимается злость. Не на Дмитрия — с ним всё было понятно, он сам не знал, где заканчивался он и начиналась чужая команда. На Лидию. Она действительно могла спасти его, но при этом превратила в удобную игрушку, любовника и наследника, бегающего за домом по её указке.

— Ты могла обратиться к кому-нибудь, — заметил я.

— К кому? К императору? К ментаторам? К твоей магии? Ты бы попытался вырвать приказ силой и убил бы его.

— Очень уверенно.

— Я видела, как работают такие закладки. Ты нет.

— Ты была частью сети? — Я скрестил руки на груди.

Лидия молчала. Ксения резко повернула голову.

— Отвечай.

— Да.

— Какой частью?

— Наблюдение, подмена воспоминаний, сопровождение.

— Ты сама ставила приказы?

— Иногда.

— Убивала людей?

— Иногда.

— Сколько? — Ксения подошла ближе.

Лидия посмотрела на неё без вызова.

— Не знаю.

Ксения сжала пальцы.

— Плохой ответ.

— Другого нет. Мне не сообщали конечные результаты операций.

— Очень удобно.

— Нет. Очень страшно.

В этот момент пустой мужчина снова сделал шаг. Я поднял ладонь, но Ксения покачала головой.

— Не трать силу. Он не идёт к нам.

— А куда?

— К Дмитрию.

Тело подошло к чёрной линии и опустилось на колени. Его лицо стало меняться: кожа пошла мелкими трещинами, черты поплыли, и на несколько секунд он превратился в старика с тучным лицом и тяжёлыми веками. Потом снова вернулся к облику Дмитрия.