Линия исчезла.

Вместо неё на каменной стене рядом с аркой проступили слова.

НЕ СМОТРИ.

Львович сделал шаг назад. Его люди подняли защиту.

Я некоторое время молчал.

— Система решила дать мне совет, — заметил я наконец. — Наконец-то хоть кто-то в этом доме говорит коротко.

— Это не Система, — возразила Ксения. — У Системы другая структура команд.

— Ты уверена? — уточнил я.

— Нет, — призналась она.

— Отлично, — усмехнулся я. — Тогда у нас сегодня праздник честности.

Я положил ладонь на надпись.

Камень оказался ледяным. Внутри него не было памяти дома, которую я чувствовал раньше. Здесь было другое. Не воспоминание, а привычка. Привычка закрывать дверь перед определённым типом присутствия.

Я увидел тысячи дверей.

Одни закрывались перед магами. Другие перед болезнями. Третьи перед армиями. Четвёртые закрывались, когда кто-то пытался пройти с чужой памятью.

А потом я увидел дверь, которая закрывалась перед взглядом.

За дверью не было существа. Не было тела, голоса или лица. Там оставалась только точка, которая умела соединять разные места одним фактом наблюдения.

Точка видела мир, и мир становился частью её карты.

Я отдёрнул руку.

— Что ты увидел? — спросила Ксения, не убирая оружия.

— Пустоту, — ответил я.

— Врёшь, — отрезала она.

— Не полностью, — признался я. — Там была точка.

— Какая? — не поняла Ксения.

— Похожая на глаз, если глаз забыть нарисовать, — пояснил я.

Ксения перевела взгляд на надпись. Она долго молчала, будто проверяла, не отзовётся ли камень.

— Это может быть остаток Краба? — спросила она наконец.

— Нет, — покачал я головой.

— Почему? — уточнила Ксения.

— Краб оставляет маршруты, команды, страх и очень плохие договоры, — объяснил я. — Это другое. Оно не пытается управлять. Оно смотрит.

Львович медленно опустил защитный щит.

— Что будет, если оно продолжит? — спросил он.

— Не знаю, — признался я.

— Ты можешь остановить его? — не отступал следователь.

— Если бы мог, уже остановил бы, — вздохнул я.

— Тогда надо изолировать вас, — произнёс Львович.

Ксения резко повернула голову.

— Львович, — предупредила она.

— Я не обвиняю его, — следователь поднял ладонь. — Я говорю о процедуре. Если через Андрея можно увидеть порталы и миры, а порталы реагируют на это как на заражение, то мы не знаем, какая сторона опаснее.

— Я могу уйти из поместья, — предложил я.

— Куда? — спросила Наталья, появляясь на лестнице.

Она появилась на лестнице настолько тихо, что я не заметил её приближения. Рыжие волосы были собраны в хвост, на рукаве осталась кровь освобождённого пленника. Не её. Она выглядела уставшей, но в глазах уже работала привычная оценка чужих повреждений.

— В любое место без порталов, — ответил я.

— Там тоже могут быть люди.

— Людей я пока не заражаю.

— Пока — плохое слово, — Наталья спустилась на несколько ступеней. — Ты забыл моё имя вчера, когда Виктор ударил по памяти. Если через тебя кто-то смотрит, я хочу знать, что именно он видит.

— Я тоже хочу.

— Тогда не подходи к порталу один.

— Я был не один.

— Ты был один в голове.

— Там всегда тесно, но я привык.

Наталья спустилась ниже и встала напротив меня.

— Твоя душа не повреждена, — сообщила она. — Я проверила ещё утром.

— Звучит как хорошая новость, — усмехнулся я.

— Память тоже целая, — продолжила Наталья. — Но между слоями есть что-то вроде открытого окна.

— Сквозняк? — предположил я.

— Связь, — поправила она.

— С кем? — уточнил я.

Наталья посмотрела на плоскую поверхность портала. Она долго молчала, будто пыталась нащупать что-то невидимое.

— Не знаю, — призналась она. — Когда я пытаюсь нащупать её, она исчезает. Не уходит. Именно исчезает, будто у неё нет места, куда можно вернуться.

— Это и есть след, которого нет, — пробормотал я.

Либи мигнула и зависла чуть выше.

— Формулировка неточная, — возразила она. — След есть. Но он не принадлежит объекту.

— Ещё лучше, — проворчал я.

Ксения провела пальцами по стене рядом с надписью. Её лицо изменилось, будто она услышала что-то, чего не слышал никто другой.

— Здесь нет приказа, — произнесла она.

— А что есть? — спросил я.

— Предупреждение, — ответила Ксения.

— От кого? — уточнил я.

— От того, кто умеет закрывать двери, — сказала она.

— Портал? — предположил я.

— Мир, — ответила Ксения.

Слово повисло в башне. Слишком большое для обычной арки, слишком простое для того, что происходило.

Я снова посмотрел на арку. Раньше я считал её просто дверью, пусть и ведущей в другой мир.

— Ты хочешь сказать, что первый уровень разумный? — спросил я.

— Я хочу сказать, что он реагирует на тебя осмысленно, — Ксения пожала плечом. — Это не обязательно разум. Иногда хорошая защита выглядит умнее, чем её создатель.

— Похоже на большинство моих знакомых, — усмехнулся я.

— Но портал не просто защищается, — возразила Ксения. — Он выбирает, кого пропускать.

— И не пропускает меня, — подытожил я.

— Не пропускает то, что пришло с тобой, — поправила она.

Я хотел пошутить, но не нашёл подходящего варианта. Если бы через меня действительно смотрело что-то неизвестное, шутка превращала бы проблему в привычную бытовую вещь. А эта проблема не соглашалась становиться бытовой.

Я попробовал ещё раз.

Не открыть портал. Не включить способность. Просто шагнул вперёд и остановился в ладони от портала.

Поверхность потемнела. На ней показался лес первого уровня. Тот самый, куда ходил сотрудник Львовича. Ветка, снег, серое небо.

Потом среди деревьев открылись десятки маленьких отверстий.

Не глаз. Не окна. Скорее, места, где реальность делала вид, что ничего не происходит.

В каждом отверстии отражался я.

Я стоял перед порталом, но одновременно находился в лесу, под водой, в пустой комнате, на каменной площади и в месте, которого не существовало. Все отражения смотрели прямо на меня.

Один из них улыбнулся.

Я отступил.

Изображение исчезло.

— Ты тоже это видел? — спросил я, оборачиваясь к Наталье.

Наталья кивнула. Она выглядела бледнее, чем минуту назад.

— Видела, — ответила она.

— Что это было? — уточнил я.

— Ты, — произнесла Наталья.

— Я знаю, как я выгляжу, — усмехнулся я.

— Нет, — покачала она головой. — Я видела не тебя. Я видела, как кто-то собирает твои варианты.

Ксения медленно убрала клинок в ножны.

— Нужно прекращать эксперименты, — произнесла она.

— Согласен, — кивнул я.

— Это было слишком быстро, — добавила Ксения.

— Я умею признавать очевидное, когда оно пытается смотреть на меня из нескольких миров, — пожал я плечами.

Львович подошёл к каменной стене.

— Что теперь?

Я посмотрел на закрытый портал. Потом на надпись. Потом на ключ с одиннадцатью насечками, который всё ещё лежал у меня в кармане.

След Краба исчез. Но вместе с ним исчезла и возможность объяснить всё Крабом.

Это было неприятное открытие. Краб был удобным виновником. У него были деньги, сеть, люди, тела, архивы и отвратительная привычка оставлять после себя проблемы. Если что-то происходило, можно было сказать: «Краб». И начинать расследование.

Теперь сказать было нечего.

— Я попробую договориться, — произнёс я, отходя от арки.

Ксения посмотрела на меня так, будто я предложил заключить мир с налоговой проверкой.

— С порталом? — уточнила она.

— С первым уровнем, — поправил я.

— Ты только что увидел, что он закрывается от твоего взгляда, — напомнила Ксения.

— Значит, у него есть причина, — пожал я плечами. — А если есть причина, можно найти условия.

— А если он не умеет говорить? — не отступала она.

— Тогда будем показывать картинки, — усмехнулся я. — Я неплохо объясняю сложные вещи жестами.