Ракура шел, куда глаза глядят. Ученик шрайя в упырином Свернутом Мире, и его должны были перенести в эту реальность, стоило упырям обнаружить местопребывание Абэ-но. А дальше все пойдет по плану…
Главное, чтобы план сработал.
Магистр с шрайя вышли на поляну, зеркальную сестру той, где Ракура столкнулся с эгидовцами. Уолт постоял в центре, чертя в воздухе посохом драконьи руны, после чего уверенно вернулся туда, откуда они вышли. И в этот миг шрайя надоело молчать.
– Хватит, Магистр, – сказал жрец Госпожи. Уолт потрясенно замер. Он мог поклясться, что шрайя только что был за его спиной. Он сказал «хватит», еще следуя за Ракурой, но «Магистр» прозвучало уже из уст стоявшего перед ним убийцы. Он воспользовался тем, что Уолт моргнул. Проклятье, ему хватило краткого мига, потраченного на почти мгновенное движение век! Быстро. Он передвигается очень быстро, и без всякой магии, стоит заметить. Шрайя в Мирте был весьма проворным, но не до такой степени. Гм, напади он неожиданно, подкарауль Уолта расслабившимся, и кто знает, успели бы отреагировать заклинания Щитов, блокируя внезапную атаку?
Уолт только сейчас в полной мере осознал, насколько опасен желающий его смерти человек с полными Тьмы глазами.
«Иукена, если я тебе нужен живым, то тебе и твоей команде стоит поспешить…»
– Я достаточно долго терпел твои абсурдные речи и бессмысленную жестикуляцию. Я не маг, но даже мне понятно, что это ни к чему не приводит.
Шрайя поднял правую руку. Из наруча выскочил клинок. Уолт отшатнулся. Жрец Госпожи Мертвых презрительно скривил губы, наблюдая за испуганно пятящимся магом. Ему хватило бы и секунды, чтобы добраться до Ракуры.
– Ты вошел в лес один, Магистр. Моего ученика не было и с конклавовскими воинами, следовавшими за тобой. Однако возможности магии беспредельны, это я признаю. Ты и я – мы пребываем в одной из этих возможностей, сущности которой я никогда не пойму, хотя использую не одно десятилетие. Куб не всесилен, и потому я допускаю, что ты использовал некие возможности, чтобы победить моего ученика и спрятать его. Еще раз повторю, Магистр: мое терпение не безгранично. Где мой ученик?
– Вон он, – буркнул Уолт.
– Что? – В черноте взгляда мелькнуло удивление. Не такого ответа ожидал шрайя.
– Вон он, – повторил Уолт. – Сзади тебя.
В плаще с капюшоном и в маске, с мечами в руках – ученик шрайя стоял позади жреца Госпожи и, кажется, тот не заметил его появления, что удивляло уже само по себе. Конечно, и Уолт не заметил бы, не наблюдай он собственными глазами за возникновением пытавшегося прикончить его в Мирте парня. Тот появился прямо из воздуха, точнее, из субпространства Свернутого Мира, возник совершенно беззвучно, в абсолютной тишине, словно сокрытый Туманом Глухоты, а то и заклинанием помощнее.
Жрец Госпожи одним движением развернулся и отскочил в сторону, застыл спиной к стволу кедра. Принял стойку, следя одновременно и за Магистром и за своим учеником.
– Exefade, Roderu? – отрывисто спросил шрайя на неведомом Уолту языке. – Yuge?
Вместо ответа младший ученик качнулся вниз, припал к земле и метнулся к учителю. Всхлипнул воздух, разлетелся взрезанный мечами дерн – шрайя высоко подпрыгнул, уходя от удара по ногам, пострадала только почва. Ученик прыгнул следом, нанес прямой тычок правым мечом, пытаясь поразить ступни. Он почти достал, но шрайя быстро поджал ноги, и клинок вонзился глубоко в дерево. Однако ученик словно ожидал этого. Подтянувшись на рукояти воткнувшегося в кедр меча, он послал вслед учителю хлещущий удар левым клинком. Шрайя ударил кулаком по дереву, отбрасывая себя с линии удара, при этом взмахнул другой рукой. Серебристая искорка вылетела из ладони – и устремилась в сторону Уолта.
Метательная звездочка летела прямо в Ракуру, и он не успевал ни защититься, ни уклониться. Но ему это и не требовалось. Звездочка звякнула и отлетела, столкнувшись с невидимым барьером перед Уолтом. Приземлившийся неподалеку шрайя прищурился, направил в Магистра левую руку. Из наруча вылетел тонкий клинок – и разделил участь метательной звездочки. Не добрался до Уолта и шарик с шипами, вообще непонятно когда и откуда брошенный шрайя. Убийца нахмурился. Было отчего. Магические щиты и барьеры подавлялись Кубом, и хоть не сводились на нет, но действовали с большими ограничениями. Это Уолт узнал еще во время боя в Мирте. Простой воздушный или энергетический Щиты защищали от атаки, но лишь от одной. Для защиты от новой атаки требовалось создать новый Щит. Жест, слово, мысль – все эти активаторы заклинаний требуют времени, пускай секунды, мгновения, кшаны. И Именной посох не исключение, ему тоже требуется время.
А между ударом по невидимому барьеру клинком из наруча и появлением шарика с шипами прошло слишком мало времени.
Шрайя больше не удалось бросить в Уолта что-то губительное. Ученик напирал, неотрывно следуя за учителем. Парень уступал наставнику в скорости, но возмещал этот недостаток длиной мечей. Мифриловые полуторники из оружейного склада в Свернутом Мире поспевали добраться туда, куда не успевал попасть их обладатель – но все же в последний момент шрайя удавалось увернуться от сверкающих лезвий.
– Заложников спрятали в трех разных местах, – сказала Иукена. Упырица вышла из-за спины Уолта и остановилась рядом, внимательно следя за развернувшейся схваткой учителя и ученика. Первый старался прорваться к Магистру, второй сдерживал его, и у него это пока получалось. Но не стоило уповать на то, что молодому убийце удастся превзойти наставника. После сангвинемософского заклинания он выглядел очень плохо, и перед превращением в Апостола упырям чуть ли не по кусочкам пришлось восстанавливать готовящегося к телесным изменениям парня. Уолт не интересовался преобразованием, будучи занят собственной подготовкой к встрече, но главное уяснил – обращенный в упыриного слугу шрайя продержится недолго. Регенерировавшую и наживленную плоть в любом случае ждал распад, а бой с более сильным противником ускорял процесс.
– Эдлар известит, когда соберет их и будет выводить из этого… как оно называется?
– Гексаэдр ушебти, – откликнулся Уолт.
– Гекса… Тьфу. В общем, он сразу оповестит, как только найдет всех миртовцев.
– Он запомнил, что должен сказать?
– Несложно было запомнить, маг. Не беспокойся. Эдлар все сделает правильно.
Рядом шумно выдохнул Живущий в Ночи, которого Иукена представила как Дариона из клана Нингоро. Невысокий широкоплечий блондин, похожий на подросшего безбородого гнома – конечно, до трансформы. В измененном облике у Дариона увеличивались голени, из пятки вырастали и вгрызались в поверхность, на которой стоял упырь, мощные костяные наросты. Плечи становились шире, на них образовывались похожие на конусы с кратерами отростки. Увеличивались в размерах и ноздри, занимая большую часть лица. Челюсть разделялась на две части и опускалась вниз, где вновь соединялась таким образом, что рот упыря вытягивался и становился круглым.
Когда Дарион вдыхал воздух, его грудь разбухала, словно заполняемый водой бурдюк. Он накапливал внутри себя огромные объемы аэра. Проходя сквозь легкие упыря клана Нингоро, воздух становился подвластен Живущему в Ночи. Не так, как подчинена воздушная стихия магам – Сила Крови Нингоро, называемая Дыханием Пустоты, контролировала выдыхаемый углекислый газ – именно им управлял Дарион, сжимая его до твердого состояния и придавая различные формы. Невидимый барьер перед Уолтом был его рук делом. Хотя, наверное, правильнее сказать – его рта делом…
Дарион дышал, шумя, как ветер в скалах. Он создал крепкую стену, отделяющую Уолта и упырей от сражающихся шрайя, но продолжал выпускать измененный аэр в атмосферу. Дыхание Пустоты возводило барьеры вокруг жрецов Госпожи со всех сторон, запирая их в замкнутом пространстве – «ящике», как называл это пространство сам Нингоро.
В очередной раз избежавший атаки ученика шрайя уже обнаружил, что область его передвижений ограничена. Перепрыгивая с дерева на дерево, он ударился о параллельный земле невидимый барьер на высоте шести метров. Сориентировался шрайя моментально, ухватившись за ближайшую ветку и с разворота ударив ногой по преграде. Барьер не поддался. Подскочивший ученик бил в голову и в горло учителю, но мифриловые полуторники резанули по сжатому воздуху – извернувшийся немыслимым образом шрайя пропустил мечи почти впритык к телу, прикрывшись скрещенными руками. Апостол успел среагировать и повернуть кисти, чтобы крутанувшиеся клинки задели шрайя. Наручи и куски куртки полетели вниз.
