Охэйо сразу бросился к щитку, нажал кнопку привода – и Лэйми обернулся к плите-мосту, которая начала подниматься, перекрывая проем. Ему казалось, что она движется невероятно медленно, хотя на самом деле всё это заняло не больше нескольких секунд. Массивные балки, выдвинувшись, скользнули в глубокие пазы, делая мост одним целым с врезанной в скалу массивной литой рамой – и в тот же миг гора под ними содрогнулась, а снаружи донесся глухой, замирающий гул. Лишь тогда Лэйми перевел дух – они успели буквально в последнее мгновение. Судя по мощи удара, ничего живого остаться снаружи не могло.
20.
Облегченно вздохнув, парень осмотрелся. Справа от входа ещё одни массивные стальные ворота вели в широкий изгибавшийся туннель. Они вошли в него – а за их спинами загудели моторы, замыкая тяжелые броневые створы и наглухо запечатывая подземелье.
Тут было сыро и почти темно – лишь впереди брезжил синий ртутный свет. Выйдя к нему, Лэйми оказался в обширном, почти совсем пустом зале, похожем в плане на толстое веретено. Его концы плавно отгибались вправо и влево, а от стен косо отходили коридоры высотой метров в восемь. В холодном, но уже не ледяном воздухе висел туман, ощутимо серебрясь в ртутном сиянии ламп. Они пошли вглубь этого лабиринта, мимо уныло стоявших у стен скамеек и каких-то явно пустых ящиков.
Следуя плавным изгибам стен, они повернули налево, направо, снова налево... Лэйми понял, что подземелье куда обширнее, чем кажется на первый взгляд. Миновав второй просторный зал, они попали в плавно изгибавшийся, очень высокий коридор, облицованный палевой плиткой и ярко освещенный. В его вогнутой стене темнел перекрытый герметической дверью проем, ведущий в шахту лифта.
Входя в него, Лэйми бросил взгляд вниз. Эта шахта была почти сплошь темной, но в ней горело несколько ярких ртутных ламп, вырывая из мрака кусочки её стен, – и самый нижний казался крохотным пятнышком. У него даже закружилась голова.
– Как глубоко эта Структура? – невольно понижая голос спросил он.
Охэйо подтолкнул его в спину – в кабину лифта.
– Очень глубоко, – он встал рядом с ним и нажал кнопку.
Дверь с лязгом захлопнулась, лифт пошел вниз. Он опускался со странными мягкими рывками, стонами и потрескиванием – отчего по коже Лэйми пробежал холодок. Перед его лицом проплывала серая железобетонная стена шахты.
Спуск оказался довольно-таки долгим – как прикинул Лэйми, они, хотя и неспешно, опускались добрых минут пятнадцать. Снизу ощутимо веяло теплом, понемногу у него начало закладывать уши, словно он летел на самолете.
Несколько раз перед ним проплывали ярко освещенные, врезанные в стену шахты комнаты – каждая с единственной массивной стальной дверью. Ещё несколько раз стена шахты исчезала и лифт ехал через обширные пространства высотой в несколько этажей, словно бы залитые жидкой, непрозрачной тьмой – каждый раз от одного взгляда в неё по коже пробегали мурашки.
Наконец лифт остановился с отчетливым толчком и жутковатым замирающим скрежетом, эхом отдавшимся высоко наверху. Они достигли сырого и неровного дна шахты и вышли в такой же неровный, пробитый в сплошной скале туннель, освещенный тусклыми красными лампами. Из-за них и из-за царившего тут влажного тепла Лэйми казалось, что он уже где-то в преисподней. Нависавшие над ним миллиарды тонн скалы вполне ощутимо давили на голову.
Туннель плавно изгибался вправо и они пошли по нему, внимательно глядя под ноги – там то и дело хлюпала вода, да и сам пол был не слишком ровный.
Всего метров через сто они вышли в облако более яркого, почти физически плотного красного света. Туннель здесь упирался в глухую стальную стену, тоже покрашенную в красный, с единственной круглой дверью, сейчас запертой, – она распахнулась, когда Охэйо набрал код на древнем пульте.
Переступив высокий порог, они вошли в кромешную темноту, потом Охэйо нажал ещё одну кнопку. Круглая дверь захлопнулась с оглушительным лязгом. У Лэйми снова заложило уши – на сей раз так резко, что даже стало больно и он несколько раз торопливо сглотнул.
Вновь громко залязгал металл, в глаза им ударил яркий свет. Из темного шлюза Лэйми вышел на просторную площадку – и замер, ошалело осматриваясь.
Место здесь оказалось очень странное – похожая на четвертушку круга платформа выходила на перекресток двух исполинских, метров по двадцать высотой, туннелей. Вдоль их стен тянулась сплошная мешанина галерей и разноцветных труб, в основном зеленых и тускло-желтых. По засыпанному щебнем дну туннелей шли рельсовые пути – и всё это освещал тускло-желтый свет бессчетных ламп, таинственно мерцавших вдалеке. Воздух здесь был теплый и совершенно неподвижный – а в нем звенящим пологом висела тишина, такая плотная, что долетавшие непонятно откуда далекие звуки ему, похоже, просто чудились...
Здесь оказалось жутковато – как всегда в огромном пустом здании. Умом Лэйми понимал, что бояться нечего – кроме них двоих тут никого нет, а все выходы тщательно закрыты. Но вдруг? Ведь не обойдешь всё, не проверишь... Структура тянулась на десятки километров – и не только в длину, это целый город-завод по производству самого разного оружия, встроенный в толщу горного хребта, – а тварям ведь достаточно одной-единственной незакрытой лазейки...
Охэйо нажал несколько кнопок на стене и за их спинами начала опускаться толстая стальная плита, окончательно блокируя шлюз. Лэйми всё время казалось, что он никак не может проснуться от какого-то дикого сна – может, из-за царившего вокруг мертвого безлюдья. Действительно мертвого – поверить, что они одни пережили атаку было трудно, сознание не могло воспринять это, точнее – не хотело...
– И что мы будем тут делать? – наконец спросил он.
Охэйо как-то странно посмотрел на него. Потом вздохнул.
– Разбираться, как Мроо зад надрать. Поехали сначала арсенал смотреть...
21.
Обход арсенала занял много времени. Особым разнообразием оружие в нем не отличалось – в основном, плазменные винтовки – но его оказалось потрясающе много, буквально миллионы единиц. Здесь можно было вооружить целую армию...
Наконец Лэйми замер у края галереи, ошалело глядя вниз, вглубь колоссального зала. Тут был наверное главный ангар Структуры – на его полу тесными рядами стояли автоматические танки, над ними, на выступающих из стен огромных платформах, – какие-то странные штуковины с хвостовым оперением, но без винтов и с маленькими крылышками, под которыми висели круглые и прямоугольные контейнеры с ракетами. Охэйо пояснил, что это штурмовые дроны – на их плоских, словно обрубленных носах зияли широкие прямоугольные жерла микроволновых орудий. Что ж: Мроо ждал ОЧЕНЬ неприятный сюрприз – дроны тоже ведь автоматические, а этих бронированных штуковин только здесь, на виду – сотни. И даже если их вдруг не хватит...
Лэйми вспомнил, как ехал в вагончике подвесной дороги через узкие, высокие проемы в толстенных стенах, разделяющих набитые станками и химическими реакторами цеха. Автоматика, везде автоматика – и миллионы тонн сырья, готового к превращению во что угодно. Вот только ИИ Структуры закрыл сюда доступ людям – вернее, они сами себе его здесь закрыли, ещё задолго до появления Мроо, и отыгрывать назад оказалось слишком поздно...
– Иногда борьба за мир может стоить... мира, – невесело сказал Лэйми, глядя на всё это напрасное богатство. – И что нам со всем этим делать? Взять себе по винтовке и пойти наверх стрелять?
Охэйо скептически хмыкнул.
– Я бы и не против собственно, но толку-то от этого... Не говоря уж о том, что плазменная винтовка – оружие не самое полезное: заряд уходит быстро, а дальность и точность не слишком большая.
– А что же тогда полезно?
– Вот это, – Охэйо снял с полки один из похожих на детские игрушки «автоматов». – Это протонный излучатель. Он пробивает не только броню, но и силовые поля. Просто чудо, что мы нашли их. Если тут ещё есть и батареи...
