— Ты что делаешь, брат Гу? — извернувшись, посмотрел назад.

— Ах, можешь не называть меня так холодно! — сзади на меня смотрели мутноватые от желания глаза мужчины. — Называй меня «мой господин»!

Хренасе заявочки! А ну получай локтём в пузо!

От моего удара Гу Ляк отступил на пару шагов, с неудовольствием потёр живот, но потом его лицо разгладилось, будто ему в голову пришла идея.

— Аааа это такие игры! Я должен тебя сначала завоевать, да? За этим дело не станет, Хуа-эр!

Он мерзко пошевелил пальцами, казалось, что у него на руках извиваются толстые червяки, и сделал шаг ко мне, чуть не роняя слюни изо рта.

— Стой! Никаких завоеваний! У тебя же жена есть и ты её любишь! — я выставил вперёд руку, не давая ему приблизиться.

— А что жена? Жена и жена! — Гу Ляк пожал плечами. — Она уже со мной тридцать лет… Как старая пилюля, ха-ха-ха! А ты сама, Хуа-эр, знаешь, что к пилюлям привыкаешь, время от времени надо пробовать новые. Ну же, иди ко мне, моя пилюлька!

— Остановись! Я не хочу тебя! И даже повода не давала! Ты что — сошел с ума⁈ — я отступил на шаг, не давая ему приблизиться.

— В смысле не хочешь? — удивился он. — А с чего тогда ты постоянно со мной на патрулирования летаешь⁈ Все остальные время от времени платят камнями, ну, разве что те божественные психи рвутся в патрули. А ты ни разу не заплатила, каждой минуткой со мной дорожишь! Я сразу это понял, хе-хе! Не бойся, раз ты хочешь, чтоб я сделал первый шаг и завоевал тебя, я не подведу!

Оскалившись странной улыбкой, Гу Ляк бросился на меня, выставив вперёд руки со скрюченными пальцами.

Ну, раз так хочешь побороться, то и ладно! Схватил его за руку, дёрнул на себя, подступил ногой и бросил мужика через бедро. Прямо за борт летающей лодки!

— Твою мааааать! — послышался быстро удаляющийся крик.

Я бросился к борту и стал смотреть, как его фигурка падает вниз, к воде. Высота была не очень большая, один ли всего, так что очень скоро Гу Ляк с плеском и фонтаном брызг вошел в морскую гладь, спася себе жизнь защитными техниками. Вынырнул, со злостью посмотрел вверх, на меня. Я взял управление лодкой на себя и подлетел к нему, зависнув метрах на десяти над ним.

— Ты зачем это сделала, сука тупая⁈ — заорал Гу Ляк?

— Что значит «зачем»? Ты дебил! С какого перепугу ты решил, что у меня хоть какие-то чувства к тебе есть⁈

— Но ты же каждый раз со мной летала!

— И что⁈ Я экономлю духовные камни! Неизвестно, насколько затянется эта война! Может, на десять лет! Что ж мне теперь — без камней сидеть и культивировать только с Ци в воздухе⁈

— Надо было сказать!

— Ну да, когда ты начал меня руками лапать — вот самое время об этом рассказывать!

— Ладно. Я понял. Вытащила меня быстро!

— Что-то я не слышу вежливой просьбы! — фыркнул я. — Кажется, кто-то хочет обратно вплавь добираться.

— Прости, сестра Сяонин, что-то я расстроился. — Опусти, пожалуйста, лодку, чтоб я взобрался.

— Ладно. Но чтоб сидел подальше. И с тобой я больше точно в патруль не пойду!

— Конечно, сестра, всецело тебя поддерживаю!

Вскоре он сидел на самом носу, а я на самой корме. Гу Ляк с обидой на морде лица сушил вещи и бурчал что-то неразборчивое под нос, стараясь не смотреть в мою сторону. Я же зорко следил за ним — мало ли что этому кретину в голову ударит? Вдруг решит опять, что это такая «игра», и опять кинется? Надо на всякий случай приготовиться выхватывать меч и бить на поражение. Потом скажу, что пописать пошел да и пропал.

Но, видимо, Гу Ляк всё же внял моему предупреждению и не дёргался. Так мы долетали сутки и вернулись на остров Красного прилива на полчаса раньше обычного времени. Мой напарник выпрыгнул из лодки, буркнул приветствие встречающему нас Шэнь Юню и быстро ушел, подхватив под руку и ожидающую его, как всегда, жену.

— Что это с ним? — Шэнь Юнь, тот самый провожатый, что встретил нас в первый день и стал эдаким куратором всех, удивлённо посмотрел вслед Гу Ляку.

— В воду свалился, вот и недоволен собой. — пояснил я.

— Как это он так умудрился⁈ — удивился мужчина.

— Как-как… — мне друг захотелось немного отомстить уродцу. — Ссал с борта лодки, поскользнулся и упал как раз туда, куда моросил. Будешь тут довольным!

— Ха-ха, тогда понятно! — Шень Юнь ухмыльнулся.

Передав смену следующим патрульным, я ушел к себе.

Надо отдохнуть! Очень некомфортная ситуация, когда кто-то пытается с тобой сделать что-то, чего ты не хочешь. Хорошо, у меня есть сила, могу отбиться. Но впредь надо быть осторожнее!

— Привет, Царапка! — я почухал за ушком кота, который выбежал ко мне и стал тереться об ноги. — Один ты у меня хороший и любишь меня просто так! Хороший, хороший котёнок!

— Мяв-мяв! — подтвердил мои слова Царапка.

— Держи рыбку. — я вынул из амулета небольшую, чуть длиннее ладони, но тощую рыбину. — Это летучая рыба! Причём уже разорвавшая шесть Оков! Запрыгнула в лодку на твоё счастье.

— Мяяяяяаааввв! — довольно мявкнул котёнок и впился зубами в рыбёшку.

Сам же я направился в душ, помылся и рухнул на кровать. Как спать хочется! Не из-за усталости тела, а разума. Надо поспать, пусть всё уложится, отойдёт во «вчера». Тогда станет полегче. Или покультивировать? Это тоже помогает, во время медитации все мысли, кроме как о циркуляции духовной силы, из головы вытесняются.

Но решить я не успел. Со двора раздались лязг, звуки ударов и крики, а потом стал мигать центральный флаг формации Иллюзорного Барьера — кто-то колотился об него снаружи.

— Выходи, сука! Проститутка! Шлюха! Я тебе все патлы повыдираю! Выходи, тварь!

Ох, да кто там ещё⁈ Хотя я догадываюсь…

Поднялся с постели и вышел наружу. Ну да, так и есть! Ворота в моём заборе валялись на земле, возле них скромно стоял Гу Ляк, а его женушка била кулаками по моей защитной формации, изрыгая проклятия и оскорбления.

— А, вышла, курва! — зло плюнула ранее благообразная женушка.

— Чё ты разоралась⁈ — я недовольно глянул на неё.

В выбитых воротах показались морды любопытствующих соседей, которые собрались на эти сумасшедшие вопли.

— Ты! Ты, сука, пыталась моего мужа соблазнить! Я тебе глаза выдавлю, чтоб твои мерзкие зыркалки больше на него и смотреть не могли! Тварь! — бесновалась женушка.

— Да нахрен мне усрался твой обрыган⁈ — заорал на неё я. А чё, только ей можно кричать, что ли⁈

— Ага, рассказывай! Соблазняла ег овсе эти месяцы, в позы всякие вставала, жопой вертела! Он мне всё рассказал! А теперь отрицаешь⁈ Шлюха! Иди с демонами трахайся, а на моего мужа рот не разевай!

— Я⁈ — искренне изумился я, глянул на Гу Ляка, тот старательно отводил глаза. — Это твой мелкочленный педрила ко мне руки свои протянул! Знаешь, как он тебя назвал? Старая пилюля! Он к тебе, говорил, уже привык, надо новенькую!

— Что⁈ Ты врёшь! Он меня любит! А я — его!

— Ха-ха-ха! Точно! Старые пилюли только и любят! Хо-хо-хо!

— Тыыы! — у женушки, казалось, сейчас дым из ушей пойдёт.

Царапка тем временем выбежал из-под защиты формации, подбежал к Гу Ляку и обписал ему ногу.

— Ай! Проклятый кот! — заорал тот, попытался пнуть Царапку, но только поскользнулся и упал на землю.

Царапка, задрав хвост трубой, с мявканьем убежал прятаться за меня.

— А ну не трожь котёнка, ублюдок! — я вышел вперёд, чтоб защитить питомца.

— Попалась, сука! — завизжала женушка и бросилась ко мне.

Её руки вспыхнули серым сиянием металлической Ци и превратились в тяжелые булавы. Замахнувшись обеими руками, она обрушила их на меня.

Вот сучка! Водяной Щит!

Меня покрыла водяная защита. В последние месяцы я её прокачал, теперь водичка была ещё горячее, где-то под тысячу градусов. Вытянув руку для защиты, пустил струю пара прямо в морду сумасшедшей бабы.

— Ааааа! — завизжала та, схватившись за лицо. С одной её щеки стала сходить обваренная кожа…

— Ты что сделал с ней⁈ — заорал Гу Ляк и кинулся ко мне.