Никто из нашего отряда в бой тоже не торопился вступать. Ещё непонятно, что этот кристалл может сделать, а так лишняя информация не помешает. Тем более мы выиграем время, чтобы подошли имперские войска.

— Давайте, что ли, начну с самого начала, — не дождавшись ответа, патлатый начал рассказ. — С момента, как зародилась магия. Я сам застал те времена, и скажу больше — непосредственно участвовал в этом процессе.

— В каком это смысле участвовал⁈ — тут не выдержал ректор, сорвавшись на крик.

— Магия в том виде, в котором вы её знаете, не природное явление, — принялся объяснять Архитектор. — Она изначально зародилась вместе с нашим миром, это да. Только её было настолько мало, что лишь горстка людей могла с помощью ею что-то колдовать. Их уважали, почитали и называли шаманами. Я как раз был одним из них.

Я недовольно поморщился, вспомнив, что из-за ритуала одних криворуких шаманов пришлось лететь в Африку и убивать мумию. Не самое приятное удовольствие было потом ещё от монстров скрываться.

Ещё через миг я вспомнил книгу из музея, которую мне дала на прочтение Мария Игоревна. Там тоже неоднократно упоминались шаманы и то, что их магия отличается от той, что используют другие люди. Например, им необходимы катализаторы в виде посохов, со вставленным магическим кристаллом, и прочими деталями. Так что да, речь Архитектора уже с самого начала звучала весьма правдоподобно.

— Время шло, и в какой-то момент шаманов начали бояться. Люди буквально объявили на нас охоту, — тем временем старик продолжил свой рассказ. — В качестве ответной меры, нам пришлось объединиться, чтобы хоть как-то защитить свои жизни. Жаль, что этого оказалось слишком мало. Нас продолжали убивать, и мы поняли, что нам нужно ещё больше силы. Не буду вдаваться в подробности ритуала, вам знать все тонкости ни к чему. Скажу лишь то, что мы дождались, когда ткань реальности ослабнет, и допустили ошибку.

— Какую же? — спросил я, поскольку старик не торопился продолжить речь. Видимо ему было важно знать, что его внимательно слушают.

— Проблема была не в том, что мы открыли новый источник маны, — сказал Архитектор, и на пару секунд замолчал, словно что-то обдумывал. — Пожалуй, изъяснюсь иначе. Сомневаюсь, что современные маги знают о существовании Астрала и о том, куда деваются души. Да и том, что души вообще существуют.

— Сэр, неприлично говорить за всех, — весело усмехнулся Судья. Что ж, я даже не удивлён, что он знает такие подробности. — Хотя заполнить пробелы в знаниях лишним не будет.

— Буду верить, что с человечеством ещё не всё потеряно, — сказал Архитектор, проведя рукой по своим волосам. — Астрал это место, куда душа попадает после смерти. Оно, как нетрудно догадаться, наполнено магией. После открытия портала в Астрал, в наш мир хлынула магия в таком количестве, в каком нам и не снилось. Колдовать стало так же просто, как дышать. Только одного мы не учли. Наш мир был далеко не единственным, кто напрямую был связан с Астралом.

— В каком это смысле? — сразу же поинтересовался Евгений.

— В прямом. Как выяснилось, в Астрале также существует бесконечное множество отзеркаленных миров. В большинстве они ничем не отличаются от нашего мира. Время и пространство там текут так же, как и здесь. Но при этом существуют разрушенные миры. Магия там искажена настолько, что люди, звери или даже обычные предметы превращаются в уродливых монстров. Догадываетесь, к чему я клоню?

— Эти разрушенные миры просачиваясь в нашу реальность становятся Аномалиями и тем самым попадают в наш мир, — вслух проговорил я свои мысли.

— Именно так. С одной стороны, это для вас дар. Столько ресурсов можно получить просто так, и держаться за счёт них за свою власть. С другой — это извечное проклятие. Пример тому — сущности тьмы. Несчастные, искажённые, проклятые души тех, кто не может попасть в Астрал. Мне их по-настоящему жаль. Такую ужасную судьбу никому не пожелаешь, — как ни странно, голос старика и впрямь звучал так, будто он им сочувствовал.

— Так чего вы добиваетесь? — решила прямо спросить Некрасова.

Выглядела она так, будто весь рассказ Архитектора её ничуть не впечатлил. С другой стороны, старик признался, что приложил руку к убийству отца. Ясное дело, что тут она будет думать в первую очередь о ненависти.

— Опять же, если кратко — уничтожить магию в этом мире. Полностью. Если магия пропадёт из этого мира, Аномалии также перестанут появляться. Мана — источник всех проблем. Кристалл, что вы видите, как раз должен помочь унести большую часть имеющейся маны обратно в Астрал. Тогда мир вернётся в прежний вид.

— Но при этом пострадают множество людей, — нахмурил брови ректор, смотря на патлатого и играя желваками.

— Даже больше, чем вы представляете. Мана давно стала частью этого мира. То, что аристократы резко потеряют своё влияние, и многие вещи перестанут работать — меньшая из проблем. Начнутся природные катаклизмы, которые, в лучшем случается, продлятся как минимум год. Погибнет очень много людей. Затем будет война за оставшиеся ресурсы. Мир будет уничтожать сам себя. Множество технологий будут потеряны, но в то же время человечество начнёт исцеляться.

— Другими словами, цивилизация вернётся в каменный век, но рано или поздно вернётся на прежний уровень знаний и технологий, правильно? — задал я уточняющий вопрос.

— Абсолютно верно, — улыбнулся Архитектор. — Только так у человечества есть надежда на выживание. Иначе рано или поздно Аномалий станет настолько много, что-либо всё пространство на нашей планете исказится, либо монстры истребят людей. Оба сценария я считаю хуже, чем этот. Так что пусть так, ценой многих жертв, но я хотя бы смогу исправить свои ошибки.

Прямо говоря, после услышанного я не мог назвать Архитектора однозначным злом. Нет, он как раз руководствовался праведными мыслями и железной логикой. Пожертвовать всеми людьми потом или пожертвовать частью сейчас? Его выбор мне был понятен.

Только с таким суждением никто из нас был не согласен. Если Аномалии появились из-за ритуала, и отн них можно избавиться, то никто не мешает найти иной способ решения проблемы. Пусть даже это дополнительный риск, но разве должен кто-то жертвовать собой, чтобы спасти других? Нет, это было бы слишком бесчеловечно.

— По глазам вашим вижу, что вы все руководствуетесь моралью, — сказал Архитектор. В этот раз он звучал куда серьёзнее и разочарование. — Пожалуй, кроме одного. Этому видимо не нравится перспектива лишится собственной силы в угоду благой цели.

— Именно так, сэр, — уверенно ответил Судья. — Зачем мне терять удовольствие от жизни ради ваших благих намерений? Это не мой путь.

— Всё с вами понятно, — покачал головой Архитектор, после чего посмотрел на Ткача. — Разберись с чужаками.

Стоило старику договорить, как он протянул руку, и Ткач исчез. Одновременно с этим мы все почувствовали огромный прилив маны за пределами замка, но раздумывать, что именно происходит, времени не осталось.

Архитектор первым сделал свой ход.

Я в первые мгновения чуть не упал на землю. Давление магии на тело оказалось настолько мощным, что не давало нормально пошевелиться. Зато сразу стало понятно, о чём говорил Яковлев. Не остановка времени, и на том спасибо. Но в любом случае, ничего хорошего в этом не было.

То же самое, что и я, испытали Некрасова и Ланцов. У них тоже не хватало сил сдвинуться с места. А вот сущностей тьмы это почему-то не касалось. Судья и Евгений чувствовали себя прекрасно и без каких-либо проблем бросились на Архитектора, отвлекая того на себя.

В тот же момент, даже без моего приказа, объявились Вельзи и Ворон. Последний меня особенно удивил — он появился в человеческой форме, которую, по его же словам, сильно не любил. В третий раз я наблюдал такое превращение. Первый был, когда мы только познакомились, а второй, когда он захотел помочь Алееву снять проклятие.

Раз всё дошло до такого, значит Ворон не собирался хоть сколько-то сдерживаться. Даже в битве с Хароном он так себя не вёл. Это ещё больше говорило о том, насколько сильный противник стоит перед нами. Впрочем и я не обманывался, что мы находимся в смертельной опасности.