Вопросы у парней, понятное дело, были, но приказ они выполнили беспрекословно. Сначала дело, а потом уже можно будет и расспросы себе позволить. И не важно, что командир вроде как был убит. Вот он, прямо перед ними, живой и здоровый. Ну и что, что с бородой и лохматыми патлами вместо короткого ёжика на голове? Командир же? Командир!

Второй заход оказался не таким удачным, как первый. Сначала к ним присоединился ещё один «Орёл», которому по связи передали, что нужно делать. Вместе они умудрились без потерь завалить сразу двух крупных тварей и подобрать пятерых живых бойцов: Ворона, Винта, Сокола, Дока и Чёса. А потом экипаж второго танка, похоже, потёк. «Орёл» неожиданно отвернул в сторону, башня с пушкой бешено закрутилась.

Батя сразу понял, что произошло.

– Уходим! Наших парней там больше нет...

Командир почти физически ощущал застывшие на губах у своих бойцов вопросы, которые они мужественно держали при себе. В его взводе не особо было принято показательно обращаться к вышестоящим по званию и даже допускалось, в меру нарушив субординацию, поинтересоваться причиной отданного приказа, если бойцам он покажется странным. Но сейчас все интуитивно понимали – Батя единственный, кто разбирается в ситуации, и расспросы оставляли на потом. На «если выживут». А если не выйдет, то и спрашивать станет незачем. И некого.

К этому моменту бой уже почти стих, лишь изредка сквозь урчание тварей слышались редкие, одиночные выстрелы. И всё же им удалось на обратном пути подхватить ещё троих бойцов: Кира, Моржа и израненного Гвоздя. И десяток ополченцев. Тех, кто не влез внутрь боевых машин, разместили на броне и поручили сбрасывать «бомбы» – так оказалось удобнее. И дали дёру.

За ними ломанулись три крупных твари. Одна из них, попав дважды подряд на сброшенные с БТР-а и «мотолыги» кустарные «бомбы» решила отчалить, хромая на правую лапу. На то, чтобы охладить пыл второй, пришлось потратить целых пять «бомб». А вот третья, к несчастью, оказалась обладательницей уже виденного Батей энергетического щита.

– Гони! – резко приказал командир. – Боезапас не тратить! Бесполезно.

Когда до реки оставалось каких-то жалких пятнадцать метров, один из ополченцев, сидящий на броне БТР-ра под управлением Н’бонго, совершил ошибку, слишком рано активировав одну из «бомб». БТР тряхнуло взрывом, ополченец и двое сидящих рядом с ним негров, не удержавшись, свалились на землю. Н’бонго, решив не бросать своих, чуть притормозил...

Батя выругался вслух, уже понимая, что произойдёт дальше.

Преследующая убегающую еду тварь в два огромных прыжка настигла БТР, взмахнула лапищами, смахивая с брони тех, кто смог на ней удержаться при взрыве. И, не теряя времени, вцепилась в обшивку.

– Твою налево... – громко выдохнул по связи Сева. – Что ж за ядрён батон-то?

– Гони! – отрезал Батя.

Заскрежетала разрываемая броня, истошно заорали сидящие внутри БТР-ра люди. У, казалось бы, ко всему уже привыкшего командира от этих звуков зашевелились волосы на голове. Как чувствовали себя ничего не понимающие бойцы, он даже и не пытался себе представить.

Тем не менее, парни держались. Стиснув зубы, продолжили бегство, оставив повреждённую боевую машину в жертву твари. Реку форсировали, не сбавляя скорости – все машины были отлично приспособлены для преодоления подобных преград.

– Сто-ой! – зычно приказал Батя, останавливая «мотолыгу» на противоположном от крепости берегу.

Вылез, прошёл к неприметному полуразрушенному строению, из фундамента которого торчала молодая берёзовая поросль. Здесь у него была подготовлена ещё одна ловушка для тварей. А вернее – огненный заслон, которым командир надеялся на время обезопасить тот клочок суши, на котором оказался.

Огонь по вымоченным в бензине тряпкам побежал весело, поджигая разложенные вдоль них автомобильные покрышки. Убедившись, что резина разгорелась, Батя вернулся к «мотолыге» и жестом показал всем, и бойцам, и ополченцам, собраться вокруг него.

– Ромео, ты, герой-любовник, на инглише нормально чешешь, будешь переводить нашим чернорожим друзьям всё, что я сейчас скажу.

– Есть, – хмуро отозвался боец.

Батя вздохнул. Почесал переносицу, собираясь с мыслями. И принялся вводить спасённых в курс дела. Постарался говорить кратко, но всё равно ухлопал на рассказ целых десять минут.

Когда он закончил, ополченцы, сбившись в кучу, о чём-то заговорили на своём языке, иногда тыча пальцами то в Батю, то на тот берег реки, где была крепость. Бойцы взвода вели себя сдержаннее, но по их лицам было видно, что поверить в сказанное им ой как не легко.

Посмотрев на них, Батя решил сразу зайти с козырей и продемонстрировал действие местной «магии», вслух проговорив «Не увидишь!». Дождался, пока парни придут в себя уже от этого зрелища, и поинтересовался, не болит ли у кого голова.

Закивали все.

– Сейчас выдам лекарство, – пообещал Батя и полез внутрь «мотолыги». Протянул руку за сиденье, вытаскивая пакет с заготовленным пойлом.

И услышал, как снаружи кто-то заурчал. Сначала в один голос, потом в два, в три... А следом раздался человеческий вопль.

Дальше Батя считать не пытался. Схватил лежащего тут же, под рукой, «Вепря», высунулся в люк и понял, что снова остался один. Ополченцы вместе с большинством его парней обступили Ромео. И уже раздирали его, истошно вопящего, на куски.

А чуть в стороне стоял окровавленный Винт и с удовольствием поедал оторванную руку бывшего сослуживца.

– Мы ещё посмотрим, кто кого, – сквозь зубы процедил Батя, заводя «мотолыгу».

Тягач взревел двигателем и, поднимая фонтаны грязно-жёлтой воды, принялся форсировать реку, на этот раз снова широкую, с несколькими ответвляющимися от основного русла рукавами.

За спиной командира снова, как и два месяца назад, поднималось пламя, преграждая путь тварям, желающим попасть на обновлённую Африку. Замаскированный, стоял и ждал своего часа потрёпанный ещё с прошлого раза БТР-70. Самопальных «бомб» на его бортах не было – Склад за прошедшее время успел обновиться дважды, и теперь вместо советского вооружения и техники там хранились натовские грузовики MANс шасси под артустановку. Ещё имелись штук десять западных прародителей-аналогов «Мухи» – M72 LAW. И – никакого ручного оружия вроде автоматов, карабинов и прочего. Патронов к ним также не обнаружилось.

Из-за того, что план на этот раз был другой, а так же из-за недостатка комплектующих для «бомб», БТР-у в этот раз была отведена роль запасной машины на случай, если что-то случится с тягачом – использовать его в паре с МТ-ЛБ Батя больше не планировал.

После первой попытки спасти своих, окончившейся полным фиаско, комвзвода приходил в себя несколько дней. Всё катал в голове воспоминания, так и эдак переигрывал последние свои действия, ища момент, в который мог бы поступить иначе и спасти Ромео. И не находил. Его попросту не было.

Долгих переживаний деятельная натура Бати не выдержала. В этот раз не удалось, получится в следующий. Обновление лоскута происходит каждые два месяца. Каждые два месяца его парни вновь будут попадать в этот мир. И так – до бесконечности. А это значит, что у их командира будет ещё много шансов учесть все ошибки, внести в план необходимые правки и попробовать ещё раз. И ещё. И ещё. До успеха.

Ведь главное, что выяснил командир в предыдущую попытку – он не один такой, кто сумел не превратиться в зомби. Любой из его парней в любую из попыток может оказаться таким же, как он. Устойчивым к заразе, которую приносит туман.

Эх, мля, научиться бы заранее определять таких! И отделять зёрна от плёвел до того, как станет слишком поздно.

К сожалению, такого умения у Бати не было. Невидимость так и оставалась единственной доступной ему разновидностью местной магии.

На полной скорости Батя проехал мимо крепости. Его так же, как и в прошлый раз, заметили и узнали ополченцы. Но комвзвода, собранный и сосредоточенный, направил «мотолыгу» туда, где раздавалось урчание. Сегодня он собирался действовать немного иначе.