Внимание! На голодный желудок не читать! ?

≡=

Утро воскресенья, как по заказу, выдалось приятно солнечным. Тучи ушли дальше на восток, позволяя увидеть глубокую синеву осеннего неба, и настроение было просто замечательным. На завтрак я шла с улыбкой, но стоило увидеть откровенно сонного Дария, который едва не клевал носом за столом, как не смогла не спросить:

— Вы поздно легли или так тяжело вставать утром?

— Поздно, — кивнул Дарий с наполовину закрытыми глазами. — Очень поздно. Даже скорее рано. Простите. Зачитался одной весьма любопытной книгой о магии. Есть за мной такой грешок.

— Тогда, может, сейчас спать ляжете? — предложила с сомнением.

— Нет! Нет-нет! — иномирец резко открыл глаза и мотнул головой. — Я в порядке.

Естественно, я ему не поверила, потому что прекрасно видела, в каком он порядке, но вслух решила ничего не говорить. В итоге мы дружно поели, причем Тьен составил нам компанию, переоделись и снова отправились в музей. Пока шли, Дарий и впрямь взбодрился, а когда добрались до музея и прошли в нужный зал, он первым делом попросил смотрителя предоставить нам какой-нибудь поддон с ковриком, куда я могла бы лечь, чтобы не ложиться прямо на пол, и мы устроились под поездом уже втроём, причем я с широко распахнутыми от восторга глазами, и именно Дарий начал рассказывать мне обо всём, что знал сам.

Сначала объяснил, почему у паровоза настолько мощная рама, потому что на самом деле основную тяжесть даёт котел, да и остальное оборудование тоже сделано исключительно из металла, а он весьма тяжел. Затем объяснил назначение вместительного отсека непосредственно под топкой. Оказалось, что это «зольник» — своего рода бункер для золы, куда попадает прогоревший уголь, шлак и зола. Заодно уделил отдельное внимание специальным створкам — дамперам — через которые регулируется подача воздуха в топку.

Следом подробно объяснил назначение штук под названием «буксы» — это огромные оси для металлических колес поезда, которые удерживают его вес, и именно к ним подведены буксовые узлы с подшипниками, которые требуют постоянной обильной смазки для плавного хода поезда.

Помимо этого мы изучили и систему мощных листовых рессор и балансиров, которые располагались между рамой и колесами. Она была нужна, чтобы гасить удары от рельсов и распределять многотонный вес локомотива по колесам равномерно.

Также снизу была видна и тормозная рычажная система, которая выглядела, как настоящая сеть из рычагов и тормозных цилиндров.

Честно говоря, уже на этом этапе я поняла, что в миниатюре настолько подробная детализация невозможна, да и бессмысленна, и Дарий со мной согласился, предложив вполне здравую идею:

— Можем упростить без потери смысла и ходовой возможности, всё вполне реально. Я помогу с проектированием, не беспокойтесь. А вот тут, обратите внимание, расположены инжекторы. Часть их необходима для бесперебойной подачи воды из тендера в котел, часть — для сброса лишнего давления, а вот через эти и вовсе подается песок под колеса для борьбы с пробуксовкой. В принципе, всё самое главное я вам показал. В идеале бы, конечно, глянуть в разрезе котел, но… Нам сейчас это не нужно. Если будут вопросы, задавайте, с удовольствием отвечу.

— Спасибо, — произнесла с чувством и неловко улыбнулась. — Боюсь, как минимум половину я уже забуду уже по дороге домой. Очень сложный механизм, я думала, всё намного проще.

— О, это ещё просто, — усмехнулся Дарий, пока Тьен помогал мне выбраться из-под паровоза. — Когда доберемся до высокоточной электроники — вот там действительно без четкого понимания сути не понять вообще ничего. Но это, боюсь, будет ещё не скоро.

После чего глянул на часы, выяснив, что время к полудню, улыбнулся персонально мне и заявил:

— Роза, как вы смотрите на то, чтобы прогуляться в сторону реки и поискать какое-нибудь хорошее кафе там? Сегодня довольно солнечно и безветренно, хотелось бы посмотреть на вашу реку, пока снова не начались дожди. Как думаете, стоит?

Я действительно задумалась, мысленно пробегаясь по карте старой части города, и медленно кивнула.

— Да, у нас очень красивая набережная и там есть три кафе, которые достойны внимания. Тьен, что думаешь?

— Я не думаю, — хмыкнул братец. — Я сопровождаю. И вообще, у меня до сих пор каша в голове от всех этих ваших индукторов и инжекторов. Жду не дождусь, когда мы пойдем в спортзал.

И выразительно наставил палец на Дария.

— Завтра! Вы мне обещали!

— Я помню, — сосредоточенно кивнул Мэйншторм. — Обязательно сходим, я сам в этом заинтересован.

Ну а потом мы, забрав одежду из гардероба, отправились на набережную.

Благодаря тому, что небо было ясным и как никогда потрясающе глубоким, синим, солнце пригревало почти по летнему, и гулять было приятно. Отошедший от «индукторов и инжекторов» Тьен охотно рассказывал Дарию, почему главная река столицы называется Пьенна, что переводилось с древнего наречия, как «пенная», и пускай я знала эту легенду, всё равно с удовольствием послушала, как в давние времена по лету с гор сходили снега, превращая обычную реку в бурлящее пенное безумие, и она выходила из берегов, безжалостно снося на своём пути всё, что ей попадалось.

Это происходило далеко не каждый год, примерно раз в десять-пятнадцать лет, когда жара сменялась резкими обильными дождями и снова наступала жара.

К счастью, времена «сокрушительной Пьенны» давно ушли в прошлое. Ещё несколько веков назад, когда сильных магов было больше, а мудрых умов ничуть не меньше, император повелел соорудить в истоках сеть дамб и глубоких озер, которые усмиряли крутой нрав реки ещё в предгорьях и не позволяли ей отнимать человеческие жизни.

— Повезло вам с мудрыми правителями, — уважительно отметил Дарий и выразительно осмотрелся на набережной. — Да и в целом у вас очень приятный мир. И воздух такой чистый…

Он глубоко вдохнул и с мечтательной улыбкой выдохнул, а я не смогла не спросить:

— У вас не так?

— У нас… — он поморщился, — не так. К сожалению. Прогресс далеко не всегда идет в тандеме со здравым смыслом. Очень высока загазованность и это едва ли не главный бич современности. Знаете, ваши правители невероятно мудры, что запрещают трогать нефть. Это не только прогресс, но и бензин, а также пластик. Не тот биоразлагаемый, который изобрели у вас, а тот, который копится веками и наносит невероятный вред окружающей среде. Вот только он настолько прочно вошел в нашу жизнь, что отказаться от него уже невозможно. Он везде. В быту, в производстве, в медицине…

Дарий покачал головой, не скрывая своего осуждения, но потому улыбнулся.

— Так что спасибо вашим магам и просто миру, что он существует. Я рад, что очутился здесь. Так где, говорите, ближайшее кафе?

— Там. — Я взмахнула рукой и сочла нужным предупредить: — Оно специализируется на рыбных блюдах. Если вам больше по душе мясо, то лучше дойти до следующего. А в последнем, говорят, варят аж десять видов кофе, но сама не знаю, не была. Да и кофе не люблю. А вы?

— О, я знатный кофеман, — загорелся взглядом Дарий, но потом чуть прищурился и пытливо посмотрел на меня. — А вы любите чай, да?

— Да, — кивнула. — Кофе горький. Не понимаю, за что его так любят.

— Дело привычки, — пожал плечами иномирец и вдруг спросил: — А что вам больше нравится: мясо или рыба?

— Мясо.

— Отлично, — улыбнулся. — Мне тоже. Тогда пройдемте во второе кафе. Не против? Тьен, вы с нами?

— Естественно, я с вами, — фыркнул брат. — И спасибо, что спросили. Я тоже люблю чай и мясо. А ещё пироги с персиками и тушеной капустой.

— Одновременно? — невозмутимо поинтересовался Дарий.

— По очереди, — проворчал Тьен, но я заметила, как оба усмехаются, и поняла, что что-то общее у них определенно есть.

И искренне за это порадовалась. Ну и за себя тоже, когда поняла, что Дарий выбрал второе кафе именно потому, что там подают чай и мясо, которые одобрила я. Хотя имел полное право настоять на третьем, где делали кофе!