— Иначе я съеду из этого дома вместе с вами и мы никогда не доделаем паровоз, — договорила я.

— А, точно… — пробормотал дядюшка. — Чертов паровоз… Все нервы мне вымотал!

Со стороны Тьена послышалось сдавленное хихиканье, но и тут я знала, что сказать.

— А Тьена мы женим на Адель, старшей дочери Марши. Ей летом будет уже восемнадцать, и мне больше не придется следить за его рубашками, — невозмутимо добавила я.

— Эй, за что⁈ — возмутился братец, перед этим поперхнувшись воздухом. — Я ещё слишком молод!

— А чтобы не привыкал к хорошему, — фыркнул дядя, решив поддержать именно меня. — Страдать должны все!

И так у него это уморительно получилось, что я не выдержала первая и звонко рассмеялась. Ко мне присоединился Дарий, дядя тоже похмыкал и лишь Тьен неуверенно кривил губы, изображая натянутую улыбку.

А вообще вечер прошел хорошо!

После того, как мы все отсмеялись, дядя напомнил, что в эту субботу он обещал сводить Габриэлу в театр, но чтобы не страдать одному, он решил выкупить всю ложу, так что идем впятером. Лично я ничего против не имела, Дарий тоже кивнул и лишь Тьен, который относился к данному виду искусства весьма прохладно, страдальчестви вздохнул и проворчал:

— А можно я уже не пойду? Дарий, официально разрешаю трогать мою сестру!

— Тьен⁈ — возмутилась я.

— За руку! — торопливо добавил братец. — Исключительно за руку! И вообще, нам надо купить ей кольцо и вы просто обязаны сделать ей официальное предложение. Как полагается. Вы же читали главу про помолвки?

— Читал, — сосредоточенно кивнул Дарий.

— Вот!

— Но я не знаю размер кольца. А если не подойдет? — Мэйншторм посмотрел на меня с отчетливым волнением. — Роза, а какие вам кольца нравятся?

— Молоде-е-ежь… — снова расфыркался дядя. — Слушайте меня. Завтра мы с Розой пойдем в ювелирный и пересмотрим всё, что там есть. Что понравится и подойдет по размеру, отложим. А потом туда пойдете вы и выкупите. Ясно?

Мы все дружно покивали и пускай со стороны это выглядело крайне странно, предложение дяди было не лишено смысла. Вот только деньги…

Уже перед сном я зашла в комнату к Тьену и спросила об этом прямо:

— Что у вас по деньгам?

— Удивишься, но уже третий месяц только копятся, — порадовал меня Тьен. — Помимо одежды он на себя совершенно ничего не тратит. Ну, плюс абонемент в спортзал. Мастерскую ему оборудовал дядя, причем точно знаю, они заключили между собой некий договор на этот счет. Сути не знаю, не говорят. Так что можешь выдыхать, как минимум кольцо он тебе купит на свои. Ну и… — братишка улыбнулся, — поздравляю что ли, будущая миссис Мэйншторм.

— Спасибо, — улыбнулась смущенно, но потом хитро прищурилась. — Но про Адель я не шутила. Хорошая девочка.

— Хорошая, хорошая, — проворчал Тьен. — Но мать у неё… Я не хочу такую тёщу!

— Пф! Ну ты и нахал! Очень хорошая тёща, скажу я тебе! Всегда будешь с иголочки одет!

— Да я не об этом, — поморщился братишка. — Слишком уж она… пробивная.

— А ты будь тверже в своих желаниях, — возразила я. — Поверь, Марша прекрасно видит, когда кто-то сомневается. Это её работа — добиться своего. Ты просто уступаешь. Не уступай. Попробуй.

— Ну, наверное… — неуверенно протянул Тьен, но потом качнул головой. — Ладно, об этом потом. Всё равно я считаю, что мне рано. Серьезно. Как думаешь, дядя правда женится?

— Почему нет? — пожала плечами. — Габриэла очень приятная дама. Посмотрим. До весны ещё время есть. Даже если между ними нет большой любви, то хотя бы просто будет с кем поболтать по вечерам. Сам понимаешь, мы с Дарием вряд ли надолго тут задержимся. Всё-таки он мужчина, глава семьи и даже если мы переедем всего лишь в квартиру, я его пойму и поддержу. И останетесь вы тут вдвоём. Совсем же тоскливо будет.

— Ну… да, — Тьен поморщился и вздохнул. — Ладно. Доживем до весны, там видно будет.

В этом я была с братом совершенно согласна, так что ушла к себе с улыбкой и следующий день отработала на душевном подъеме. Более того, когда закончила — в холле министерства на первом этаже меня уже ждал дядюшка, чинно раскланиваясь со знакомыми и не обращая внимания на шепотки тех, кто был так некультурен, что обсуждал его издалека, и мы вместе с ним отправились в один из тех ювелирных магазинчиков, куда никогда не заходят просто так. Лишь по серьезному поводу.

— Дядя, — засомневалась я, когда поняла, что кольца тут стоят, как моя зарплата за три месяца. С премиальными! — Я не уверена, что у Дария есть столько денег.

— А я не уверен, что хочу, чтобы ты носила посредственность, — фыркнул дядя в своей безапелляционной манере. — И вообще, молчи уже. Скромница. Есть у него деньги.

— Откуда? — нахмурилась я.

— Оттуда, — фыркнул дядя. — Заходил я к министру в обед, он уже отнес отчет императору, тот под впечатлением. Заочно договорился на премию для твоего жениха. Большую. Сколько — не скажу. Но на кольцо хватит. Так что давай, выбирай и не скромничай, а то сам выберу. Вон с тем булыжником!

И показал на жуткое кольцо с бриллиантом как минимум в десять карат.

Булыжник я оценила, причем в отрицательную сторону и, как послушная племянница, сосредоточилась на нормальных кольцах, принципиально не глядя на цены. Через полчаса остановила свой выбор на очень милом лаконичном колечке с бриллиантом в три карата огранки «капля» в белом золоте и указала на него.

— Это.

— Неплохо, — не стал спорить дядя и распорядился. — Отложите на имя Алейно. Придет мой племянник, выкупит.

Нас заверили, что колечко обязательно дождется покупателя, и мы с дядей отправились домой.

За ужином никто из нас не говорил ни о кольцах, ни о помолвке, ни о свадьбах, но я отчего-то ощущала себя, как на иголках, то и дело ловя себя на мысли, что жду от Дария чего-то особенного, но… Ничего не происходило и я поняла, что хочу от жизни слишком многого. Не бывает так, чтобы разом всё и сразу. Не бывает.

Ну а после ужина дядя заявил:

— Не знаю, как вы, а я устал. Не зима, а снежное безумие! Пока туда-сюда прошелся, выдохся. Тьен, идем со мной наверх. Обсудим с тобой пару моментов, о которых тебя завтра наверняка спросят.

Не рискнув спорить, братишка ушел вместе с дядей, а Дарий обратился ко мне:

— Роза, составите мне компанию в библиотеке? Хочу поискать книги по металлам. В вашем мире есть весьма любопытные материалы, которые не встречались мне прежде. Думаю, стоит провести с ними ряд экспериментов и понять, как они могут быть полезны в электричестве.

— Конечно, — обрадовалась я и краем глаза заметила, как хитро усмехнулась Дэйзи, но не придала этому большого значения.

Вот только стоило мне войти в библиотеку… Как я начала кое-что подозревать.

Зимой темнело рано и Дарий, который шел следом за мной, прихватил с собой из столовой одну масляную лампу, но в библиотеке оказалось неожиданно светло.

В центре комнаты стоял стол, на котором стояла… высокая лампа. Очень необычная.

Медленно подойдя ближе и с изумлением изучая вещь, я отметила, что основа её — это изящная деревянная «ножка», причем лакированная. Сверху на ножку надета «шапочка» из нежно-розовой бархатной ткани, причем видно, что она держится не на самой ножке, а отчасти на проволочном каркасе, как у зонтика. В центре — дырочка.

И в эту дырочку прекрасно видно, что под шапочкой светится не свеча или масляная лампа, а та самая «лампочка», которой столько месяцев грезил Дарий. Стеклянный предмет, внутри которой нестерпимо ярко светится спираль. И её яркость такова, что сильнее масляной лампы как минимум раза в три.

Я была так изумлена увиденным, что надолго застыла в полуметре от вещицы, рассматривая её во все глаза, и вздрогнула всем телом, когда на мою талию со спины легли руки Дария. Это я поняла сразу.

Следом к моей спине прижалась его грудь…

И на ушко шепнули:

— Ты мой свет, Роза. Спасибо тебе за то, что всё это время была рядом и вдохновляла.