7. Новое наступление немецких войск по всему фронту

Постоянно вмешиваясь в руководство операциями, Гитлер фактически взял на себя решение всех вопросов, связанных с их осуществлением, и снизил роль главного командования сухопутными силами до роли простого исполнительного органа. После сражения за Киев ему предстояло принять самое важное решение в кампании 1941 г. Нужно было определить, были ли силы германской сухопутной армии и имеющееся в распоряжении время достаточными для того, чтобы «победить путем быстротечной военной операции Советскую Россию», как это было намечено в «плане Барбаросса».

Если не удастся сокрушить военную мощь России еще до наступления зимы, то война против нее будет таким промахом, последствия которого невозможно предугадать. Все планы, осуществление которых намечалось «после „Барбароссы“, тем самым будут отложены на неопределенное время, основная масса немецких войск останется скованной на Востоке по меньшей мере еще один год, на горизонте встанет угроза ведения войны одновременно на нескольких театрах военных действий – как раз то, чего думали избежать наступлением на Советский Союз. Поэтому очень веские причины заставляли решиться на максимальные усилия, однако остерегаться безответственно идти ва-банк.

Конечно, германская сухопутная армия в начале октября, несмотря на чувствительные потери, была еще способна к наступлению. Ожесточенные бои последних месяцев не заставили ее усомниться в своем превосходстве. Но все еще нельзя было определить, когда же иссякнут резервы противника. Все прежние расчеты оказались ошибочными. Цифровые данные о результатах отдельных операций на окружение, возможно, не всегда смогли бы выдержать строгую проверку, так как ошибки при подсчетах были неизбежны. Подобную проверку можно было бы, пожалуй, осуществить только в отношении людских резервов, но никак не в отношении данных об уничтоженной или захваченной технике. С другой стороны, последние части, брошенные русскими в бой, производили впечатление неполноценных и были недостаточно вооружены. Поэтому надежда на то, что новое-наступление по всему фронту сломит последнее сопротивление противника, казалась вполне обоснованной.

Общая обстановка заставила Гитлера принять решение продолжать войну и добиться решающего исхода. Москва снова стала вопреки директиве от 21 августа важнейшей целью наступления. Группа армий «Центр», наступавшая на столицу, была значительно усилена. Группа армий «Север», которая между тем захватила Шлиссельбург и окружила Ленинград с юга, должна была передать группе армий «Центр» 4-ю танковую группу, большое количество самоходных орудий и тяжелой артиллерии; группа армий «Юг» – отдать 2-ю танковую группу. Все это было, конечно, необходимо, чтобы наступление на Москву могло быстро принести успех. Но будет ли достаточно сил, оставшихся у обеих групп армии, для выполнения по-прежнему стоявших перед ними задач: на юге – захватить Крым, Донбасс и отрезать Россию от кавказской нефти, а на севере – овладеть Ленинградом?

Был отдан приказ 2 октября перейти в наступление по всему фронту, В одном из своих приказов, относящихся к этому периоду, Гитлер заявлял, что теперь, наконец, созданы все условия для того, чтобы еще до начала зимы нанести противнику сокрушительный удар. Для подготовки наступления сделали все, что только можно было сделать. «Сегодня начинается последнее крупное сражение этого года».

Неудачное наступление группы армий «Юг» на Ростов

Несмотря на успехи в районе Киева, группа армий «Юг» с некоторой тревогой ожидала предстоящей операции, в ходе которой нужно было достичь таких удаленных друг от друга целей, 11-я армия и румынские войска-силы, не скованные под Одессой, – были необходимы для захвата Крыма. Может быть, представились бы новые возможности, если бы 11-я армия смогла быстро захватить Крым и, переправившись через Керченский пролив, развивать дальнейшее наступление во взаимодействии с 1-й танковой группой, продвигающейся на Ростов. Но ее северный фланг при таком глубоком наступлении находился под угрозой до тех пор, пока 17-й и 6-й армиям не удалось бы продвинуться через Северный Донец к Дону. Это опять-таки были цели, которые, видимо, значительно превышали наступательные возможности группы армий. (Карта 4, стр.228)

Новая операция началась еще до того, как 11-я армия, командование которой вместо погибшего генерал-полковника фон Шоберта принял на себя генерал фон Манштейн, закончила бои за Киев. Примерно 20 сентября эта армия начала с бериславского и херсонского плацдармов наступление на восток, отбросила оборонявшиеся перед нею русские армии в район Мелитополя и затем повернула крупными силами на юг, чтобы захватить Перекопский перешеек а овладеть подступами к Крыму. Тем временем 1-я танковая группа после окончания сражения за Киев была сосредоточена на восточном берегу Днепра и 24 сентября начала наступление в юго-восточном направлении. Вначале эта танковая группа ударом в тыл разгромила пять русских дивизий, которые препятствовали ей расширить небольшой плацдарм, созданный в районе Днепропетровска еще до сражения за Киев. Затем ударом во фланг она смяла оборону противника у Днепра до Запорожья и подошла как раз вовремя, чтобы создать опасность с тыла двум русским армиям, которые вели наступательные действия против 11-й армии. Обе немецкие армии окружили слишком поздно начавшего отход противника и в результате «сражения у Азовского моря» между 5 и 10 октября в районе Черниговки взяли в плен свыше 100 тыс. человек и захватили 212 танков и 672 орудия.

Когда переименованная в 1-ю танковую армию 1-я танковая группа начала преследование остатков разбитого противника в восточном направлении, 11-я армия уже могла приступить к захвату Крыма, используя все свои силы и средства, а также подчиненные ей румынские войска. 27 октября после упорных боев она прорвала оборону на Перекопском перешейке. К 16 ноября 11-я армия захватила весь полуостров и крупными силами окружила Севастополь.

Войска центра и северного крыла группы армий «Юг» также перешли 2 октября в наступление: 17 -я армия продвигалась к реке Донец, 6-я армия – на Харьков и Курск. Вначале наступление обеих армий развивалось успешно, так как после поражения русских под Киевом их силы на этом участке фронта были очень слабыми. Южный фланг 17-и армии соединился с 1-й танковой армией и форсировал Северный Донец; 6-я армия за период с 24 октября по 2 ноября захватила Харьков, Белгород и Курск. Затем сопротивление русских, командование которыми вместо Буденного принял Тимошенко, начало усиливаться. Вскоре после этого они даже смогли перейти к сильным контратакам.

20 октября 1-я танковая армия своим северным флангом еще успела захватить город Сталине, находящийся в центре важного промышленного района, и на юге продвинулась до Таганрога. Затем ее застала распутица, почти совершенно парализовавшая снабжение войск. Танки буквально тонули на размытых дорогах и продвигались вперед не быстрее черепахи. Лишь в середине ноября 1-я танковая армия достигла района севернее Ростова. Здесь ударили морозы, земля замерзла, и немцам пришлось с большим трудом вытаскивать одну за другой застрявшие автомашины. Между тем русские выиграли время и подтянули свежие силы с Кавказа. В тот момент, когда правофланговый корпус армии начал наступление на Ростов, три русские армии перешли в контрнаступление. Они отбросили немецкие войска, прикрывавшие фланг 1-й танковой армии и растянувшиеся далеко к северу почти до реки Миус, и заставили эту армию 29 ноября отдать обратно захваченный 21 ноября Ростов и отступить за реку Миус. Здесь она окончательно остановила мощное наступление русских{24}.

Дальше к северу русские прорвались на широком фронте между 1-й танковой и 17-й армиями, 17-ю армию пришлось отвести за Северный Донец, где она сумела закрыть ударом через Артемовск брешь, образовавшуюся на стыке с 1-й танковой армией, 6-я армия также была отведена за Северный Донец для обороны Харькова и в районе юго-восточнее Курска соединилась со 2-й армией, которая здесь обеспечивала фланг еще продолжавшей наступление на Москву группы армий «Центр».