9– я армия по-прежнему занимала выступ, доходивший до самого Ржева. Все же несколько «армий» численностью минимум десять дивизий и четыре кавалерийские дивизии еще находились в тылу немецких войск и снабжались через коридор в районе Белый, 9-я армия вынуждена была снять с фронта крупные силы, чтобы сначала закрыть этот коридор, а затем окружить по частям и ликвидировать стоящие у нее в тылу силы противника. Этот план удался. В конце июля были уничтожены 39-я армия и 11-й кавалерийский корпус, а также не успевшие отойти через Белый части 22-й и 41-й армий. Чтобы облегчить положение соединений, ведущих бои в тылу 9-й армии, русские предпринимали почти непрерывные фронтальные атаки против 9-й армии, особенно в районе Ржева. В начале августа сложилась очень тяжелая обстановка: русские едва не прорвали фронт. Прорыв удалось предотвратить только тем, что три танковые и несколько пехотных дивизий, которые уже готовились к переброске на южный фронт, были задержаны и введены сначала для локализации прорыва, а затем и для контрудара. Тактический успех был на стороне немцев. Но русские, сковав такое большое количество немецких войск, принесли этим большую пользу своему главному фронту. Они по-прежнему не давали покоя 9-й армии. Сковыванию сил служили также и их часто повторяющиеся атаки на выступ фронта в районе севернее Орла.

В тылу немецких армий русские планомерно вели партизанскую войну. Особенно беспокоящие очаги партизанского движения находились юго-восточнее Смоленска и по обе стороны Вязьмы. Для борьбы с ними в мае пришлось даже снять с фронта два армейских корпуса в составе нескольких пехотных и одной танковой дивизии. Русский генерал Белов имел в одном лишь районе Ельни 20 тыс. человек{30}, которые постоянно угрожали коммуникациям 4-й армии. Это были остатки рассеянных во время сражения под Вязьмой частей, местные жители и переброшенная через линию фронта воздушно-десантная бригада. Основную массу этих сил удалось окружить и уничтожить, сам Белов ушел на юг и продолжал там бесчинствовать, постоянно меняя районы своей деятельности. Хотя в результате дальнейших операций удалось постепенно сузить большие партизанские области, находившиеся непосредственно за линией фронта, но все же приходилось все время для борьбы с партизанами снимать с фронта боевые части. Ввиду таких действий немцев русские осенью 1942 г. изменили свою тактику, перенеся партизанскую борьбу глубже в тыл. Таким образом, они отказались от тактики непосредственного взаимодействия между фронтом и партизанами. Теперь немецкие войска были спокойны за свой непосредственный тыл. Но тем тяжелее стало бороться с партизанским движением в далеких тыловых районах. Вследствие безрассудной немецкой политики в оккупированных областях это движение распространилось по всей Прибалтике, Белоруссии и Польше и, наконец, даже охватило Украину, где население вначале было положительно настроено по отношению к немцам.

4. Продвижение Роммеля к Эль-Аламейну

С тех пор как Роммель в середине февраля 1942 г. продвинулся до района Эль-Газалы, он постоянно настаивал перед итальянским верховным командованием на том, чтобы сосредоточить на оборонительном рубеже у Эль-Газалы все имеющиеся силы, то есть, помимо немецких войск, также и итальянские пехотные дивизии. По мнению Роммеля, это дало бы возможность отвести в тыл танковые соединения, а кроме того, можно было бы всегда начать новое наступление, если обстановка сложится благоприятно. Но его основной план заключался в том, чтобы нанести удар англичанам, прежде чем они смогут значительно усилиться. По имевшимся у него сведениям, численность английских сил росла по меньшей мере в такой же степени, как и немецких. Поэтому следовало спешить, если он, надеясь на свое превосходство как полководца и лучшую боевую подготовку немецких соединений, хотел добиться успеха в маневренной войне. Итальянцы по-прежнему стояли на той точке зрения, что вначале должна быть взята Мальта, но тут же заявляли, что к этой операции они будут готовы только в начале июля. Они считали, что для захвата Мальты потребуется многочисленная авиация, которая даже частично не должна быть связана наземными операциями. Отсюда они делали вывод, что новое наступление в Ливии до осени невозможно. (Карта 3, стр. 150)

Когда просьба Роммеля о переводе пехотных дивизий на оборонительный рубеж у Эль-Газалы была отклонена и в конце марта, он самовольно выдвинул туда 21-й итальянский армейский корпус. Этот поступок Роммеля вызвал недовольство итальянцев, указавших ему на свои прямо противоположные приказы. Германское верховное командование одобрило наступление с ограниченной целью. Во время визита, который нанес Муссолини со своими военными советниками 30 апреля в Оберзальцберге Гитлеру, последний предложил наметить наступление в Ливии на конец мая, а захват Мальты, для осуществления которого он обещал техническую поддержку, – на середину июня. Итальянцы не возражали против таких сроков. Начальник генерального штаба итальянских вооруженных сил маршал Каваллеро 5 мая сам отправился в Ливию и заявил о своем согласии с предложением Роммеля уничтожить силы противника перед Тобруком, захватить Тобрук и продвигаться на Эс-Саллум и Бардию при том условии, что это не отразится на проведении операции по захвату Мальты и не возникнет двойной фронт в случае, если Тобрук не будет взят первым ударом. Наступление должно было закончиться не позднее 20 июня. Затем все авиационные соединения следовало перебросить в Сицилию для подготовки наступления на Мальту.

Роммель правильно оценил положение англичан, 8-я английская армия в конце 1941 г. отправила одну дивизию на Дальний Восток, которая, к своему несчастью, прибыла в Сингапур как раз вовремя, чтобы попасть в плен к японцам. Основные силы одной индийской дивизии повернули обратно, прежде чем они достигли Египта. Вот к чему привел решительный перелом, вызванный японским наступлением на Дальнем Востоке. Между тем англичане опять пополнили и усилили свои войска в Северной Африке.

Хотя в количественном отношении они уступали войскам держав оси, если считать также слабые итальянские пехотные дивизии, но зато были полностью моторизованными и по танкам превосходили итало-немецкие силы в полтора, а по артиллерии – почти в два раза.

Для английского правительства было очень важно, чтобы Окинлек как можно скорее перешел в наступление. Требовалось не только облегчить положение Мальты; Северная Африка была также единственным «вторым фронтом», которым хотели ответить на постоянные обращения Сталина. Черчилль призывал английское командование на Ближнем Востоке начать наступление в середине мая, а когда оно категорически отказалось – не позже начала июня.

Таким образом, кто-то из двух командующих должен был решиться первым начать наступление.

Англичане имели три пехотные, две бронетанковые дивизии и несколько усиленных бригад. Эти силы располагались на переднем крае и в тылу защищенной минными полями оборонительной позиции, тянувшейся на 60 км от Эль-Газалы, где она примыкала к морю, до Бир-Хакейма. Приблизительно половина английских войск обороняла крупные опорные пункты, сильно укрепленные и обеспеченные продовольствием на длительное время. Эти опорные пункты, созданные вдоль всей оборонительной позиции, должны были удерживаться даже в случае их окружения; предполагалось, что они сумеют сковать такое количество войск противника, что его продвижение в глубину будет сорвано из-за нехватки сил. В тылу располагались глубоко эшелонированные резервы. Одна новозеландская дивизия находилась в Тобруке в качестве гарнизона этой крепости.

Итало-немецкая армия, подчиненная теперь Роммелю, состояла из четырех итальянских пехотных дивизий, одного подвижного итальянского корпуса в составе танковой и моторизованной дивизий, а также немецкого Африканского корпуса, в который входили две танковые и одна легкая пехотная дивизии. Замысел Роммеля сводился к тому, чтобы 26 мая предпринятьложное фронтальное наступление на позицию Эль-Газалы с целью заставить англичан подтянуть к фронту как можно больше танковых соединений, а в ночь с 26 на 27 мая, отведя свои подвижные соединения дальше к югу, занять исходные позиции западнее Бир-Хакейма, нанести внезапный удар на северо-восток в тыл англичанам и разгромить разобщенные бронетанковые соединения противника. Хотя этот план и был в конце концов успешно осуществлен благодаря гибкой тактике и несгибаемой воле Роммеля, но для этого немецким войскам пришлось выдержать четырнадцатидневные бои и неоднократно ликвидировать создававшиеся опасные положения.