Немецкие санитары, вначале осторожно, перебежками, пригибаясь, ходили по полю, вытаскивая раненых. Затем осмелели и начали ходить в рост. Комполка еще вчера запретил обстреливать санитаров. Противник в это время тоже прекращал обстрел крепости. Пользуясь этим негласным соглашением, Фокин вывел бойцов ремонтировать амбразуры. Верейский с бойцами вылез откапывать перископ и стереотрубу. Немцам это не понравилось, они ударили по валу из пулеметов. Бойцы залегли. Ротные минометы в ответ ударили по санитарам. Те залегли тоже. Полежав минут десять, все снова зашевелились. Немцы больше не стреляли. Урок пошел впрок. «Перемирие» продолжалось почти два часа. Затем снова налетели бомбардировщики. Бомбили долго, но опять легкими бомбами. Целились по равелинам и куртине между ними.
В полдень немцы атаковали снова. На этот раз восточный равелин также подвергся массированному артобстрелу во время атаки. Это вывело из дела все его огневые средства. На западный равелин навалились 40 танков и два батальона пехоты. И все это на оконечность равелина. Все огневые точки были задавлены. К счастью, преодолеть крутой ров и вал танки не смогли. И вновь только вызов массированного минометного огня на себя позволил гарнизону отстоять равелин. Перебили не менее батальона пехоты и сожгли восемь танков.
В четыре часа дня снова налетели самолеты. Опять начался артобстрел. На этот раз немцы запаслись тяжелыми бомбами. Целились только по западному равелину. В вал равелина угодили три полутонных бомбы и две тонных. Одна из полутонных бомб упала на гребень вала позади наблюдательного пункта. Железобетонный куб НП целиком вывернуло из грунта и опрокинуло в ров. Все находившиеся в НП погибли от динамического удара. В теле вала образовалось пять широких провалов. Казематы под ними были разрушены, находившиеся в них люди погибли. Выброшенный взрывами грунт частично засыпал ров. От двух усиленных взводов, оборонявших равелин, осталось меньше половины состава. Из огневых средств — только ПТР, ручные пулеметы и автоматы. В куртину позади равелина тоже попало три тяжелых бомбы.
Около шести вечера началась новая атака. Немецкие танки прорвались через проломы в равелин. Наблюдателей на валу выбили. Корректировать огонь минометов стало некому. Пехота, невзирая на потери от минометного огня, просочилась через проломы во двор равелина, взорвала двери и ворвалась в казематы. После ожесточенного боя в темных коридорах равелин был захвачен противником. Никто из гарнизона равелина не отступил.
После короткого перерыва немцы начали бомбить восточный равелин. Снова применялись тяжелые бомбы. Затем, по той же методе противник атаковал восточный равелин. В восемь вечера пал и он.
Уже в сумерках немцы попытались большими силами прорваться через проломы в куртине между равелинами. Огнем противотанковой артиллерии и ПТР из Западного и Восточного фортов все прорвавшиеся танки были уничтожены. Пехоту расстреляли минометами и отбросили за вал куртины. На этом бой закончился.
Взяли пленных. Они показали, что взамен понесшей тяжелые потери 45-ой пд, противник ввел в бой свежую 34-ю пехотную дивизию. Танки оказались из срочно снятой с фронта 3-ей танковой дивизии. Из восточного равелина смогли отступить 18 бойцов и младших командиров, в большинстве легкораненых. Весь остальной личный состав подразделений, оборонявших равелины в количестве 153 человек пал смертью храбрых. Из четырех командиров взводов уцелел только командир 2-го учебного взвода младший лейтенант Клячкин. Все тяжелое вооружение, имевшееся в равелинах, было потеряно.
Бойцы третьего батальона в сгустившихся сумерках ещё добивали прятавшихся в воронках пехотинцев, а весь командный состав гарнизона собрался в бункере КП для обсуждения создавшегося положения. Захват противником равелинов Кобринского укрепления серьезно ухудшил положение гарнизона.
Иваницкий доложил состояние артиллерии. Ударная артиллерийская группировка крепости все еще была сильна. В разбитых бомбами казематах погибли только одна корпусная пушка и четыре гаубицы. Сильнее пострадали минометы — от прямых попаданий в минометные гнезда погибло 7 дивизионных, 3 полковых и 12 ротных минометов вместе с расчетами. Хуже всех пришлось зенитчикам — в строю осталось одно трехдюймовое орудие и два 37-миллиметровых, правда, только два орудия погибли вместе с расчетами. Командир ббп Лаптев доложил, что в строю осталось только две полковых пушки, из противотанковой артиллерии потеряны 3 трехдюймовки и 12 сорокапяток, все в Кобринском укреплении. Боеприпасов пока достаточно, но расход мин к тяжелым минометам очень велик. Уже израсходовано две трети от имевшегося запаса.
Из-за малого остатка мин в дальнейшем придется отказаться от постановки заградительного огня. Обстрел нужно вести только по конкретным целям по целеуказаниям корректировщиков.
Зенитчик Баландин отчитался, что за весь день отмечено 612 бомбардировщиков. Трех из них сбили. Из 23-миллиметровых автоматов потеряны два. Разбито шесть зенитных пулеметов.
Комбат-3 Фокин по телефону донес, что за сутки батальон и приданные подразделения потеряли 360 человек убитыми, 125 человек тяжело ранеными. Потери вооружения: 3 76-мм орудия, 12 45-мм орудий, 16 ПТР, 5 станковых пулеметов, 2 пулемета ДШК, 4 82-мм миномета, 9 ручных пулеметов, 6 огнеметов. Противник потерял 53 танка, 26 полковых и противотанковых орудий, не менее 5 батальонов пехоты. Фокин сообщил, что равелины были взяты противником по причине позднего переноса огня минометов на входы в равелины, что произошло из-за уничтожения противником корректировщиков в окопах на валу равелинов.
В 1-ом и 2-ом батальонах потери минимальны.
Замполит Никишкин доложил, что саперы подготовили три понтонных переправы из Цитадели в укрепления. Грузоподъемность плотов — до двух тонн.
— Ну что же, товарищи, — заключил совещание комполка, — намерения противника прояснились. Судя по реакции немцев, артиллеристы майора Иваницкого сделали немцам очень больно. Пути снабжения 2-ой танковой группы нами перерезаны. Против наших двух полков брошены две пехотных и одна танковая дивизии. По нам задействована целая бомбардировочная авиадивизия и не менее пяти тяжелых артполков. Все это снято с фронта. Задачу, поставленную нам командованием, мы выполняем.
Немецкие генералы поняли, что артогнем и бомбежкой нашу ударную артиллерию, размещенную в казематах, подавить не удается, поскольку тяжелых авиабомб на оперативных авиационных складах у них мало, а с тыловых складов бомбы везти долго. Поэтому, они решили подавить ударную артиллерию путем её захвата непосредственно на позициях. Они уже засекли, что корпусные пушки и гаубицы стоят у нас в Западном и Восточном фортах и в Цитадели. Поэтому они и атакуют по кратчайшему пути к фортам через Северные ворота. К сожалению, удержать равелины нам не удалось. Поэтому, будем оборонять куртину и сами форты. Будем концентрировать наши силы на этом направлении.
Опыт боев показал, что противник изолирует атакуемый участок массированным артогнем по прилегающим укреплениям крепости и подавляет огневые точки в валах на атакованном участке их обстрелом из танков, вышедший на дистанцию прямой наводки. Единственное действенное оружие гарнизона в таком случае — массированный огонь из минометов. По пехоте — из ротных и полковых минометов, по танкам и артиллерии — из дивизионных. Для этого нужно обеспечить оперативную корректировку огня. Лев Петрович, твои предложения по организации корректировки?
— Предлагаю перебросить в куртину Кобринского укрепления взвод артразведки и взвод связи с достаточным количеством телефонных аппаратов и провода, — подумав, начал Иваницкий. Корректировку придется вести из окопа на валу, поскольку из амбразур обзор минимальный. Поэтому расчеты корректировщиков будут быстро выбиваться. Предлагаю всех командиров полковых и дивизионных орудий, потерявших матчасть, перевести во взвод артразведки и использовать как корректировщиков.
На валу куртины за ночь оборудовать побольше перекрытых противоосколочных гнезд для корректировщиков. Одновременно на валу должно быть не менее трех корректировочных расчетов, поскольку длина центрального участка куртины между равелинами — 1200 метров. Расчеты заменять по мере выбытия. На рассвете всем батареям минометов провести пристрелку по рву перед куртиной и по подножию вала с внутренней стороны, чтобы не допустить проникновения пехоты противника в казематы.