Когда танки проходили через бывшую нашу первую линию, все услышали оглушительные многократный свист, и над окопами промчалась в сторону немцев целая стая ярких огней, оставлявших за собой дымные полосы. Затем на первой линии встала сплошная огненная стена. Тяжелый грохот ударил по ушам. Через полминуты огонь опал, и взору бойцов открылась целая цепь горевших танков. Батальон в восторге закричал «Ура!». Позднее выяснилось, что наши применили по немцам новое оружие — реактивные минометы[47]. Но, танки наступали пятью волнами. С поразительным упорством уцелевшие шли и шли вперед. Из немецких окопов выскочили пехотинцы и густыми цепями побежали за танками. Как и вчера, танки остановились, не подходя к реке, и принялись расстреливать огневые точки. Пехота пошла вперед.
Левофланговая рота батальона и смежная рота соседей были полностью выбиты при бомбежке и артобстреле. Плотная масса пехоты форсировала речку и двинулась через окопы погибших рот к третьей линии. Там стояли последние резервы полка — учебная, штабная и разведывательная роты, полковые артиллеристы, минометчики и тыловые подразделения.
Комбат скомандовал занимать круговую оборону. С неатакованного правого фланга он перебросил два взвода на левый фланг в кольцевой окоп. Слева передовая теперь проходила прямо по позициям опорной роты. У Василия к тому времени уцелело одно орудие, один «максим» и два миномета. Танки из пушек и пулеметов вели ураганный огонь по окопам, не давая стрелкам высунуться. Из дзотов уцелели меньше половины. Батальону оставалось жить минуты.
И тут, как в кино про Чапаева, из-за холма выскочила «красная конница с шашками наголо». Подошедший штурмовой авиаполк с налета врезал РС-ами по пехоте. Не растерявшийся комбат обозначил ракетами передний край. Пехота залегла в воронки. Вторым заходом вставшие в круг штурмовики ударили по танкам. Было отчетливо видно, как из подвешенных под крыльями кассет горохом сыплются мелкие бомбы. Кроме осколочных и фугасных бомб, штурмовики сыпали и зажигательные. Они не взрывались, а вспыхивали большими яркими кострами. Танкистам пришлось спасать свои шкуры. Напоследок пройдясь по лежащей в воронках пехоте из пулеметов, штурмовики ушли. Но, следом подошел еще один авиаполк. За ним еще один. Танки, маневрируя, уходили, провожаемые разрывами тяжелых снарядов.
Оживившиеся бойцы батальона открыли частый огонь по немецкой пехоте. Однако, настырные фашисты попряталась по воронкам и не собиралась отступать. Везде на солнце посверкивали саперные лопатки и взлетала выбрасываемая трудолюбивыми немцами земля. Пехота рыла окопы. Артогонь с обеих сторон постепенно стих. Василий послал своего последнего уцелевшего взводного командира — пулеметчика Степашина собрать в батарею все уцелевшие минометы. Оказалось, что кроме двух их собственных, сохранился только один миномет в первой роте. Василий назначил Степашина командиром сводного минометного взвода и приказал ему собрать все уцелевшие мины к минометам, а сам взялся выковыривать окапывавшихся немецких пехотинцев. Обнаружив в бинокль по блеску лопатки пехотинца, Вася корректировал огонь миномета. Вскоре он так наловчился, что накрывал немца со второй — третьей мины. Комбат и уцелевший начштаба Дьяков организовывали круговую оборону. Немцы захватили плацдарм на нашем берегу речки шириной 2,5 км и глубиной до 800 м.
В 11–00 всё повторилось по новой. Артобстрел. Атака.
После отражения второй за день немецкой атаки, остатки батальона оказались прижаты к болоту на позиции правофланговой роты. У Иванова уцелело 13 бойцов при одном миномете и одном «максиме». Раненого Степашина пришлось отправить в тыл. С последней уцелевшей сорокопятки сняли затвор и прицел, а дзот подорвали связкой противотанковых гранат. Комбат тоже был ранен и отправлен в тыл. В 19 часов поступила команда на отход. Последние 58 бойцов батальона под командой начштаба Дьякова отступили на третью линию. С собой по разрушенному ходу сообщения бойцы вынесли в разобранном виде один миномет и два «максима», три ручных пулемета и три бронебойки.
На третьей линии, вместе с остатками полка, вечером отбили еще одну атаку. Позицию удалось удержать только благодаря плотной поддержке тяжелой артиллерии и непрерывным атакам штурмовиков.
С наступлением темноты полк в количестве примерно четырехсот человек личного состава был отведен за четвертую оборонительную линию, на которой ранее располагался к этому времени полностью разбитый артиллерией и бомбежками дивизионный полк боевой поддержки. Теперь же, на этом рубеже развернула свою первую линию обороны подошедшая из армейского тыла свежая 19-я дивизия.
118-я стрелковая дивизия поставленную командованием задачу выполнила.[48]
3.6. Жуков Г. К. 11 июля
Из книги «Воспоминания и размышления».
К концу дня 10 июля передовые отряды 1-я танковой группы Клейста вышли к главному оборонительному рубежу на стыке Новоград-Волынского и Остропольского укрепрайонов Юго-западного фронта. 5-я армия генерала Потапова сумела задержать немцев на четыре дня на своей армейской оборонительной линии, развернутой на основе старых приграничных укрепрайонов, тем самым, повторив успех 4-ой армии Серпилина. Но, главные события должны были развернуться 11 июля в Прибалтике. Поэтому, во второй половине дня 10 июля я снова прилетел в штаб Прибалтийского фронта.
Командующий фронтом генерал полковник Кузнецов доложил последние изменения обстановки. Упершись в прочную оборону по реке Пярну, Гёпнер попытался перенести направление удара восточнее, и с этой целью, направил одну танковую и одну моторизованную дивизии в обход болот по шоссе Пярну — Киллинге-Нымме — Вильянди. Однако, командование фронта еще девятого числа выдвинуло из выжидательного района Валка — Тырва 6-ой мотострелковый корпус, который во второй половине дня развернулся на рубеже: южная оконечность болота Кинелера — Киллинги-Нымме — Урисааре. Четыре дивизии корпуса за остаток дня девятого, ночь и начало дня десятого июля успели подготовить полевую оборону. Общая длина оборонительного рубежа корпуса, протянувшегося с севера на юг практически параллельно берегу Рижского залива составила 50 км. Шесть дивизий танковой группы Гёпнера оказались в мешке шириной 20–30 км и глубиной почти 55 км. Открытой оставалась только южная сторона мешка со стороны Риги шириной 18 км.
Подошедшие утром по шоссе к Киллинг-Нымме дивизии 4-ой танковой группы сначала попали под обстрел дивизионной и корпусной артиллерии, затем развернулись в боевой порядок и попытались обойти городок с флангов. Атаку поддерживали 50 танков и 80 бронеавтомобилей. Оборонявшая городок 205 мсд проявила себя с самой лучшей стороны. Это было первое боевое столкновение немецких танковых частей с нашей мотострелковой дивизией. Штат мотострелковой дивизии, принятый в начале 1940 года, специально оптимизировался под задачу борьбы с танковыми частями противника. Как и все остальные дивизии 6-го мск, переброшенная с Западного фронта 205-я дивизия была переформирована и оснащена вооружениями по новым штатам.
Вкопанные в землю по башню бронеавтомобили и САУ вместе с противотанковой и дивизионной артиллерией выбили большую часть атакующих немецких танков еще на подходе к позициям дивизии. Оставшихся добили бронебойщики, которых дивизия имела существенно больше, чем обычная стрелковая. К тому же, все противотанковые ружья в дивизии были либо самозарядными, либо магазинными. На этом немецкая атака и закончилась. 205-я дивизия не отступила ни на шаг. Собственно говоря, дивизии 6-го корпуса могли бы контратаковать, продвинуться дальше к берегу Рижского залива и еще больше сузить мешок, но Кузнецов выполнял мое указание не пугать противника раньше времени. 6-му корпусу была поставлена задача совершенствовать оборону на занимаемом рубеже.
Из штаба фронта я выехал на наблюдательный пункт 8 армии, все еще размещавшийся на старом месте у селения Заки. Командарм Собенников сообщил, что за истекшие двое суток немцы протащили через горловину прорыва две пехотных дивизии, которые ротными колоннами двигаются в сторону Пярну. Собраться в более крупные колонны немцам не дает наша штурмовая авиация. Дивизии растянулись на 60 км вдоль шоссе Рига — Пярну. При прохождении горловины фашистов сильно проредили артиллерией и минометами. Дивизии потеряли до половины боевой техники и до 30 % живой силы. 6-я кавдивизия поэскадронно рассредоточилась вдоль шоссе и постоянно атакует мелкие группы немцев, задерживая их продвижение.