Немецкое командование сделало правильный вывод, что без подавления минометов продвижение вперед не возможно. После 13 часов наши наблюдатели на опушках леса сообщили, что 8 отрядов пехоты, силами до роты каждый, входят в лес по обе стороны от дорог. Очевидно, противник решил найти в лесу позиции минометов, и силами пехоты уничтожить их. Пехота противника долго искала проходы через болота. Примерно к 14 часам отряды прошли по болотам 1 км и уперлись в первую засечную линию. Попытки пролезть через засеку привели к подрывам. Ввиду нехватки противопехотных мин наши саперы ставили в засеках импровизированные мины из оборонительных гранат Ф-1. Они быстро охладили пыл немецкой пехоты. Немцы отошли от засек и вызвали огонь артиллерии. Десятиминутный сосредоточенный артобстрел проделал в засеке проходы. Двинувшаяся было по ним пехота снова попала под точный, корректируемый наблюдателями огонь минометов.
Методика таких действий была отработана еще в первые дни войны в левофланговой дивизии Миронова. Там, в таких же болотистых лесах южнее Бреста, эта дивизия успешно противостояла двум танковым, одной кавалерийской и одной пехотной дивизии германцев. В результате, через два дня боев, противник вынужден был перебросить 3-ю и 4-ю танковые, 1-ю кавалерийскую дивизию на 25 километров левее по фронту, и провел их в обход лесной зоны через Прилуки, Бернады и Пугачево. Проходя мимо Бреста, эти дивизии попали под огонь тяжелых минометов из крепости. 267 пехотная дивизия до сих пор топталась перед Малоритой. Полковник Чичканов со своими штабными командирами провел в дивизии Миронова два дня — 23 и 24 июня, и на практике освоил специфику оборонительных действий в лесной зоне.
Такие «развлечения» дивизия Чичканова продолжала весь день. Немцам в итоге удалось за сутки продвинуться на 3 километра и преодолеть две засечные полосы, перекрывающие дороги. В третью полосу они уперлись к концу дня. Убедившись, что все идет, как намечалось, я в 15 часов выехал обратно в штаб армии.
В штабе мне доложили, что разведгруппы зафиксировали выдвижение колонн тяжелой артиллерии от Бреста по шоссе на Кобрин и Каменец. Упускать такой случай было нельзя. Я сразу дал команду комдиву Боброву начать авиаразведку колонн и готовить штурмовые полки к нанесению удара. Информацию о колоннах передал в штаб фронта и предложил использовать по ним фронтовую авиацию. В первые дни войны фронтовые бомбардировщики и штурмовики обычно работали по переправам и транспортным узлам противника. Но, колонны полков тяжелой артиллерии были слишком ценной добычей, чтобы упускать такую возможность.
Думаю, немецкое командование сильно пожалело о своем опрометчивом решении перебрасывать тяжелую артиллерию днем. В 18 часов авиаразведка засекла колонны. В 19 часов по ним отработали штурмовые полки приданной авиадивизии. С 19–30 и до конца дня по колоннам отбомбились четыре бомбардировочных и три штурмовых полка фронтового подчинения. По докладам летчиков, подтвержденных нашими наблюдателями, авиация уничтожили 116 тяжелых орудий и минометов, большое количество грузовиков и тягачей. С учетом результатов ночных бомбардировщиков, было уничтожено более половины тяжелой артиллерии, стянутой противником к Бресту. К вечеру поступил приказ командующего фронтом, временно оставляющий в моем распоряжении один полк ночных бомбардировщиков. Техническое обслуживание и обеспечение вылетов возлагалось на дивизию Боброва.
К исходу дня 24 мотокорпус немцев занял Кобрин и атаковал наш опорный пункт. 61-й дивизии Миронова я приказал ночью оставить Малориту и отойти в тыл на переформирование. Теперь немецкой 267 пд предстояло бодаться в дремучих припятских лесах со свежими гарнизонами опорных пунктов 117 сд. Сидеть там ей придется еще долго.
На правом фланге 43 армейский корпус весь день атаковал наши опорные пункты на рубеже рек Правая Лесная и Левая Лесная перед Беловежской Пущей. Немцы захватили тактические плацдармы на восточном берегу, но не смогли навести ни одной переправы. Личный состав 4-ой армии имел все основания быть довольным итогами дня.
2.11. Саласпилс. 29 июня
Рапорт командира 2 взвода старшего лейтенанта Штюлпнагеля командиру 2 батальона полка «Бранденбург — 800» подполковнику Лангеману о боевых действиях 2 взвода в период 27–29 июня 1941 г.
27 июня в 00 часов 08 минут взвод десантировался в тылу противника на парашютах с трех самолетов на высоте 900 метров в 8 км северо-восточнее населенного пункта Саласпилс. Во время высадки ночные бомбардировщики Люфтваффе осуществляли бомбардировку опорных пунктов противника, прилегающих к району десантирования, маскируя высадку. Район высадки представлял собой обширное, поросшее редким лесом, моховое болото. Десантирование прошло в штатном режиме без происшествий. Четверо рядовых получили легкие ушибы конечностей. Ефрейтор Груббер пропорол левое предплечье сучком без потери боеспособности.
В 01–20 взвод подобрал парашюты и оба грузовых контейнера и начал марш по болоту на север в лесной массив. В 02–10 вышли из болота в более сухой лес, где сменили обмундирование, закопали парашюты и лишнее снаряжение. Далее действовали согласно «легенде», изображая взвод конвойных войск НКВД, осуществляющий преследование парашютистов-диверсантов. Пройдя по лесу около 1 км на северо-запад, вышли на поле и двинулись ускоренным шагом на запад, затем пересекли еще один лесной массив шириной 1,5 км, пересекли шоссе Саласпилс — Сауриеши и еще одно поле шириной 2,2 км.
За время марша трижды вступали в контакт с караулами подразделений РККА, так как маршрут нашего движения проходил между первой и второй полосой обороны противника. Во всех случаях «легенда» и подготовленные документы сработали безотказно. Войдя в лесной массив северо-западнее Саласпилса, углубились в него на 1000 метров и в 03–25 организовали замаскированный лагерь, выставив охранение.
Две пары наблюдателей я направил через железную дорогу на восточную опушку леса. В 250 метрах от опушки, между лесом и Саласпилсом размещался строительный спецлагерь НКВД. В 09–30 я, в соответствии с планом операции, направил в Саласпилс на встречу с агентом «Дзинтарасом» разведгруппу в составе переодетых в гражданское платье рядовых Круминьша и Пельша. Оба рядовых коренные латыши, хорошо знающие местность и снабженные документами местных жителей.
В 17–40 разведгруппа вернулась. Агент дал ценную информацию: подробный план лагеря, график смены караулов, график вывода заключенных на работы, количество заключенных и охраны. Лагерь имел форму прямоугольника 80 на 120 метров, одни ворота и 4 вышки с пулеметами по углам. В лагере размещалось три строительных отряда примерно по 300 человек каждый под охраной двух конвойных взводов НКВД численностью 70 человек при 6 ручных пулеметах. Лагерь обнесен двумя рядами колючей проволоки с зазором между ними 6 метров, между которыми по периметру в темное время суток ходил парный караул.
Заключенные размещались в больших армейских палатках, охрана — в деревянном бараке рядом с воротами, отделенном от остальной территории лагеря двойным рядом колючей проволоки. Ворота размещались в короткой западной стороне ограждения. Агент подтвердил, что все заключенные являются бывшими офицерами латышской армии. Отряды выходят на работы в 07 часов и возвращаются в 22 часа. Каждый отряд конвоируют 15–20 бойцов НКВД, вооруженных самозарядными винтовками и пистолет-пулеметами. Вернувшиеся в 18–20 наблюдатели подтвердили информацию, полученную от агента. В течение дня охранение дважды имело контакты с военнослужащими противника и один раз с местными жителями. «Легенда» сработала без сбоев. К 20–00 я, на основе полученной информации, разработал план операции, в 20–20 радист передал в штаб запрос на поддержку. В 21–17 из штаба пришло подтверждение запрошенной мною поддержки, и я приступил к подготовке операции.
К 00–30 боевые группы скрытно выдвинулись на исходные позиции, проводная линия связи от лагеря в Саласпилс была к этому времени уже перерезана. В соответствии с планом, в 00–40 ночные бомбардировщики начали бомбардировку Саласпилса и соседних опорных пунктов в первой и второй линиях обороны противника. В 00–50 снайперы уничтожили пулеметчиков и патруль, к этому моменту, штурмовая группа, под видом подразделения НКВД открыто подошедшая к воротам, уничтожила холодным оружием караул в воротах. Затем штурмовая группа блокировала барак охраны, проникла внутрь, бесшумно уничтожила внутренний караул, затем, используя пистолеты с глушителями и холодное оружие, уничтожила спящих в бараке бойцов НКВД. Всего было уничтожено 70 бойцов и 3 командира. В 01–12 лагерь был полностью под нашим контролем. Бомбардировка прекратилась в 01–50.