Теперь подумаем, как можно оценить силу моторизованной (мотострелковой) дивизии. Очевидно, что в обороне и в наступлении ее сила равна силе обычной пехотной дивизии, поскольку в 41 году моторизованные войска вели такие действия в пеших боевых порядках. Во встречном бою, за счет большей подвижности огневых средств, качество оружия моторизованной дивизии относительно пехотной дивизии можно оценить коэффициентом Е = 1,5. Рассчитаем таблицу для встречного боя пехотных дивизий «А» и моторизованных дивизий «В».
Е= 1,5 Вариант 1 Вариант 2 Вариант 3 Вариант 4 Вариант 5
Исходная численность сторон А 300 200 150 100 100
В 100 100 100 100 200
Потери сторон А 27 142 63 100 100
В 100 100 100 43 18
Конечная численность А 273 158 87 0 0
В 0 0 0 57 182
Видно, что при равной исходной численности, моторизованная дивизия уничтожает пехотную, ценой потери почти половины состава. Однако, при полуторном численном превосходстве побеждает уже пехота. Потери сторон, в этом случае, близки. В других случаях все решает количественное превосходство.
Поработав на калькуляторе, мы убедились в безусловной правоте Фридриха Великого. Как говорится, против лома — нет приема. Многократное количественное превосходство одной из сторон побеждает любое качественное превосходство другой стороны. Сосредоточив на узком участке фронта многократно превосходящие силы, можно проломить любую оборону.
В дальнейшем, при анализе боевых действий, будем считать, что двукратное усиление дивизии артиллерией (по весу залпа) увеличивает ее истребительную силу в 1,5 раза. Применение в полосе действий дивизии одного бомбардировщика или штурмовика эквивалентно добавлению одного артиллерийского орудия крупного калибра.
Б) В первой половине двадцатого века, в эпоху массовых армий, военная стратегия свелась, в значительной мере, к логистике. Задачей нападающей стороны стало, по возможности втайне от противника, подвезти на выбранный участок фронта большую массу войск и проломить оборону за счет грубой силы. Задачей обороняющейся стороны стало вовремя обнаружить сосредоточение войск противником, и успеть подвезти на этот же участок массу своих войск. В случае, если противник сумел сосредоточить войска в тайне и прорвать оборону, обороняющимся необходимо было успеть сосредоточить войска на тыловом оборонительном рубеже до выхода на него противника. Поэтому, приобрели важнейшее значение развитость транспортной инфраструктуры в прифронтовой зоне и разведка.
В нашей истории в начальный период войны Вермахт, располагавшийся на территории Польши, имел в своем распоряжении более развитую дорожную сеть, чем Красная Армия на территории Западной Белоруссии и Западной Украины.
В реальности «Боевого 41 года» картина прямо противоположная. Коммуникации Вермахта проходят по территории Западной Украины и Белоруссии, где и без того бедная дорожная сеть намерено уничтожена советскими войсками. Восстановленные немцами мосты подвергаются постоянным ударам авиации и партизан. При передвижениях немецких войск на территории предполья им приходится пользоваться только собственными средствами транспорта. Поэтому, скорость передвижения пехотных дивизий не превышает 20 км в сутки, а моторизованных и танковых — 50 км в сутки.
Вследствие этого, в случае необходимости переброски войск вдоль линии фронта на большие расстояния, немцам придется сначала отводить соединения своим ходом через предполье на бывшую польскую территорию, затем перевозить их вдоль линии фронта по железной дороге, потом снова совершать марш через предполье к линии фронта своим ходом.
Красная Армия имеет в своем распоряжении достаточно развитую дорожную сеть на старой территории СССР. Скорость передвижения войск по железной дороге составляет 300 км в сутки, моторизованные войска своим ходом в сутки проходят 150 км.
В) В нашей реальности в 41 и 42 годах Вермахт кардинально превосходил Красную Армию в качестве разведывательной деятельности. Преимущество в авиации дало немецким войскам возможность свободного ведения авиационной разведки. Умелые действия разведывательно-диверсионных подразделений Вермахта на территории СССР обеспечили оперативной информацией войсковую разведку.
Удивительно, но командование РККА в начальный период войны не сумело наладить ни войсковую, ни агентурную разведку, хотя противник действовал на бывшей советской территории. Вермахт весь 41 год умудрялся проводить крупнейшие переброски и сосредоточения войск в тайне от командования Красной Армии.
В альтернативной реальности картина противоположная. На оккупированной территории командованием РККА и партийными органами оставлена густая агентурная подпольная сеть и множество партизанских отрядов, опирающихся на подготовленные базы, имеющих связи с подпольем и радиосвязь с «большой землей». Любая переброска немцами крупных войсковых соединений сразу же становится известной советскому командованию.
Возможности авиаразведки у Вермахта значительно меньше, так как советские ВВС имеют значительное количественное превосходство. По этой же причине возможности авиаразведки у ВВС РККА существенно выше. Деятельность немецких разведгрупп и агентуры на старой советской территории эффективно подавляется органами НКВД. Поэтому у командования РККА имеется возможность скрыть передвижения войск от противника.
Г) Отдельного рассмотрения требует вопрос об относительной силе однотипных соединений советской и немецкой армий. Как же оценивали боеспособность соединений Красной Армии ее руководители накануне войны?
На совещании высшего комсостава РККА в январе 1941 г. тогдашний Начальник Генерального штаба генерал армии Мерецков К. А. в своем докладе сказал следующее:
«При разработке устава мы исходили из того, что наша дивизия значительно сильнее дивизии немецко-фашистской армии, и что во встречном бою она, безусловно, разобьет немецкую дивизию. В обороне же одна наша дивизия отразит удар двух — трех дивизий противника. В наступлении полторы дивизии одолеют оборону дивизии противника» (см. (49) стр. 108).
Попробуем привести высказывания НГШ в цифровой вид, использую уравнение Ланчестера. Считаем, для определенности, что после встречного боя немецкая дивизия уничтожена полностью, от нашей дивизии осталось 25 % состава. Исходная численность нашей дивизии 100 единиц, немецкой — 116 единиц. Подставив эти числа в уравнение Ланчестера, получим М = 1,43.
После оборонительного боя от нашей дивизии остались те же 25 % состава, а от трех немецких дивизий не осталось ничего. Из таких начальных условий получаем значение М = 12,9. С учетом того, что в обороне истребительная сила оружия наступающей стороны уменьшается в 5 раз, получаем М = 2,58.
Для наступательного боя нашей дивизии, аналогичным образом получаем М = 3,08.
То есть, по мнению советского генералитета, дивизия РККА превосходила дивизию Вермахта по силе оружия в разных видах боя в 1,4–3,1 раза. Попробуем объективно разобраться, откуда могло взяться такое значительное превосходство? Обратимся к таблице сравнения штатного состава дивизий, приведенной в разделе 7.5. (Приложение 4).
Из таблицы видно, что наша дивизия существенно превосходит немецкую по весу артиллерийского залпа за счет большего калибра дивизионной артиллерии и минометов, поэтому ее наступательные возможности выше, чем у немецкой.
Зато, немецкая дивизия существенно превзойдет нашу в оборонительных действиях, так как имеет намного больше противотанковых средств: ПТО и ПТР.
Во встречном бою немецкая дивизия кажется предпочтительнее, так как имеет значительно больше транспортных средств: автомобилей, мотоциклов, лошадей, и, поэтому, является более маневренной. Хотя, у наших имеются бронеавтомобили и легкие танки, которых нет у немцев.
По совокупности боевых характеристик в разных видах боевых действий дивизии можно считать примерно равными. Все данные, приведенные в таблице, были прекрасно известны Мерецкову. Из объективного сравнения данных совершенно непонятно, откуда он взял столь значительное превосходство нашей дивизии во всех видах боя.