— Котенок, ты же знаешь свой мир, за деньги можно купить все, — усмехнулся принц.

Какая-то мысль не давала мне покоя, назойливо терроризируя, но я никак не могла ухватить ее. Догадка, осознание, проявиться которому мешали другие соображения. Я нахмурилась и попробовала сосредоточиться и поняла, что тревожит меня.

— Са-аш…

— Да, котенок.

— А Лешка? Твоя работа? Он ведь не собирался со мной расставаться, да? — я приподнялась на локте. — Слишком удачно все получилось, для тебя. Я отказывалась встречаться с тобой, потому что у меня был Леха, и сразу он звонит и говорит, что у него не горит. — я выжидательно посмотрела на своего бывшего начальника. Он молчал. — Саша?

— Я лишь подтолкнул его немного, он итак думал об этом, как и ты, — осторожно произнес Алекс. — У вас, действительно, шло к концу, ты сама это чувствовала. Я некоторое время наблюдал за вами, это были крепкие дружеские отношения, но не больше.

Да, мы были уже на финише, но это были наши отношения, и только нам было решать, как жить дальше. Серебряков не имел права вмешиваться. И как ему доверять?

— Лиль, ты злишься, — он улыбнулся и погладил меня по щеке.

— Злюсь, — ответила я и убрала его руку от лица. — И что значит- наблюдал?

— То и значит. Я наблюдал за тобой с первого дня, как только нашел, — спокойно ответил Алекс, подведя меня к очередному вопросу.

— А что ты вообще делал в моем мире? — я подняла на него глаза.

Алекс осторожно освободил свою руку из-под моей головы и сел, глядя в темноту провала входа в пещерку. Я тоже села, продолжая смотреть на него. Его сильно отросшие волосы чуть шевелились от сквозняка, дико захотелось их потрогать, но я сдержалась. Мой принц продолжал молчать, думая о своем. Потом повернулся ко мне.

— Я тебе все расскажу, только ты поспешных выводов не делай, хорошо? — он внимательно смотрел мне в глаза, и я кивнула. — Меня прислал Бланиан с конкретной задачей. Найти тебя и спрятать, рассчитывая, что в случае твоего исчезновения, Бернайские земли перейдут Иллиадару и можно будет потребовать их в приданое Даните, он хотел попытаться обойти договор наших отцов.

— Только спрятать? — теперь я внимательно смотрела на него.

— Не только, — после некоторой заминки все-таки ответил Алекс. — Если ситуация начнет выходить из-под контроля, я должен был… не допустить твой переход. Подожди! — он закрыл мне рот рукой раньше, чем я успела что-либо сказать. — Я не по этому не пускал тебя к Сказочнику. Дай, я все расскажу, потом делай выводы.

— Рассказывай, — кивнула я, мучаясь вопросом, как же он должен был не допустить переход.

— Я перешел в твой мир девять с половиной месяцев назад. Не буду врать, я собирался исполнить приказ своего короля. Какие бы не были у нас отношения, но он мой сюзерен и повелитель. И он мой брат. Полтора месяца ушло на твои поиски, на манипуляции с сознанием нужных мне людей, на подготовку документов. Все вышло удачно, и я стал твоим заведующим. Только вот выполнять поручение брата я не спешил. Во-первых, никто за тобой не приходил, во-вторых, мне понравилось наблюдать за тобой, и я не хотел вмешиваться. Донаблюдался до того, что перестал спать по ночам, с ужасом осознавая, что влюбился, как мальчишка. Подожди! — он снова закрыл мне рот рукой, потому что я уже собиралась кое-что ему высказать. — Я не хотел влезать в твою жизнь, потому что видел, что тебе уютно в твоем хрупком мирке, а я мог все разрушить. А потом появился чертов Сказочник. Я бы сразу его не углядел, если бы он не умудрился попасть под машину и не бредил принцессами. Тогда я понял, если сейчас ничего не сделаю, то будет поздно. Дальше ты все знаешь.

— Странная у тебя какая-то влюбленность, — я мрачновато усмехнулась. — Бабки у подъезда говорили о том, что у тебя очень большое сердце.

— Нашла кого слушать, — Алекс обезоруживающе улыбнулся. — Я работу с соседями провел, внушил, что живу там не меньше тр ех лет. А дальше было просто. Они составили обо мне представление, я это только закрепил, превратив домыслы в воспоминания. У меня дома кроме тебя вообще женщин не было, честно. В больнице всего пара интрижек, и то для поддержания статуса. Остальное: либо домыслы, либо сплетни. Лиль, я порядочная шалава, честное слово, — он опять улыбнулся и слегка щелкнул меня по носу, тут же получив по руке, не терплю фамильярности.

Нет, ну, просто чистый агнец! Алекс сидел и ждал моей реакции, а я не могла выбрать, что именно сделать. То ли расплыться в счастливой улыбке идиота, потому как вроде приятно, то ли врезать по морде, потому что из-за этого бесит еще больше. Все-таки женская логика- страшная сила. Не определилась и легла, отвернувшись от него, ре шив позже вернуться к этой теме, надо было еще покопаться в новой информации, найти нестыковки. Алекс тоже лег, подсовывая мне руку под голову. Так и лежали молча, думая, каждый о своем. А потом я не выдержала, потому что думала я вовсе не о том, в чем он меня обманул, а о том, как мы с ним… в общем, о личном. Я развернулась и столкнулась с его взглядом. Помучилась немного, опасаясь сказать то, что хочется.

— Саш, поцелуй меня, — решилась, вздохнула и прежде, чем, он приступил к выполнению моей просьбы, добавила, — но это ничего не значит.

— Абсолютно, — улыбнулся Алекс и накрыл мои губы своими.

Глава 20

Первое, что я увидела, когда проснулась, это собственные волосы, отросшие до плеч. Вот это было приятное начало дня. Если кто-то подумал, что ночь тоже была… приятной, то он глубоко заблуждается. Мы, девственницы, крайне щепетильно относимся к девичьей чести, особенно, если она дается второй раз. Так что, некоторым не повезло и они, немного пострадав, уснули, уткнувшись носом мне в макушку, а утром встали хмурые и вредные. Просто бальзам на душу одной прибаньшиной дриаде.

— Доброе утро, солнышко, — сказала я, сверкая радостным оскалом.

— Сгинь, лесное чудовище, — отозвались его высочество.

— Я есть хочу, — сообщила голодная дриада. — Мяса и побольше.

— Я думал, ты моих мозгов за ночь насосалась, — ответил Алекс, натягивая просохшую одежду.

— С твоих мозгов не разжиреешь, мало и не калорийно, — осклабилась я и заслужила убийственный взгляд зеленых глаз.

Он выглянул из нашего укрытия, зачерпнул воды и умыл физиономию. Когда вернулся, то выглядел взбодрившимся и довольным. Я начала подозревать, что меня отправят опять в реку, но оказалось, что мы пойдем по земле, что меня вполне устраивало, снова нырять в бурлящую воду не было никакого желания. Алекс прислонился к каменной стене, сложив руки на груди, и наблюдал, как я одеваюсь. Не удержалась, изогнулась, поднимая сапоги, демонстрируя свои аппетитные нижние округлости и прогиб.

— Напрашиваешься, — констатировал принц Алексиан.

— На что, ваше высочество? — невинно спросила я, увлекаясь демонстрацией и проглядела, когда он оказался рядом.

— На это, — мрачно изрек Алекс, перекидывая меня через колено и награждая звонким шлепком. — Порядочные девушки… Ты ведь порядочная девушка, Иванова?

— Да! — взвизгнула я от следующего шлепка.

— Так вот, — нравоучительно говорил бывший хирург, — порядочные девушки задом перед мужчиной не крутят, — и наградил очередным шлепком. — Порядочные девушки говорят тихо и только, когда их спросят, — еще шлепок.

— Серебряков, сволочь! Ай, больно! Гад, ай! — верещала я, пытаясь вырваться.

— Порядочные девушки не ругаются, — увещевал меня радетель за порядочных девушек. — Извиняйся.

— Пошел вон, придурок, — огрызнулась я, — ай!

— Не понял, — и с оттяжкой, так, что я взвыла. — Я даю тебе еще одну попытку встать на путь исправления. Извиняйся.

— Ненавижу тебя, Серебряков, чтоб тебя перекорежило, ай-ай, сволочь, ай, козел, ай-яй-яй, псих ненормальный, ой… — я сопротивлялась, как могла, честно, но он был сильней и убедительней. И я сдалась. — Прости-и-и, — завыла я.

— Не слышу, — а вот это уже издевательство.