Звук пришедшего сообщения вызывает у меня вздох облегчения: хоть какой-то повод оторваться от гипнотического вида нашего подъезда…
Поднимаюсь с кресла, беру телефон с тумбы и читаю… «Дина добралась до дома. Позвони ей».
— Боже, он это сделал, — шепчу, теперь уже испытывая настоящее облегчение… Быстро набираю номер подруги.
— Стася, я дома, — устало произносит та без приветствий.
— Как ты? — тут же теряюсь я, не зная, с чего начать.
— Давай потом. Я вымотана… физически и психически. Сейчас я хочу одного — забыться глубоким сном и больше не вспоминать об этом.
— Прости, — произношу почти шепотом через пару секунд.
Дина ничего не отвечает, а затем я слышу в трубке голоса ее родителей.
— Сейчас мне будут делать втык за то, что я ушла из дома до самой ночи, — без эмоций произносит она, — отключаюсь, — и кладет трубку.
Сижу, глядя на свой телефон. Я даже представить не могу, что она испытывает. Поэтому мне трудно сформулировать свое отношение к тому, что сейчас происходит…
Я не ожидала, что Дина станет тут же рассказывать мне обо всем в подробностях, описывая места, где ее держали, и наличие симпатичных лиц у ее похитителей… ладно, вру, этого и ожидала.
Но подруга меня удивила. Кажется, ее мировоззрение сегодня кардинально поменялось.
Не хочется этого признавать, но… наверное, это к лучшему…
Неожиданный звонок на телефон застает меня врасплох.
Неизвестный номер…
Что это?..
Чья-то шутка?
Нажимаю ответить и подношу сотовый к уху.
— Да?
— Стася, выслушай меня внимательно, — произносит голос… Siri?..
— Это кто? — удивленно спрашиваю.
— Чону нужна твоя помощь, — наезжая на мой вопрос, продолжает вещать голос интернет помощницы известного яблочного бренда, — Он — хороший человек, но может сорваться и совершить непоправимое. Ты должна его остановить. Сейчас он в клубе, где ты работаешь. Поторопись. Иначе может быть слишком поздно.
— Кто вы? — выслушав все это послание, напряженно спрашиваю.
— Стася! — с большим акцентом произносит мое имя неизвестный собеседник, — Торопиться!
— В смысле… прямо сейчас? — неуверенно спрашиваю я.
— СТАСЯ! — повторяет человек, голос которого звучит очень озабоченно, — GO!!! Подскакиваю на месте, испуганно глядя на свой телефон.
— Хорошо… я приду… — отвечаю неизвестному и отключаюсь.
На душе слишком много сомнений, но сердце после этого звонка почему-то не на месте… быстро одеваюсь в то, что принесла с собой, натягиваю куртку и открываю дверь… Черт! У меня нет ключей, чтобы закрыть! А, черт с ними!
Мгновенно подлетаю к лифту и мчусь на первый этаж. Как добегаю до клуба — и сама не помню. Не задаюсь и вопросом — почему я поверила голосу? Что-то внутри щелкнуло… это невозможно объяснить…
Но когда у входа сталкиваюсь с господином Каном, то осознаю: дело действительно не терпит отлагательств. Взгляд отца Лина был слишком напуганным — для такого важного и властного человека.
Врываюсь в клуб, пересекаю коридор и открываю дверь в зал… застывая и не имея сил произнести ни звука.
Потому что Чону в данный момент буквально убивал Лина.
Своими собственными руками.
— Чону, остановись!
Мой кареглазый сосед застывает, а затем медленно поворачивает голову ко мне.
Не замечаю, когда я начинаю плакать… Но вид обезумевшего от гнева мужчины из моего сердца заставляет все внутренности болезненно сжаться.
— Что бы он ни сделал тебе… прошу, не убивай его!
Это мой голос сейчас прозвучал?
Разве он у меня такой жалкий?..
— Он убил моего брата, — голос Чону звучит еще хуже. Более того — я с трудом могу узнать в нем своего идеального соседа с отличными манерами и теплыми шоколадными глазами.
Стоп… что он сказал?.. Его брата?!
— Вы знаете друг друга? — господин Кан переводит взгляд на меня.
— Да, мы… — замолкаю, не зная, стоит ли говорить ему о наших отношениях. Стоит ли вообще сейчас говорить об этом?
У Чону когда-то был брат! И Лин его убил!
— Чону, я понимаю твою боль. Но так ты его не вернешь, — произносит отец Лина.
— Вы? Понимаете мою боль? — Чону поднимается на ноги, — Вы скрыли убийство племянника!
— Не убийство, несчастный случай, — осторожно поправляет его господин Кан.
— Вы скрыли преступление своего сына!
— А ты бы не скрыл — на моем месте? — добавив немного силы в свой голос, спрашивает тот.
— Не смейте мне говорить про свое место. Я никогда на нем не окажусь, — отрезает Чону.
— Не зарекайся, мальчик, — каким-то странным, словно усталым голосом отзывается господин Кан.
А затем обводит взглядом зал.
— Ты их уложил?..
Осматриваю помещение и вдруг осознаю, что повсюду лежат тела… Боже! Как я их раньше не замечала?!
— Часть — я, — отвечает Чону, напряженно глядя на господина Кана.
— А вторую часть? — уточняет тот.
— А вторую часть те, кто очень сильно усложнит вашу жизнь — в ближайшем будущем, — отвечает Чону.
— Почему?
— Потому что я передал им все улики по тому делу: записи ваших разговоров с Геннадием Юрьевичем, признание отца Стаей, заключение независимых судмедэкспертов и даже справки о вашем здоровье… а завтра отдам на проверку все содержимое ваших компьютеров.
— Что?.. — Лин пытается подняться с пола, испуганно глядя на кузена одним глазом: второй опух и совсем перекрыл видимость.
— Ты сядешь в тюрьму за убийство человека. Готовься к строгому режиму, — бросает тому Чону.
Так это — Лин…
— Отец! — Лин переводит испуганный взгляд на господина Кана.
— Чону, ты…
— Что, скажете, он не заслуживает? — повышая голос, уточняет молодой человек, с ненавистью глядя на своего дядю.
— Прошу, остановись. Мы сможем все обсудить — втроем. Я обещаю, Лин будет наказан, — переходя на родной язык, начинает мягко убеждать его господин Кан. (чуть позднее я узнаю перевод этих предложений)
— Нам не о чем говорить, — отрезает Чону на русском, — И при Стасе говорите на этом языке. Она в курсе, что ее отец — не убийца.
— Стася… — господин Кан поворачивается ко мне.
— Я знаю об этом. И у меня один вопрос: почему вы заставили моего отца взять вину на себя и сесть в тюрьму вместо Лина.
Боже, я горжусь собой. Я смогла произнести это четким и уверенным голосом — в противовес тому раздраю, что творился сейчас на моей душе.
— Бизнес твоего отца прогорел. А деньги на новое дело он занимал у меня, — отвечает господин Кан, глядя на меня тяжелым взглядом, — Когда произошел тот… несчастный случай, на твоем отце висел огромный долг. И ипотека. Денег брать было неоткуда. И его друг посоветовал ему обменять свой долг на одолжение…
— «Одолжение»? Так вы это называете?! — непроизвольно отступаю от него.
— Я не прощаю долги, Стася. Я бизнесмен. Твой отец хотел принести мне пользу, я дал ему эту возможность. Взамен ты ни в чем не нуждалась…
— Вы сейчас серьезно?.. — еще больше изумляясь, спрашиваю у него.
— У тебя была крыша над головой, работа и ежемесячный доход. У тебя было будущее. Я подарил тебе это будущее. И, поверь, как только бы ты перестала корчить из себя неизвестно что и согласилась работать на меня — твоя жизнь облегчилась бы еще больше. Но ты сама отказалась!
— Да, я отказалась. Я как чувствовала, что не имею морального права работать на человека, упрятавшего моего отца в тюрьму за преступление, которого он не совершал! — произношу хлестко, переставая испытывать к этому человеку какое- либо почтение.
— Ты глупая, Стася. Это не меняется со временем, я был не прав, — резюмирует господин Кан.
— Как уверенно вы заговорили. Словно не чувствуете на себе никакой вины! — бросаю ему в лицо.
— Мой племянник утверждает, что моя привычная жизнь скоро закончится. И что мой сын сядет в тюрьму. Думаю, самое время раскрыть все карты и рассказать все, как есть. Вы, молодежь, всегда уверены в своей правоте. Но вы еще ничего не знаете о жизни.