— Знаете, чем мне всегда отрадна ваша компания, Ард? — чуть плутовато прищурилась Агата. — Вы смотрите на меня так, будто перед вами Архимагистр собственной персоной.

Ардан картинно поклонился.

Волшебница рассмеялась едва ли не в голос, и они вместе, выстукивая посохами ритм собственных шагов, прошли через крутящиеся двери.

Внутри их встретили скучающие работники кафе, которые сперва обрадовались визитерам, но как только стало понятно, что Агата и Арди приехали не трапезы ради, тут же поникли. А маги, промчавшись мимо бара, столиков и диванчиков, тут же исчезли за неприметной дверью.

Через узкий коридор, вдоль выставленных у стен «подносов на колесиках», как их называл Милар, вдыхая ароматы с кухни, они с госпожой Спри уже вскоре оказались около бронированной двери. Не настолько внушительных габаритов, как в поместье Аверского (и, тем более, в Конюшнях), но достаточно, чтобы выглядеть массивной даже на фоне неприкрытого, бетонного пола. Как уже давно понял Ард, вниманием к внешнему убранству ограничились на фойе и обеденном зале.

Агата, подойдя к двери, потянула за немного проржавевший рычаг, утопленный в соседней стене. Дверь открылась лишь спустя несколько секунд томительного ожидания, наполненного скрипом несмазанных механизмов, буквально хрипящих мольбы о помощи в сдавленных тихих, жестяных криках.

Ее давно уже требовалось отремонтировать, но все взносы уходили на комплектующие для площадки. Которую, как теперь на собственном опыте знал Ардан, поддерживать в рабочем состоянии, особенно когда ей часто пользуются, совсем не дешево.

За дверью, толщиной в несколько пальцев, обнаружилась небольшая аппаратная, совмещенная с гардеробной.

— Давайте теперь вы займетесь настройками, Ард, — госпожа Спри указала кивком на панель управления. — А я пока переоденусь.

— Разумеется, Агата.

Скинув пальто на стоявшую поблизости вешалку, Ардан подошел к пульту управления площадкой. Пару мгновений он потратил на то, чтобы мысленно возвести хулу не только инженерам-проектировщикам, но и тем господам из Гильдии Магов, кто раз за разом выдавал разрешение на продолжение эксплуатации данного устройства. Но подобный разговор с Агатой они вели еще в прошлый раз, когда перед их общим матчем Арди попросил Агату попробовать воплотить одну из печатей «Ледяных Кукол».

У Агаты так, по итогу, и не получилось, а сам Ард лишний раз убедился в жизнеспособности теории Николаса-Незнак… хотя какой он теперь «Незнакомец»…

В первую очередь Ард взялся за рычаг напряжения. Максимальная нагрузка местной площадки выдерживала двенадцать Желтых лучей, что объясняло, почему в клубе почти никогда нельзя было встретить магов из старших дивизионов — Желтой и, тем более, Розовой звезд. При столкновении двух магов общая нагрузка на стационарные щиты и механизмы площадки могла, порой, и вовсе превышать совокупное напряжение двух столкнувшихся заклинаний. И не только потому, что за короткий промежуток времени таких заклинаний могло быть и три, и четыре, и хоть десять.

Просто в момент соприкосновения двух Лей, они не просто сокращали друг друга под знаменателем, как на бумаге. Иначе бы не существовало такого явления, как Резонанс. Тем более, что их «столкновение», что имело под собой совершенно иное понимание, нежели могли подумать простые обыватели, вызывало стабилизационное возмущение Поля Паарлакса. Это когда поле, изначально находившееся в покое, начинало переходить в активную фазу, что так же создавало некоторое повышенное напряжение и вот эта вся каша, по итогу, била о барьер площадки.

Так что стандартное правило всех подобных сооружений заключалось в некоторой формуле, в которую требовалось подставить лучи всех Звезд сражавшихся магов и только после этого активировать лучи. Именно поэтому маги до сих пор, начиная дуэль, называли количество своих лучей. Раньше этого требовали всякие там ритуальные нормы, понимание о том, что такое «поединок чести» и так далее, но сейчас всем руководил закон. И если маг называл неправильное число лучей, то это могло привести к весьма серьезным последствиям.

Ардан же в данный момент над этим размышлял в силу наличия у себя десятого луча и что, из-за него, по данной формуле ему пришлось загрузить площадку не на четыре луча Желтой звезды, а на все семь. Можно было и на шесть, но он решил перестраховаться.

Затем он опустил тумблер, подключив временное хранилище — одну из доработок Гильдии Магов изначального творения лорда Аверского. Тот, разумеется, не видел необходимости как-то хранить потраченную Лей дольше, чем требовалось, чтобы вернуть ее после Сломанной Печати обратно магу. И, тем более, всего, что касалось временных рамок Резонанса. Уже впоследствии ученые Гильдии создали нечто вроде… бочки. Эта деталь даже так и называлась. Бочка. С большой буквы.

На деле же весьма сложное устройство с вибрационными катушками Лей-проволоки с высоким содержанием Эрталайн. Они создавали, как теперь уже понятно, собственное поле, замедлявшее ассимиляцию потраченной магами Лей в планетарное поле Паарлакса. Затем Ардан повернул регулятор временного коллапса энергии, выставив тот на максимум. Это ведь не настоящий поединок, а спарринг, так что им не требовалось устанавливать приближенные к реальным рамки для Резонанса.

Дальше последовала типичная проверка и перещелкивание тумблеров, отвечавших за безопасность, активирование подстраховочных модулей стационарных щитов, которые должны были спасти мага в случае, если к нему слишком опасно приблизится вредоносное заклинание. Опять же, из-за спарринга, Ардан выставил значения считывания подобных щитов на полный максимум.

Когда все было закончено, Арди взял прикрепленный за цепочку планшет с листами ревизии и… некоторое время с удивлением на них смотрел. После каждой настройки и использования панели управления испытательной площадки требовалось внести в лист все операции, а так же активированные параметры и их значения. Для того, чтобы в случае поломки, отладчик имел возможность восстановить последовательность событий.

Последняя запись в отчетном листе в клубе датировалась… десятого числа месяца Звезд. То есть немногим больше шести месяцев назад!

— Ард, если бы вы сейчас себя видели, то даже, наверное, позволили бы себе улыбнуться, — Агата, переодевшаяся в дуэльную форму, закрепила тугой пучок еще несколькими шпильками.

— Но… но…

— Мы сами чиним эту старушку, — она постучала посохом по кожуху панели управления.

— Даже если сами, то с подробными записями было бы все равно в разы проще, — Арди постучал карандашом по планшету.

— Ох уж эти студенты Большого, — подмигнула Агата и, не теряя времени, направилась в сторону непосредственно площадки.

Она перешагнула через жужжащий бортик, внутри которого были спрятаны кабели и необходимые в данном узле Хранилища, после чего покачала посохом.

— Вы идете, Ард? Не могу похвастаться тем, что у меня много времени.

Ардан с тоской посмотрел на планшет с незаполненным листом и отложил тот в сторону. Не ему указывать, что и как здесь делать, завсегдатаям клуба. Тем более, что полученную в наследство от Аверского площадку в Конюшнях он содержал по всем надлежащим правилам.

Он перешагнул через бортик и встал напротив Агаты.

— Надеюсь, в этот раз вы, Ард, не собираетесь просить у меня воплотить какое-то очередное мозгодробительное изобретение Черного дома, потому как, клянусь Вечными Ангелами, я пошлю вас в задницу, — Агата обладала удивительной способностью говорить не только на одном дыхании, но и в одной и той же интонации вне зависимости от того, что конкретно она произносила. — И сильно расстроюсь из-за того, что мне пришлось сюда ехать вместо второго дня пробежки по лавкам.

— Нет-нет, Агата, — замахал рукой Ардан. — у меня к вам совершенно другая просьба.

Агата, опершись на посох, выжидательно качнула бедром и уперла свободную руку в изгиб того, что до ее материнства являлось талией.

— Постарайтесь меня покалечить.