Полковник Кштовский относился к той категории профессоров, которые верили в подход к обучению сродни — «брось в воду, чтобы научить плавать». Так что уже спустя несколько секунд первая группа, распределившись напротив манекенов, самозабвенно отбивала полупрозрачными дисками металлические капли, каменные кулаки, ледяные иглы, костяные шипы и полный набор базовых Красных атакующих заклинаний.

Ардан же… нет, он, разумеется, скучал, но, если совсем до конца быть честным, то радовался тому, что в кои-то веки, возможно в качестве исключения, первое занятие в году по Военной подготовке проходило без каких-либо проблем.

Вместе с Тесс они сидели в просторном, светлом кабинете в госпитале Слез Мучениц. И если бы не стоявший в углу двухметровый эльф с лицом, будто выточенным из мрамора, неопределяемого возраста, лиловыми волосами и «глазами» без белков, с одной лишь радужкой такого же цвета, ничто бы не намекало на то, что владел помещением именно эльф.

Здесь не было ни какой-то густой растительности, ни искусственных водопадов или камней с мхом. Только белые стены, несколько кресел с потрескавшейся кожаной обивкой, широкий стол без сукна, две Лей-лампы, диванчик, на котором явно не раз оставались ночевать и, разумеется, вереница шкафов с гримуарами и архив.

Собственно около него в данный момент и находился господин Энальвисайл. Стосорокатрехлетний эльф, занимавшийся вопросами зачатия и, в особенности, зачатия в смешанных парах.

Он поправил свою косу лиловых волос и, вместе с папками, содержавшими результаты их с Тесс анализов, вернулся за стол и некоторое время переводил взгляд между их лицами.

И еще до того, как эльф заговорил, Ардан уже заранее знал, что именно они услышат. И, судя по тому, как Тесс отчаянно сжала его ладонь и разом побледнела, она тоже все поняла.

— Прошу прощения, но у меня плохие новости.

Господин Энальвисайл произнес это так, что стало сразу понятно, что он использовал эту фразу за свою жизнь по меньшей мере пару сотен раз. Без нажима, без сочувственной, но вымученной гримасы. И совсем негромко, чтобы плохая новость не оглушила человека.

Ардан, почему-то, еще раз окинул эльфа внимательным взглядом. Будто бы мог найти в его внешности какие-то намеки на то, что тот говорил неправду.

Под ногтями у эльфа темнели въевшиеся пятна реактивов. Столь застарелые, что их уже вряд ли можно было чем-либо вывести. Манжеты дорогой сорочки были заляпаны чернилами, сама сорочка стоила примерно как половина месячного жалованья капрала второй канцелярии, а поверх нее на легком ветерке из приоткрытого окна трепался халат с продранным локтем.

Судя по всему, господин Энальвисайл спал в своем кабинете куда чаще, чем дома.

Арди, если честно, почувствовал что-то вроде облегчения. Вряд ли такой чело… эльф, как господин Энальвисайл, стал бы врать ради того, чтобы выудить еще несколько десятков или сотен эксов на анализы.

— Начнем с хорошего, — целитель раскрыл первую папку. — Чего, к сожалению, немало.

— К сожалению? — с удивлением переспросила Тесс.

— Именно так, госпожа Эгобар. Если бы я нашел у вас хоть что-нибудь пагубное, мы бы сейчас говорили о лечении. И, видят Спящие Духи, в вашем конкретном случае я был бы рад найти нечто подобное.

Пальцы Тесс в ладони Арда чуть дрогнули.

— Общий анализ крови в норме, включая подсчет форменных телец. Я перепроверял дважды. Проба на свертывание чужого отрицательная, ваши тела друг друга не отторгают, что для смешанных пар само по себе хорошая новость.

— А бывает иначе?

— Бывает так, что после этой пробы дальше в принципе разговаривать бессмысленно, — эльф перевернул страницу. — Плотность Лей в различных средах в пределах здоровой женщины вашего сложения. Проба Санваиилайла на проходимость чистая. Поверьте, это редкость.

— Я вела карту, — прошептала Тесс. — Четыре месяца.

— День в день, я видел. И не нашел в ней ни одного смазанного цикла, что говорит скорее о вашем характере и стрессоустойчивости, чем о вашем здоровье, — Энальвисайл попытался дружелюбно улыбнуться, но взгляд оставался все таким же отстраненным и лишенным всякой эмпатии. Как, впрочем, и у всех опытных врачей. — Очное исследование не показало ни спаек, ни воспалений, ни следов перенесенных болезней. Наследственный опрос тоже вполне себе. На три поколения ни одного случая, за который можно было бы зацепиться.

Он поднял на нее свои лиловые глаза.

— Вы здоровы, госпожа Эгобар. Я бы даже сказал, вызывающе здоровы.

— Я принимала все препараты, которые советуют при… нашем случае.

— Я заметил по анализам. Вы молодец, госпожа Эгобар.

— Мне подруга полгода на совесть давила.

— И правильно делала.

Целитель отложил первую папку и придвинул вторую.

— Теперь что касается вас, господин Эгобар. Анализы по Лей… здесь показатели выше средних по… вообще любой норме. Заметно выше.

— Насколько заметно? — уточнил Ардан.

— Настолько, что я подумал на ошибку лаборанта и велел пересчитать. Мы пересчитали. Плотность хранящейся в организме Лей у вас такая, что я трижды переставлял прибор, решив, что он сбоит. Усваиваемость Лей-эха… простите, Поля Паарлакса вообще зашкаливает. Даже выше, чем у меня. Признаюсь, будь мы в Тазидахиане, я бы предложил вас вскрыть и изучить.

— Это комплимент?

— Скорее, господин Эгобар, полсотни лет практики против вашего почти третьего десятка. Так что, пожалуй, завуалированное оскорбление, помноженное на легкую белую зависть, — эльф чуть шевельнул уголком рта. — С такими показателями по восприимчивости к Лей и способностям к ее накоплению, как у вас, мне кажется немного странным, что вы все еще носите Зеленый плащ, но учитывая немного характерные для определенных… сфер занятости следы повреждений на вашем теле, я предположу, что это не мое дело и мне совершенно неинтересно его касаться. Так что вернемся к делу… Ни паразитарных, ни передающих половым путем проблем у вас не обнаружено. Наследственный опрос… с отцовской стороны вы дали мне не так много информации для размышлений.

— Сколько мог.

— Что неудивительно. Но, в целом, это уже мало на что влияет.

Господин целитель сложил руки на столе и немного помолчал.

— По всем собранным данным, у госпожи Эгобар должен был появиться живот еще прошлой осенью.

За окном, где-то далеко внизу, прогудела баржа.

— Тогда почему у нас ничего не получается? — спросила Тесс.

Господин Энальвисайл перевел лиловые глаза с нее на Арда и чуть прищурил тонкие, изящные брови.

— Мне кажется, ваш супруг уже понял, — произнес он спокойным тоном. — Но я объясню сам, чтобы не осталось каких-то недомолвок.

Тесс медленно повернула голову.

Арди не отвел взгляда от целителя. Он вообще ничего не сделал. Просто молча сидел, вот только ладонь Тесс в его руке начала вдруг ощущаться совсем иначе, чем мгновением прежде.

— Арди?

— Продолжайте, — сказал он эльфу.

— Арди.

— Тесс, пусть господин Энальвисайл скажет.

Она смотрела на него еще пару мгновений. Потом отвернулась обратно к столу, и ее пальцы сжались чуть сильнее.

— Хорошо, — кивнул Энальвисайл. — Тогда по порядку.

Он поднялся, прошел к шкафу, вытянул с полки толстый том в потертом переплете и положил его на стол перед ними. Открывать не стал.

— Я многим могу помочь. Это ни в коей мере не хвастовство, а просто констатация факта. Ну и, опять же, будь это иначе, мы бы с вами здесь сейчас не сидели. Так что… окажись кто-то из вас двоих эльфом, я бы уже назвал вам три возможные причины и за квартал мы бы с вами все решили.

— А если бы орком? — безжизненным тоном спросила Тесс.

— За два, и с оговорками, — господин целитель, видимо, действительно далеко не первый раз сталкивался с подобной ситуацией, так что граничащий с хамством вопрос его никак не задел. Он относился к ним обоим с глубоким пониманием. — С дворфами тяжелее, там половина проблем завязана на пищеварении. Гоблины проще всех, они на удивление удобно устроены.