Аристарх Платонович посмотрел на Василия и протянул ему документ, который до этого показывал Воронову.

Белозёров аккуратно взял его в руки и принялся читать:

Распоряжение окружного суда.

'Предписываю:

Ввиду большой необходимости привлекать В. И. Белозёрова для следствия по сложным делам, назначить ему сверхштатное денежное содержание за счёт средств, предусмотренных на особые поручения судебного ведомства.

Выделить В. И. Белозёрову комнату в доме, находящемся в ведении судебного ведомства, на срок исполнения указанных поручений.

Начальнику сыскного отделения И. М. Воронову оказывать помощь В. И. Белозёрову в исполнении поручений судебного следователя А. П. Рябинина.

Основание: ходатайство судебного следователя А. П. Рябинина.

Председатель Московского окружного суда'.

Дальше шли подпись, дата и печать.

Белозёров удивлённо поднял глаза и посмотрел на Рябинина, потом медленно перевёл взгляд на улыбающегося Воронова.

Воронов тут же взял лежащий справа от него документ, подписал и протянул Василию.

Взяв из рук Воронова новый документ, он прочитал:

Приказ по Московскому сыскному отделению:

'Ввиду проявленных способностей по ряду сложных дел, а также на основании ходатайства судебного следователя А. П. Рябинина

ПРИКАЗЫВАЮ:

Перевести стажёра В. И. Белозёрова в штат Московского сыскного отделения с назначением на должность младшего агента сыскной полиции.

Начальнику канцелярии обеспечить внесение записи в послужной список В. И. Белозёрова и выдать служебное удостоверение.

Основание:

ходатайство судебного следователя А. П. Рябинина;

заключение начальника сыскного отделения И. М. Воронова о пригодности В. И. Белозёрова к службе в качестве агента.

Начальник Московского сыскного отделения

И. М. Воронов'

Дальше стояли свежая подпись Воронова, дата и печать.

Василий протянул приказ назад Воронову, рука непроизвольно дрогнула.

Белозёров молчал, не зная, как реагировать на свалившееся на него счастье.

— Пока ты молчишь… — Рябинин достал из папки ключ от комнаты и небольшую записку с адресом. — Вот тебе ключ и адрес. Я сам всё получил, чтобы тебе время не тратить. Но за деньгами в окружной суд зайдёшь сам. Дом расположен между отделением сыска и окружным судом.

Василий продолжал молчать, только забрал ключ и адрес.

— Всё, младший агент Белозёров, удостоверение получишь завтра, — произнёс Иван Макарович.

— Спасибо, — наконец произнёс Белозёров.

— Займись делом Фроловой. Куда ты там собирался? К Лужину и в полицейский участок к судебному врачу? — заговорил Рябинин.

— Да, хотел выяснить рост жертвы, — кивнул Белозёров.

— Вот и отправляйся. А потом займись переездом. Завтра в семь утра жду тебя в своём кабинете, а мы пока с Иваном Макаровичем решим остальные вопросы по делу Фроловой, — сказал Рябинин.

Василий сразу встал и направился к выходу из кабинета.

— Подожди, — окликнул его Аристарх Платонович. — Вот, возьми деньги, понадобятся на переезд. Завтра получишь в окружном суде своё довольствие и отдашь.

— Спасибо, — Белозёров подошёл к Рябинину и, забрав деньги, направился к фотографу Лужину.

Как только он покинул кабинет Воронова, он остановился и прикрыл глаза. Эмоции распирали Василия. Ему только что обеспечили более‑менее нормальное существование в этом времени. Теперь дело оставалось за малым: усиленно работать. И в первую очередь надо раскрыть дело Фроловой.

Белозёров открыл глаза, кивнул сам себе и быстрым шагом пошёл к Лужину.

Белозёров стоял на крыльце окружного суда, ожидая приезда Рябинина. Настроение было не просто хорошим — оно было прекрасным. Сегодня Василий впервые позавтракал. Возле его нового дома оказался небольшой трактир с приемлемыми ценами на завтраки, который открывался в полшестого утра. Желудок не урчал от голода и не мешал думать.

Комната, которую выделил окружной суд, оказалась большой и светлой. Мебели было не слишком много: шкаф для одежды и белья, шкаф для книг, большой стол и, что самое важное, большая кровать с удобным матрацем. Этого Василию было достаточно для комфортной жизни, а точнее — для комфортного отдыха.

Вчера Белозёров посетил Лужина. Пётр Степанович смог ему помочь и нашёл карточку Авдотьи Фроловой по системе Бертильона, правда, с минимальной информацией. Оказалось, что фотограф делает такие карточки на все тела, которые он фотографирует. Если жертва опознана, он делает краткий вариант. Теперь, узнав рост жертвы, Василий мог определить и рост убийцы. Сейчас ему надо было повторно посмотреть снимки тела и раны, чтобы сделать вывод.

Пролётка, громыхая колёсами, подъехала к окружному суду, и из неё вышел Рябинин. Увидев стоящего на крыльце Белозёрова, он улыбнулся.

— Доброго утра, Василий, как тебе в новой комнате? — спросил Аристарх Платонович, поднимаясь по крыльцу.

— Спасибо, Аристарх Платонович, всё просто отлично, — ответил Василий и протянул ему деньги. — Вчера рано освободился и успел получить довольствие.

Рябинин забрал деньги, половину положил в свой карман, остальное протянул Белозёрову:

— Это тебе на оплату пролёток. Сегодня тебе придётся поездить по городу.

— Не надо, Аристарх Платонович, я же получил довольствие, у меня есть, — отказался Василий.

— Бери, бери. Свои успеешь потратить, а это за счёт окружного суда и следствия, — настоял на своём Рябинин и сунул деньги в карман Василия. — Пошли в кабинет, расскажу, что сегодня делать надо по делу Фроловой.

— Я узнал рост жертвы и могу установить рост убийцы, — сообщил Василий, пока они шли по коридору.

— А вот это замечательно. Тогда сейчас займись этим вопросом, а я пока кое‑какие бумаги подготовлю, которые тебе понадобятся, — кивнул Рябинин, открывая кабинет и проходя внутрь.

Василий сразу направился к своему столу и, сев на стул, открыл дело Фроловой.

Найдя нужные фотографии, он взял лупу и снова внимательно их рассмотрел. Прикрыв глаза, он немного подумал и заговорил, посмотрев на Рябинина:

— Я считаю, что рост убийцы примерно метр семьдесят пять, максимум — метр восемьдесят.

— Прекрасно, — Рябинин встал из‑за стола и подошёл к Василию, протягивая документ. — Это постановление на изъятие у нотариуса копии завещания Глыбовой Варвары Моисеевны. Ты оказался прав, Василий. Старушка была далеко не бедной, и родственников, кроме Авдотьи Фроловой, у неё не было. Фролова доводилась ей двоюродной племянницей.

— А с кем Фролова венчалась в церкви, установили? — спросил Василий, вставая и забирая постановление у Рябинина.

— Вот у Мохова и выяснишь. Он ещё не докладывал. Так что поезжай в сыскное отделение, бери Мохова и к нотариусу. Потом сразу сюда. Если Тихон выяснил, кто стал мужем Фроловой, я напишу ходатайство на его задержание, — ответил Рябинин.

— Всё сделаем, Аристарх Платонович, — кивнул Василий и быстрым шагом покинул кабинет.

Пролётка подъехала к сыскному отделению. Белозёров заплатил извозчику и поспешил внутрь.

— Иван Макарович или Фёдор Емельянович у себя? — спросил Василий у дежурного сыщика.

— Оба в кабинете начальника, — ответил дежурный.

— А Тихон где? — уточнил Василий.

— Там же. Василий, зайди в канцелярию, получи удостоверение. И поздравляю тебя, — дежурный сыщик протянул руку.

— Спасибо, — ответил Белозёров, крепко пожимая руку дежурного.

Быстро заскочив в канцелярию, которая была по пути к кабинету начальника сыскного отделения, и получив служебное удостоверение младшего агента, Василий чуть ли не бегом устремился к кабинету Воронова.

— Войдите, — услышал Белозёров голос Ивана Макаровича сразу, как только постучал в дверь.

— Добрый день, — Василий вошёл в кабинет и встал возле двери, держа в руках постановление.

— Проходи, Василий, — кивнул на свободный стул Воронов. — Тебя ждём. Аристарх Платонович уже сообщил мне, что ты едешь сюда. Давай сюда постановление.