Эйерн молчал. Вряд ли он проводил детальную калькуляцию, однако сам довод едва ли был ему в новинку.

— Второе, — продолжила Сора. — Мир меняется. Разбогатеть становится проще, быть может, вскоре большая доля горожан сможет позволить себе ваши услуги. Смогла бы… в течение десяти лет… если эти люди не погибнут сейчас.

— А вот действительно неожиданный довод, — проговорил Эйерн. — Но недостоверный. Кто знает, что действительно случится через десять лет!

— Никто не знает, — кивнула Сора. — Но даже моя любезная свекровь загадывала вперед, и на более долгий срок. Иначе она бы не выбрала в жены своему единственному сыну такую девушку, как я.

Эйерн чуть заметно кивнул.

— И какое же третье соображение я упускаю?

— Третье соображение состоит в том, — проговорила Сора, — что мир действительно меняется, и очень быстро. Ничего из того, что мы прежде принимали, как должное, не останется таковым через несколько лет. Кто знает, может быть, даже империя! Возможно, вы слышали слухи, что Пророк договорился с его священным величеством Энгелартом о том, что Тверн и вся эта провинция будут, скажем так, на особом положении? Ни повышения налогов, ни ввода войск…

— Возможно, — заметил Эйерн осторожно. — Это, разумеется, только слухи.

— Да, — согласилась Сора. — Это слухи. Но вот что забавно… — она улыбнулась. — Трон Энгеларта возведен на мечах подконтрольных ему Школ. Таких Школ пять штук, плюс Гвардейцы, которые несколько особняком. Это — его реальная сила. А в чем сила Пророка?

— В его проповеди и… интересных изобретениях?

— В его Школах и союзных Школах. Которых сейчас двенадцать. Плюс дружины Флитлина, Барнса и Эйтса. Плюс… да, его проповедь и его последователи, которые не остановятся ни перед чем, если Пророк повелит! Вы никогда не видели, как сражается на арене мастер Лела Он? — Сора улыбнулась. Лела сперва считала выше своего достоинства драться на городской арене, но дочь с зятем переубедили ее. Она выходила в качестве ассоциированного участника команды Цапель — и производила очень сильное впечатление!

Перед дракой Лела всегда молилась — громко, вслух! — и частенько вовлекала в молитву весь амфитеатр. Даже тех, кто в Пророка вроде бы не верил.

Видимо, Эйерну приходилось присутствовать на ее боях, потому что действительно слегка спал с лица.

— Да, — сказала Сора, внимательно следя за его взглядом. — Все так, как вы думаете. И еще одно. С моей свекровью вы в свое время торговались — но она к старости достигла лишь второго ранга, и то небоевого. А стали бы вы торговаться с Великим мастером? — Сора чуть улыбнулась. — Наверное, скорее, сделали бы скидку и рассыпались бы в благодарности за заказ!

Эйерн чуть нахмурился.

— Вероятно… Великий мастер Боней-Коннах.

— Вот-вот, — Сора позволила своей улыбке стать шире. Она не хотела прибегать к силовому аргументу, но этот упрямый жадюга не оставлял ей иного выбора. — Сейчас Великий мастер настоятельно советует вам поддержать Пророка. Потому что иначе, если его усилий будет недостаточно, город захлестнут отчаянные, голодающие толпы. И что эти толпы будут думать? Они будут думать: «Пророк раздал нам свое зерно, но его не хватило. А где же были остальные Школы? Спекулировали?» И среди этих толп будут не только простолюдины, но и низкоранговые бойцы. Сколько таких волн атаки смогут отразить ваши боевые подмастерья и мастера? А сколько они захотят отразить — если учитывать, что и ваши многие подмастерья и старшие ученики окажутся в ненамного лучшем положении, чем городская беднота, если я правильно представляю порядки в вашей Школе?

— Школы не критикуют уставы и устройства друг друга! — резко произнес Эйерн.

— А я не критикую, что вы. Я просто советую. И предлагаю вам задуматься.

А вот теперь что-то мелькнуло в глазах высокопоставленного ткача. Гнев — и страх. Да, он учился драться, он дорос до первого ранга. Но значило ли это, что он действительно готов драться и умирать? Тренировочный ранг — не настоящий, это Сора знала даже на собственном примере. Пока Сорафия Боней не поучаствовала в реальных боевых операциях, она не решалась даже втайне противостоять своей свекрови.

Кроме того, Сора, фактически, угрожала ему — и он отлично понял, что что Великий мастер может сделать конкретно с ним все что угодно.

Сора снова улыбнулась своему собеседнику.

— Поверьте, мастер Эйерн, у вас будет немало возможностей заработать на текущем кризисе — заработать больше и лучше, чем на крови и голодных смертях. Просто не сразу. Однако если вы проигнорируете Пророка сейчас… даст ли он вам возможность добраться до следующего кризиса? Вспомните, в конце концов, что случилось со Школой Трех Шестеренок — и даже без его активных усилий! В других городах тоже есть ткацкие Школы и даже Гильдии, которые рады будут создать свое представительство в Тверне.

А вот теперь она его дожала. Хорошо, а то этот разговор начал становиться по-настоящему утомительным. Тогда как ее дома ждала милая хорошая дочка, которую давно пора было кормить!

1 В истории Ордена и, шире, Терры не было событий, подобных Второй мировой войне. Но были события, подобные Пыльной Чаше и, шире, экономическим кризисам в США. Поэтому для Аркадия и Леониды «концентрационные лагеря» не есть синонимы «лагерей смерти», хотя смертность в подобных инфраструктурных объектах повышенная, что обеспечило им плохую репутацию и на Терре.

Зима, весна и лето 19 года правления императора Энгеларта Седьмого, 10 556 год от сотворения мира

Во время больших природных катастроф паника опаснее недостатка пищи. Смертей от нее больше. Об этом в один голос пишут и древние хронисты, и современные мне — терранские — мемуаристы из тех, что пережили реальные природные катастрофы, в том числе и боролись с ними на высоких постах. Сам я такого опыта не имею, но, пользуясь заемным, сразу решил, что моей главной заботой должно быть даже не столько создание запасов, сколько их охрана и централизованное распределение.

Об этом я и говорил солнечным и очень холодным зимним днем в своем твернском кабинете с Лелой Он — с некоторых пор она предпочитала Тверн Женской Обители в Коннаховском поместье. С одной стороны, чтобы не пересекаться со-все-еще-номинально-мужем, с другой — чтобы быть поближе к дочери и зятю. У Лелы с Ридой постепенно складывались пусть не вполне материнско-дочерние, но вполне рабочие, почти дружеские отношения. Лела с одной стороны играла роль наставницы в бою, с другой — без споров и нареканий подчинялась Риде в деловых вопросах, которые у той получались лучше. Что весьма похвально говорило о здравомыслии Лелы! Меня эта динамика несказанно радовала, я ее только приветствовал и всячески поощрял.

Соответственно, как старший в рангах мастер Школы Дуба в Твернском отделении Лела постепенно взяла на себя мою «службу безопасности» в городе. И пришлась здесь как родная: молодежь ее очень уважала! Кроме того, ее искренняя и одновременно демонстративная приверженность Пути Плюшевого Мишки делала ее весьма популярной среди городских женщин, которые посещали наши службы. Неожиданное следствие. Я не думал, что Лела найдет язык с этими кумушками! Впрочем, она и не пыталась его искать. Просто восхищенные женщины сами образовали что-то вроде неофициального «фан-клуба».

Одна богатая купчиха так прониклась крутостью Лелы Он, что попыталась соблазнить тетушку — естественно, безрезультатно. При показательном равнодушии к мужчинам Лела и к собственному полу дышала абсолютно ровно. Получив очень резкую отповедь (бить «гражданскую» адептка Дуба не стала, но умудрилась одними словами задеть за живое), купчиха начала повсюду распространять слухи, порочащие Пророка и даже вставлять палки в колеса нашим предприятиям — уж насколько хватало средств. В результате Уорин вынужден был представить ее мужу некоторые доказательства темных делишек этой дамочки. Тот призвал супругу к ответу, на чем дело и кончилось. Я узнал об этой истории пост-фактум и очень похвалил Уорина и его жену Кору, которая также участвовала в разрешении конфликта, — отлично справились!