Короче говоря — нет слов. И ведь всё это вес, который необходимо экономить, а за счёт чего? За счёт аппаратуры управления, за счёт чего ещё. Мы стараемся, граммы высчитываем, чтобы вложиться в условия выдвинутые отделом по исследованиям, а академики вот так вот бездумно тратят их. Да ладно бы доказали, что там эти приборы необходимы, но ведь нет, у них один аргумент, нужно и всё тут. И надо же так сложилось, что долго рядили, должны ли быть Марсоходы оснащены солнечными панелями, или будет достаточно одних изотопных установок. Решили, что работать по два — три часа днём этого мало, нужно получить больше энергии, к тому же в условиях Марса тепло главный источник энергии, поэтому вместо солнечных батарей, будет установлена изотопная установка, которая даст и тепло, и будет обеспечивать энергией весь Марсоход. Правда при этом вес Марсохода увеличится и достигнет величины в четыреста тридцать килограмм, что вполне укладывалось в общий вес устройства. А вообще размеры Марсохода окончательно оформились только к середине семьдесят седьмого года, и там уже бешено заработали лаборатории производящие оборудование, надеюсь, до апреля семьдесят восьмого они уже сумеют сделать два аппарата, ведь запуск уже состоится в мае, а надо еще опробовать их на предмет работоспособности.

Хотя первый аппарат не отягощен приборами, на то он и первый, что вынужден прокладывать путь. А вот второй уже будет их иметь на полную катушку, он будет напичкан ими сверх меры, и прибудет на Марс на десять дней позднее, что абсолютно не скажется на программе исследований, ведь путь через Венеру предполагает пять — шесть месяцев. Может быть так случиться, что он и раньше прибудет на планету, ведь всё это только предположительно, стоит только на десятую градуса промахнуться по Венере, и вот получите различные скорости по ускорению в сторону Марса.

Хм, а ведь это действительно может произойти, тут главное потом не теряться и вовремя скорректировать курс космических аппаратов, но это будет делаться, когда в оптическом искателе покажется сам марс, а это будет не скоро. И главное там тоже нельзя промахнуться, тормозить об атмосферу Марса сейчас нельзя, надо точно выйти на траекторию, чтобы хватило топлива на торможение, а потом еще надо точно рассчитать траекторию спуска Марсохода после разделения с основным спутником. Ох, грехи мои тяжкие, сколько вычислений понадобится для этого произвести, а главное нужно, чтобы потом Марсоход зацепился антеннами за спутники, будет использовать их как ретрансляторы. Вот именно этот сценарий мы в конце и обкатали на аппарате, тут главное быть уверенными и не допускать сомнений ни на йоту. Да что говорить, всё пройдет как надо, иначе и быть не может, всё предусмотрено, на всё существуют ответы, а если ответов готовых нет, то сделаем, какие наши годы.

Напротив меня сидит Сергей Колымов, спрашивается, и чего он решил вдруг встретиться со мной, да не где-нибудь, а в ресторане "Молодёжный? А приперся он потому, что репертуар певицы, которая от моего ВИА под угрозой, и как раз здесь они зашибают деньгу.

— Понимаешь, они требуют с меня песни, а я им ничего не могу дать, — жалуется он мне, — ну дал я им одну, так они скривились, будто лимон целиком съели, и говорят что совсем не то, на что они рассчитывали.

Ещё бы, не скривиться, представляю, что там получилось, товарищ совершенно не отягощён нормальным стихосложением, у него такие строчки получаются, что хоть стой хоть падай. Хотя в самой музыке шарит.

— Ну а от меня, что ты хочешь? — Скривился я, ведь мне совсем не улыбалось снабжать ВИА хитами, пускай бы они сами выруливали, как хотят.

Но тут ничего не выйдет, всё-таки это не Москва, где композиторов намного больше, чем по стране в целом, это Зеленоград, где из всех представленных я, да ещё этот Колымов, который… не будем о грустном.

— Так давай, напиши, у тебя здорово получается, — выдал Сергей, — напиши что-нибудь вроде «Как прежде мы вдвоём».

— Вот тебе и раз, напиши ему, — пришлось мне возмутиться, — да знаешь, сколько сил на неё было потрачено?

Возмущение моё было поддельное, потому что никаких сил я на неё не тратил, просто пришла на ум и всё, выдал за свое, вернее заставил её на себя Серёгу оформить, теперь вот расплачиваться придётся, мы же в ответе за тех, кого приручили.

— Ладно, — махнул рукой, — будут тебе песни, даже не одна. Но половина дохода от них моя.

На самом деле ничего мне от него не надо, уж денег у меня куры не клюют, и по сравнению с ним я богач, но тут такое дело, нельзя выдавать ему песни бесплатно, иначе он обнаглеет и будет думать, что ему всё будет просто так доставаться. Договорились встретиться с ним спустя неделю, буду думать как быть. Дня три ничего не делал, некогда было, а потом пересилил себя и взялся за дело.

Такс что у нас там от Рымбаевой осталось, во-первых, песня «Музыка любви», песенка так себе, мне она не понравилась, но голос у Аллочки за это время здорово окреп, может быть и вытянет. Ладно, аранжировку немного переделаем, добавим форсирования голоса в нужных местах, и мелизмы тоже добавим, лишние не будут. И даже реверберацию тоже кое где указал, может быть звукооператор последует указаниям, а то совсем как-то плоско всё звучит. Во-вторых, следом идёт «Чародеи и факиры», тоже не очень, особенно аранжировка там пострадала, но «железяка» должна изменить её так, чтобы на современную была похоже, и певица должна потянуть, а вот третья. Третьей у нас пойдёт патриотическая песня «Цвети земля» с небольшими переделками, а то смысла в ней маловато, только припев в голове остается. Ну и четвертая песня, у нас «Леди Карнавал», там аранжировка мне тоже не понравилась, но тут сама рука владыка, надо попросить «железяку» тоже её подтянуть, до нужного уровня. Ну и пятая «Озарение», эта и так пойдёт, на сегодняшний день это хит. Пока пойдёт пять песен, потом спустя квартал посмотрим, как они ими распорядятся.

Сказано, сделано. С Колымовым мы уже встретились второй раз в магазине, куда я заскочил, чтобы купить чего-нибудь к воскресенью, а то намечается отдых, а не с чем. Хотя есть в холодильнике продукты, но они в таком состоянии, что лучше выбросить их от греха подальше.

— Такс, — схватил он у меня партитуру, — что здесь у нас.

— Смотри, а я в очередь стоять, надо продукты для дома купить, — заявляю ему и отваливаю в отделы за покупками.

Пока ходил по магазину и выбирал, что можно купить на воскресный день, он смотрел всю ту музыку, которую я ему подогнал. Тут нужно сказать, что не зря я его в своё время выбрал, в музыке он шарит как надо, только сам писать её не может, не дал ему Бог такого таланта, так что с листа он может читать всё и даже «слышать» отдельные инструменты.

— Последние две песни однозначные хиты, — сказал он мне, — да и остальные тоже на уровне, даже не знаю, как с тобой рассчитываться за них буду.

— Так чего там, рассчитаемся, половину отдашь и на этом всё, — не понял я его восторга.

— Ты не понимаешь, — вновь вскинулся он, — это не просто хиты, это мега хиты.

— Ну, мега не мега, — кисло протянул я, — но песни хорошие, так что цени, от сердца отрываю.

— А давай, я тебе не половину буду выплачивать, а две трети, — заявляет он мне.

Я даже прихренел от такой щедрости и на всякий случай пригляделся к нему, вдруг какую записывающую аппаратуру на себе имеет. Да нет, не должно такого быть, нет здесь ничего криминального, один товарищ продаёт другому нематериальный актив и тот добровольно, особо подчёркиваю, добровольно берёт на себя повышенные обязательства. Не подсуден я в этом случае.

— Да нет, не нужно мне этого, — говорю ему, — половина будет в самый раз, а больше не надо.

— Ну смотри, а то я готов платить и больше, а не как договаривались.

Ну, надо же, совесть человека заела, а что же тогда не всё в мою кассу перечислить? Нет, всё нельзя, так ему самому на жизнь хватать не будет и тогда с совестью придётся распрощаться. Нам это надо? Думаю нет, так что пусть будет как будет. А партитура-то ему пальцы жжёт, очевидно, он быстренько со мной простился и на выход. Побежал к своему ВИА будут репетировать песни. А так ансамбль уже два раза по центральному телевидению показывали, на песню года приглашали, растёт популярность Аллочки, не по дням, а по часам, скоро этот ВИА переедет в Москву, тесно им в Зеленограде становится. А и ладно, большому кораблю, большое плавание. Там в Москве сейчас звезда Пугачёвой всходит, она своим Арлекино таранит советскую эстраду. Вот ведь певица, все артисты на эстраде перемешались, совсем другие сейчас в тренде, а вот Пугачёву ничего не берёт, как тогда вылезла, так и сейчас как по писанному, вернее предписанному, шпарит. Опять будет у нас примадонна на эстраде. Хотя почему «Примадонна», ведь песня была посвящена Гурченко, причём здесь Пугачёва, непонятно, или как хозяйка своего слова, хочу посвящаю, хочу забираю.