Так, с женой договорились. Я снова в свою статью погрузился, торопясь её доделать хоть в общих чертах до приезда Витьки. Статья всё же непростая, не обычная, когда какие‑то факты можно быстро описать. Это же прогноз. С прогнозами всегда гораздо сложнее. Я что-то помню про экономику в семидесятые, но не все же, к моему огромному сожалению… Не хотелось бы попасть пальцем в небо с чем-то, что на пару лет позже на самом деле произойдёт, а не в 1974 году…

Учитывая тот факт, что дети после прогулки утомились и спать завалились, я дверь кабинета приоткрыл, чтобы сразу услышать, как Витька придёт, и открыть побыстрее, пока детей не разбудил, трезвоня в дверь. В квартире тихо было, Галия книгу читала. Я так погрузился в работу, что даже не понял, сколько конкретно времени прошло, как этот самый звонок в двери услышал.

Галия поближе к двери сидела, с той же мыслью, что и я, чтобы гость детей не разбудил, так что успела к двери подскочить первой и Витьке её открыть. Весь он был какой-то помятый и взъерошенный. Похоже, что Новый год встретил по полной программе, нетрудно было догадаться… Но форма лица грустная, как и ожидалось.

Повёл друга тут же на кухню угощать. Увидел, что он даже обрадовался, когда Галия за нами не пошла, а я дверь на кухню прикрыл за нами.

Сам я Витьке никаких вопросов не задавал в робкой надежде, что, может быть, всё же обойдётся. И он просто приехал, чтобы поздравить меня с Новым годом, поболтать о жизни, да и уехать спокойно после этого к следующему адресату, которого хочет поздравить с праздником. Не то, чтобы все сейчас таким вот обходом друзей и родственников занимаются первого января, но традиция вполне себе распространенная…

Вот к чему мне самому напрашиваться на такого рода беседы? Нет у меня диплома психотерапевта и не ожидается. Так что молчу про всяких девушек, и надеюсь, надеюсь…

Минут пять мы сидели, говорили о всяких пустяках, звенели кружками о блюдца, пили чай с остатками тортика после новогоднего праздника, который моя мама приготовила. «Наполеон» — её сильная сторона. И все было хорошо. Никаких вопросов ко мне о том, что делать с его девушкой…

И тут внезапно Витька все испортил, сказав:

— Паш, я случайно с Региной Быстровой переспал этой ночью…

И конечно, я, услышав это, тут же подавился чаем. Я максимум что ожидал услышать, так это его сожаления о том, что Маша так себя повела на том приеме. Мол, кто же мог знать? И что же мне теперь, Паша, делать? А тут — вот тебе и на, совершенно неожиданный сюжет.

Витька мне, конечно, помог в себя прийти. Даже по спине мне постучал, помогая откашляться.

Отдышавшись, я его спросил. Может быть, даже несколько зло:

— Вить, как можно случайно переспать с Региной Быстровой? Случайно можно в собачье дерьмо наступить. Это я понимаю. Идёшь себе по какой‑нибудь лесной тропинке с густой травой, и раз — бац! Чувствуешь, что какие‑то не те уже ощущения в левой туфле. И запахи специфические… И обрати внимание вообще, кстати, какую я аналогию подобрал по поводу твоего сообщения. То есть для меня это примерно одинаковые вещи.

— Ну так случайно вышло, Паш, потому что не специально же я к ней в постель полез, — вздохнул Витька и сел на своё место, убедившись, что я спасён и помирать не собираюсь от удушья.

Тут я уже решил дальше помолчать. Надо же узнать всю степень его безумия… И Витька неохотно, без особого желания, начал бубнить:

— У нас же вчера в «Праге» весь курс отмечал Новый год. Ну как весь — те, кто москвичи, и те, кто не разъехались по своим городам с родителями отмечать. Ну и часть провинциалов, которым слишком дорого и далеко домой добираться. У нас экзамен уже третьего января. В какой‑нибудь Владивосток на несколько дней дороговато будет лететь…

Я слушал все эти рассуждения, но Витьку не перебивал. Прекрасно понимал, что ему самому тяжело принять то, что с ним произошло. Вот он и тянет с объяснением, поясняя мне детали, которые вообще не имеют никакого отношения к случившемуся.

Но наконец он всё же добрался до сути:

— В общем, похоже, я водочки перебрал впервые в жизни. И сегодня утром проснулся в кровати в чужой квартире. И тут Регинка заходит вся голая, только рубашка на ней моя накинута, и предлагает продолжить то, что мы вчера делали.

Сказав это, Витька горестно замолк, жалобно глядя на меня. Ну один в один щеночек, который напакостил и смотрит теперь на хозяина в надежде, что тот его простит.

Только щеночку этому уже двадцатник вот-вот стукнет. И пора бы как‑то уже быть не настолько наивным.

Хотя чего там… Альфредо, вон, на несколько лет старше, а в ту историю с липовой беременностью умудрился встрять по шею. Эх, некоторые мужики — дети лет до тридцати — тридцати пяти. И чем более комфортная у них жизнь, тем медленнее они взрослеют.

Ну так времена сейчас спокойные, трудно чего‑то другого ожидать. Тем более от молодых парней и девчат, которые лихо никогда не хлебали, выросли в богатых семьях, и любые их проблемы тут же решаются родителями. Думал, стройка сделает Витьку повзрослее, но нет, он только мускулы там развил, похоже. Работай он с профессиональными строителями, быстро бы повзрослел. Но когда в бригаде все свои, студенты…

Эти мои размышления тут же натолкнули меня на определённые вопросы, которые я и начал задавать Витьке один за другим:

— А ты в постели, когда проснулся, голый был?

Витька, явно стесняясь, ответил:

— Ага, вообще даже без трусов.

— Я почему задал этот вопрос, — тут же пояснил я ему, — вовсе не потому, что мне это любопытно. А с той точки зрения, что, может быть, не было у тебя ничего вчера с Регинкой Быстровой, если ты набрался в дрова. Не факт, что ты вообще был способен на какие‑то подвиги. Вполне может быть, что она тебя дотащила, раздела и в постель засунула, а утром тебя просто‑напросто обманула. Так что с этой точки зрения ты молодец, что не стал требовать никакого продолжения. Ты же не стал?

— Да ты что, какое продолжение! — Витьку аж подбросило на его стуле. Он замахал руками. — Не с Регинкой же Быстровой! Лучше в монастырь на всю жизнь уйти, чем с ней любовью заниматься.

— Монастырь звучит, конечно, романтично, но это не наши пути-дороги. Не забывай, что мы с тобой — советская молодёжь, — улыбнулся я.

Витька тем временем вдохновился моей подсказкой и спросил меня с робкой надеждой:

— Значит, есть шанс, что вообще ничего и не было у меня с ней? Я слишком пьян был для этого?

— Есть шанс, но, к сожалению, только Регина об этом знает — было что‑то или не было, — вздохнул я. — Так, теперь давай подумаем о том, что может произойти, если всё же что‑то было. Самый плохой вариант, конечно, если она забеременеет.

Сразу понял, что Витька об этом вообще не думал, потому как у него от ужаса аж лицо перекосилось.

— Чтобы я когда‑нибудь снова напился! — простонал он и схватился руками за голову.

— Ну, это самый худший вариант, конечно, но его нужно иметь в виду, чтобы сразу прикинуть, что делать в этом случае надо будет. Я надеюсь, ты не собираешься на ней жениться в этом случае, чтобы растить вместе с ней своего ребёнка?

— Точно нет! — яростно замотал головой Витька. — С такой змеёй я никого растить не буду. Может быть, она аборт сделает просто…

Тут уже я усмехнулся:

— Витя, только не будь наивным. Заполучить ребёнка от сына первого заместителя министра иностранных дел СССР — это голубая мечта Регины. Во‑первых, она может надеяться, что вас твои родители всё же поженят, чтобы их внук или внучка не жил непонятно где и непонятно с кем. И поскольку она уверена, что твои родители тебя очень хорошо пристроят, то вот уже у Регинки и жизнь удалась. Программа‑максимум, можно сказать, за одну ночь выполнена: будет с тобой по посольствам различным зарубежным разъезжать, кататься как сыр в масле. Ну, в общем, ты должен быть готов к тому, что однажды Регинка к тебе может заявиться и заявить, что она беременна. И спросить, потупив взор, что ты теперь, как честный человек, собираешься сделать?