— А шепотки? — подался я вперёд. — Поведение, демонстрирующее угнетённость собственного положения?

— Плевать, — пожал он плечами. — Основная масса прантохцев отправится в Худрос на «Чёрно-белом рояле». Дуфф уже должен заниматься поиском нового места обитания. Крылатая обещала помочь ему в этом. Новые жители не останутся без крыши над головой.

— А те, кто составит нам компанию? — вновь заскрежетали шестерёнки в моих мозгах. — Ты займёшься ими сам?

Брат ухмыльнулся. Уголок его рта криво изогнулся, частично демонстрируя зубы.

— Нет, Загрейн. Ими займёшься ты.

Брага привёл нас в сырую пещеру с низким сводом, гордо именуя её «источником жизни». Жизнь тут воняла плесенью и гнилью, но даже это дало понять — ублюдок не ошибся. Влага есть.

Родник представлял собой жалкую трещину в камне, из которой не то капало, не то сочилось. Вода собиралась в грязную лужицу с зеленоватым дном, но даже это вызвало фурор. Глаза у всей колонны загорелись, словно у детей, увидевших Деда Мороза.

— Наконец-то! — выдохнул Ян подрагивающими губами, падая на колени.

Несколько человек сглотнули, и даже этот сухой звук был слышен в тишине. Кто-то облизнул потрескавшиеся губы. Воздух наполнился шумом жадного дыхания и шаркающих шагов.

Бросая вещи, люди бросились к воде, толкая друг друга. Но родник не представлял собой ручей или реку. Это были капли воды, которые неспешно капали вниз. И за них тут же разразилась горячая свара.

— Эй, не толкайся! — рявкнул Кольто, отпихивая Крысобоя.

— Сам не толкайся, чёртов засранец! — огрызнулся тот.

Разумеется на помощь каждому пришла подмога из дружков. Итог? Потасовка.

Хотя… на бой это походило слабо, скорее на животное столкновение. Словно плотину прорвало — последние крохи сил, подогретые жаждой, выплеснулись наружу грязной пеной ярости. Слышался нечеловеческий хрип, хруст костяшек о скулы, влажные шлепки тел о мокрый камень. Кто-то царапался, кто-то пытался протолкаться до родника, надеясь слизать влагу с мшистой стены, иные, прижатые к земле, хрипели под ногами более боевитых товарищей.

Глухие удары, сбивчивое дыхание, ругань. Башмаки скрипели по каменному полу, капли воды из родника плескались, смешиваясь с пылью в липкую грязь, которая чавкала при каждом ударе. Запах пота и плесени усилился, пропитывая воздух удушливой влагой, как в пасти зверя. Кольто схватил Крысобоя за ворот, его кулак просвистел в воздухе, смачно ударив по лицу — в кровь разбивая губы. Разлетевшиеся капли окрасили зелёную лужицу в красный.

В ответ Крысобой пробил ему коленом в солнечное сплетение, заставив согнуться, после чего двумя руками врезал по спине.

Рядом с глухим звуком рухнул сбитый с ног Ширб. Он корчился и кашлял на полу, хватаясь за горло, пока эхо рычания и стонов отражалось от низкого свода, усиливаясь до какофонии, заставляя пещеру казаться живой, дышащей яростью.

Усталые, измученные жаждой люди дрались за каждую каплю воды. Я видел, как в их глазах всё сильнее проявлялся звериный блеск. Ребис, скрестив руки, стоял в стороне. На его губах гуляла ухмылка.

Вета с Заной и ополченцами тоже не вмешивались. Далкон допивал последнюю воду из своего бурдюка, Эрбо потирал рукоять топора, словно желая метнуть его, прикончив хоть кого-нибудь.

— Снова на мне… — пробурчал я себе под нос, выпуская поток насекомых. Они взмыли чёрным вихрем, жужжание нарастало, как рёв бури, эхом отражаясь от стен. Грозди мух оседали на дерущихся, их крылья трепетали, создавая ощущение живого покрова, холодного и липнущего к коже.

Раздался визг — страх сделал его пронзительным, словно пробуждение от кошмара, — хотя я запретил рою кусать. Люди замерли, отмахиваясь от невидимой угрозы, их лица исказились ужасом.

— Хватит! — рявкнул я всей мощью собственных лёгких, чтобы голос прогремел в пещере будто гром. — Встать! В линию! Живо, сучьи дети, пока я не приказал мухам проверить вашу шкуру на прочность!

Брат хотел, чтобы я командовал? Значит буду тренироваться!

— Загрейн, что ты!.. — начал было Ян, но мне уже надоело это терпеть. Молниеносно оказавшись рядом с ним, я наотмашь врезал ему по морде — без использования Ауры. Даже силы особо не вкладывал.

Этого, впрочем, хватило. Мужик упал, попытался встать, жужжащие мухи прижали его живым чёрным ковром, а когда он завопил, я снова схватил его, приподняв над полом — уже усиливая себя Аурой.

— Закрой. Пасть. — Отрывисто, но грозно, приказал я, а потом оглядел остальных. Каждый из дерущихся выглядел настороженно, однако от насекомых более никто не убегал. Возможности не было, да и поняли уже, что те их не кусают.

Пока не кусают.

— По очереди, — озвучил я. — Подставляйте ёмкости под эти капли. Из лужи не пить. Там уже свой микромир образовался, а значит шансы, что вы выблюете свои внутренности критически повышаются.

— А… — сглотнул Голб Корбок, — кто первый?

Обозначив очередь, я отошёл в сторону. Ребис насмешливо поаплодировал.

— Видишь, Заг, у тебя отлично получается, — сказал брат. — Теперь я ещё больше уверен, что ты станешь замечательным главой будущего элитного отряда.

— Звучит лучше, чем будет по факту, — сухо констатировал я. — Роль няньки, подтирающей каждому сопли мне не по нраву.

— Это называется брать ответственность, — усмехнулся он столь широко, что вирры начали наслаиваться друг на друга. Отвратительное зрелище.

Между тем пошёл процесс наполнения фляжек. Каждую из них подставляли под скудные капли. На наполнение одной в среднем уходило по пятнадцать минут, что означало неплохую такую задержку по времени. Не критично, но… неприятно.

Я тоже успел оценить воду. Она была тёплой и отдавала железом с какими-то примесями. Ещё совсем чуть-чуть ощущалась соль.

Вопрос откуда текла эта вода я старался себе не задавать. Тьфу, блядь! Нет уж, спасибо, обойдусь без такого знания!

Надо будет Вете и Зане воду заменить на свою, ведь почти ничего не пил благодаря насекомым. А девчонкам нечего себя травить. Ребису явно плевать на состояние своего тела, остальные продержатся. Особых друзей среди этих людей у меня не завелось.

Вета, сделав глоток родниковой воды, презрительно сморщилась и подтвердила мои мысли:

— Такой дрянью даже скотину поить побрезгуешь.

Бурдюк, тем не менее, она себе наполнила. Как и все остальные. Очередь никто более не нарушал, хотя Гвоздь с Крысобоем нашли у себя яйца подойти и спросить, чего это они оказались последними в очереди?

— Потому что вы, два ёбаных урода, мне не нравитесь, — откровенно сказал я. — Если бы не брат, я бы прикончил обоих ещё по пути. И вашего сраного дружка Ушастого туда же. — И Брагу, по-хорошему, тоже. Но он же у нас, хах, проводник! — Говоришь, — почесал я подбородок, уставившись на Крысобоя, — сидел в Худросе и бед не знал, покуда мы не появились? Так и пиздуй обратно! Можешь херачить прямо сейчас. Обещаю, никто держать не будет.

— А чем мы хуже тебя, ублюдок деревенский? — оскалившись, Крысобой засунул руку в карман, нащупывая там бутылёк и крепко сжимая — я чётко видел это своей Аурой Наблюдения. — Думаешь, раз Прóклятый, то неуязвим? Знаешь хоть скольких мы…

— Тихо ты, — Гвоздь схватил его за плечо, оттягивая назад, но Крысобой выдернул руку и…

Не ведаю, что он хотел сделать, однако появившийся сзади Ребис одним движением, с отвратительным хрустом, разрубил мужика пополам. Крик стоящего рядом Гвоздя утонул в мерзком чавкающем звуке. Кровь хлынула, обдавая его потоком, и потроха погибшего выплеснулись на пол пещеры, мерзко захлюпав. В воздух поднялся запах бойни и дерьма из перерубленного кишечника. Он был настолько густым, что казалось, его можно потрогать. Запах смерти.

Ребис гортанно расхохотался, но резко замолк и искоса уставился на Брагу с Ушастым, которые, выпучив глаза, рассматривали своего мёртвого товарища. Пар от выпущенных кишок Крысобоя поднимался в воздух, искажая брата, словно мираж.

— За работу, — проронил Ребис. — И… — кончик меча указал на труп, — уберите его наружу. — Монеты на теле мелодично звякнули, когда он повернулся. Вирры наслаивались друг на друга с тихим металлическим шёпотом, создавая отвратительную музыку. Меч в руке Реба слегка дрожал — или это брат не мог его спокойно удержать? — лезвие словно жаждало новой крови, требовало продолжения.