Она была за стойкой, перебирала бутылки, что-то напевала. Белые волосы собраны в хвост, на лице — лёгкая улыбка. После катка она была какая-то особенно спокойная. Даже счастливая.

Я считал дни.

Три дня осталось до первого снега.

Три дня, чтобы понять, кто этот вампир. Три дня, чтобы его найти. Три дня, чтобы убить.

Проблема была в том, что я понятия не имел, кто он. Ведьма сказала только "вампир". Ни имени, ни лица, ни примет. Просто вампир, который убьёт её при первом снеге.

Я сжимал стакан и смотрел в одну точку.

— Кость, — вдруг резко сказала Доми.

Я поднял голову.

Она замерла у стойки. Смотрела в окно. Лицо напряглось, пальцы вцепились в край.

— Дьявол, — выдохнула она. — Опять этот тип.

Я встал.

— Какой тип?

— Кика! — крикнула Доми. — Помнишь, я тебе про вампира с жутким взглядом говорила?

Кика высунулась из подсобки.

— А?

— Вон, — Доми кивнула на окно. — Стоит, по телефону трындит.

Я подошёл к окну. Всматривался в темноту.

Напротив бара, под фонарём, стоял мужчина. Высокий, светловолосый, в дорогом пальто. Говорил по телефону, жестикулировал, улыбался. Обычный с виду.

Но я сразу понял: вампир.

Слишком бледный. Слишком плавные движения. Слишком хищная улыбка.

— Да нормальный у него взгляд, — сказала Кика, подходя. — И сам симпатичный. Такого бы в мой блог залить... Доми, ты параноик.

— Я тебе говорю — жуткий, — Доми не отрывала взгляда от окна. — Он тогда в кафе на меня так посмотрел...

Я рванул к двери.

— Кость, стой! — крикнула Доми.

Но я уже вылетел на улицу.

Холодный ветер ударил в лицо. Я огляделся.

Пусто.

Под фонарём никого. Телефонная будка рядом — пустая. Переулок — тёмный, безлюдный.

Исчез.

— Чёрт, — выдохнул я.

Доми выбежала следом, накинув куртку.

— Где он?

— Нету.

— Ушёл?

— Похоже.

Она встала рядом, тоже огляделась. Потом повернулась ко мне.

— Кость, я тебе тогда рассказать забыла. Ты ж в тот день странный был, я тебя домой спать отправила.

— В какой день?

— Ну, когда я за едой ходила. В обед. Помнишь, я пиццу потом принесла?

Я помнил. Тот день, когда ведьма нагадала. Когда я пришёл домой и просто лёг, пытаясь переварить.

— И что?

— А там этот. В кафе. Сидел, пил кофе. Я зашла, заказ ждала, а он на меня смотрел. Потом комплимент сказал — про платье. Дурацкий такой, дежурный. А взгляд... — она поёжилась. — Взгляд жуткий был. Будто приценивался.

— Почему сразу не сказала?

— А ты помнишь себя в тот день? — она посмотрела на меня. — Ты ходил сам не свой. Молчал, смотрел в стену. Я думала, устал. Не хотела грузить.

Я сжал кулаки.

— Доми, этот вампир...

— Что?

Я замолчал. Не мог сказать. Не мог рассказать про предсказание. Про то, что через три дня...

— Кость? — она нахмурилась. — Ты чего?

— Ничего, — я взял её за руку. — Пошли в бар. Холодно.

— Но он же...

— Исчез. Пока не появится — не поймаем.

Мы вернулись внутрь. Кика уже строчила в телефоне, подняла голову:

— Нашли?

— Нет, — буркнула Доми. — Растворился.

— Может, показалось?

— Не показалось.

Я сел за свой столик. Доми вернулась за стойку, но я видел, как она то и дело поглядывает в окно.

Три дня.

Я смотрел на неё и думал о том, что этот вампир, скорее всего, тот самый. Из предсказания. И что он уже рядом.

Он следит. Выжидает. Присматривается.

Первый снег — через три дня.

Я не спал эту ночь. Сидел у окна и смотрел на улицу.

Вампир не появился.

Но я знал: он придёт.

Квартира. Ночь. Спальня.

Я проснулась от того, что в кровати было холодно.

Не в комнате — в кровати. Там, где обычно лежал Костя, было пусто и простыни давно остыли.

Я села, спросонья хлопая глазами.

В комнате темно, только уличный фонарь светит сквозь занавески. Часы на тумбочке показывают половину четвёртого.

— Кость? — позвала я тихо.

Тишина.

Потом я услышала — щелчок зажигалки. С балкона.

Я накинула халат, вышла в гостиную. Балконная дверь приоткрыта, холодный воздух тянет внутрь. Он стоял там, облокотившись на перила, и курил.

— Кость? — я подошла ближе. — Ты чего?

Он обернулся. В темноте лица не видно, только огонёк сигареты.

— Не спится.

— Сколько ты тут стоишь?

— Не знаю. Час, может, два.

Я вышла на балкон. Холодно, ветер, в одной ночнушке и халате просто ледяной ад. Но мне было плевать.

— Кость, иди в дом. Замёрзнешь.

— Я демон. Я не замерзаю.

— А я демоница. И мне холодно. Так что иди в дом, греть меня.

Он посмотрел на меня. Долго. Потом кивнул, затушил сигарету и зашёл внутрь.

Я зашла следом, закрыла балкон. В гостиной горел только торшер, было полутемно. Он стоял у окна и смотрел на улицу.

— Кость, — я подошла, обняла со спины. — Что случилось?

— Ничего.

— Тогда бы ты сейчас лежал в кровати со мной, а не курил в холод ночью на балконе.

Он молчал. Я чувствовала, как напряжены его плечи.

— Я же сказал — ничего. Иди спать. Скоро приду.

Я разозлилась.

Развернула его к себе, заглянула в глаза. Тёмные, усталые, с тенью чего-то, чего я не узнавала.

— Это из-за того вампира? — спросила прямо. — Который сегодня у бара стоял?

Он дёрнулся. Чуть-чуть, но я заметила.

— Кость, забудь. Мало ли жутких типов. Не все же они маньяки.

— Он вампир, — сказал Костя глухо.

— Ну да, вампир. Взрослый. Им положено жутко выглядеть, это часть имиджа. Может, он просто к бару приценивается, в гости зайти хочет? Клиентов ищет? Ты же сам говорил, у нас клиентура разная бывает.

— Если зайдёт — я его убью.

Я замерла.

Голос у него был такой... спокойный. Ровный. И от этого спокойствия мне стало не по себе.

— Кость, — я взяла его лицо в ладони. — Объясни. Что происходит? Ты не в себе последние дни. Молчишь, смотришь в стену, по ночам не спишь. Я понимаю, ссылка, проблемы, но мы всегда всё делили пополам. А сейчас ты отгораживаешься. Почему?

Он смотрел на меня. Долго. Очень долго.

В его глазах было что-то такое... болезненное. Словно он разрывался между желанием сказать и страхом сказать.

Я ждала.

— Не могу, — выдохнул он наконец.

— Что не можешь?

— Объяснить. Не сейчас.

— Кость...

— Идём спать, — он взял меня за руку. — Пожалуйста. Просто идём спать.

Я хотела спорить. Хотела требовать ответов. Хотела трясти его, пока не скажет правду.

Но он выглядел таким уставшим. Таким потерянным. Таким... не своим.

Я вздохнула.

— Ладно. Идём.

Мы легли. Он прижал меня к себе, уткнулся носом в макушку. Я чувствовала, как бьётся его сердце — слишком быстро, слишком тревожно.

— Кость, — прошептала я в темноту.

— М?

— Что бы ни случилось — мы вместе. Помни это.

Он молчал.

Но руки сжали меня крепче.

Я закрыла глаза.

И подумала в последнюю секунду перед сном: "Что же ты от меня прячешь, дурак?”

Квартира. Утро.

Я проснулся от голоса.

Счастливого. Звонкого. Довольного.

— Кость! Кость, смотри!

Я открыл глаза.

Доми стояла у окна в одной моей футболке, прижавшись носом к стеклу. Белые волосы растрёпаны, на лице — улыбка до ушей. Она обернулась ко мне и замахала рукой.

— Кость, снег! Смотри, снег выпал! Раньше, чем обещали!

Я сел на кровати.

Сердце пропустило удар.

— Что?

— Снег! — она ткнула пальцем в окно. — Идём гулять! Срочно! Пока не растаял! Ты обещал!

Я встал. Подошёл к окну.

За окном было бело.

Первый снег. Пушистый, лёгкий, он покрывал крыши, машины, тротуары. Падал крупными хлопьями, кружился в воздухе, ложился на стёкла.