У меня по спине побежали мурашки.

— Я велел вам собраться, чтобы сообщить о чудесном выздоровлении моей дорогой супруги! Фрида…

Он обернулся к ней и протянул руку. Но баронесса проигнорировала ее и поднялась сама. Ее губы были сжаты в тонкую линию, а глаза горели ледяным блеском. Она обвела взглядом зал, и толпа смолкла.

Клянусь, мне казалось, что люди виновато поджимали головы и опускали взгляды.

Они знали. Знали, что их госпожу травят. Но ничего не делали. А некоторые и вовсе поили ее ядом.

— Я благодарю всех за заботу… — проронила она.

Тишина стала поистине могильной . Люди не смели даже дышать. Стих шелест листьев за окном. Смолк стук молотков в кузне. И даже время будто застыло.

— Госпожа… — прошептала Мэг.

Казалось, она готова бросится к баронессе и, закрыв своим телом, спрятать ото всех. Я сжала ее пальцы, надеясь хоть немного утешить, но и сама едва справлялась с тревогой.

— Однако…

В воздухе будто натянулась невидимая нить, которая готова была вот-вот лопнуть.

— Лишь благодаря заботе госпожи Брамс я смогла встать на ноги.

Баронесса медленно повернулась в мою сторону, и выражение ее лица вмиг преобразилось. За гордой маской я увидела уязвимость и настоящую благодарность.

Нет-нет-нет… Зачем же ты акцентируешь на этом внимание! Хочешь меня в могилу за собой забрать?!

Слуги засуетились, переглядываясь, расходясь в стороны, и даже Мэг куда-то исчезла. А потом я поняла, что стою в центре полукруга, на виду у всех, и что все глаза теперь устремлены на меня.

Я едва могла стоять на ногах, колени подкашивались. Выражение лица барона не предвещало ничего хорошего. Притворная маска радушия трещала по швам, а за ней проглядывала настоящая ярость.

«Как ты посмела?!» — вопрошал его разъяренный взгляд.

Меня так и подмывало отступить, спрятаться, убежать, но я лишь стиснула пальцы в кулаки и подняла выше подбородок, удерживая себя на месте.

Сейчас он мне точно ничего не сделает. Пусть это будет мгновением моего триумфа, хотя я едва ли не дрожала от страха.

— Само провидение привело вас к воротам нашего замка, госпожа Брамс! — сказал он так сладко улыбаясь, что у меня свело зубы. — И в качестве знака наивысшей признательности я дарю вам, госпожа Брамс, шахты!

Слуги в зале ахнули и, как суетливые рыбки, стали быстро переглядываться, словно намереваясь проверить, не послышалось ли им. Да, и я боролась с желанием прочистить уши, потому что такое Фроб точно не мог сказать.

Что бы такой скряга, как он, подарил женщине шахты? В благодарность за спасение жены, которую сам же травил? Нет, что-то тут точно не так.

— Шахты при Валье, — уточнил барон.

— Честер! — вскрикнула госпожа Фроб вмиг побагровев. — Но это же!..

Однако стоило ему бросить на нее взгляд, как она умолкла.

Мой взгляд метался между бароном и баронессой.

Что, черт возьми, с этими шахтами?!

— Госпожа Фроб, подойдите, чтобы принять дарственную.

Нет. Это плохо. Это все очень-очень плохо.

Мне не нравилась гадливая улыбка Фроба. Не нравилось, как баронесса молча метала взглядом искры. Не нравилось, как испуганно переглядывались слуги.

Что же делать?! Предчувствие вопило о том, что мне нельзя принимать этот гребаный подарок. Но разве я могла отказаться?

В глазах начало темнеть, мне казалось, что я вот-вот упаду в обморок. Пол под ногами начал кружиться, и вдруг…

Вдруг я ощутила, как меня крепко подхватили под локоть, придавая опоры.

— Все в порядке, госпожа Брамс?

Роан.

Запах ладана и мороза проник в легкие, и тревога, захватывающая рассудок, как набегающие волны, вмиг ушла. Я протяжно выдохнула и только тогда поняла, что не дышала.

Он здесь. Он пришел.Я понятия не имела, почему это было так важно.

Его внимательный взгляд прошелся по моему лицу, словно он действительно проверял мое состояние. Словно ему это действительно было важно.

Мне следовало контролировать себя. Я должна была не показать, насколько выбита из колеи происходящим. И мне даже казалось, что у меня получалось. Казалось - ровно до момента, когда Роан, слегка сжав мой локоть, отпустил его и шагнул вперед, закрыв меня от прямого взгляда барона.

— Госпожа Брамс шокирована вашей щедростью. Но такой дорогой подарок - это не то, что можно легко принять. Завтра мы посетим Валье, и после этого, госпожа Брамс решит, принимать ли дарственную или нет.

Никто не посмел возразить.

А я смотрела на широкую спину Роана, не видя ничего, кроме нее, и чувствовала, что меня захватывают странные, необъяснимые эмоции. Мне вдруг захотелось плакать, а в груди защемило, и все это… Все это было как-то связано с ним.

— Разумеется, Ваше святейшество! Вы как всегда невероятно мудры! — проскрипел барон так, словно жевал стекло.

Роан обернулся. Наши взгляды встретились. И я… Меня не хватило ни на что, кроме того, чтобы одними губами прошептать: «Спасибо».

Это было ужасно фамильярно по отношению к инквизитору, но… Но почему-то он не выказал недовольства - лишь кивнул, принимая благодарность. В этот момент кольцо на пальце зажглось теплом, и, словно почувствовав это, Роан посмотрел на мою руку.

Я замерла.

Пусть он не узнает меня (или делает вид, что не узнает?), но как можно не узнать фамильное кольцо? Сердце застучало, как сумасшедшее.

Сейчас… Вот сейчас он скажет что-то… Сделает что-то…

Страх защекотал ребра, но вместе с ним грудь стянуло странное чувство… Я словно… Ждала , что он узнает меня?

Нет! Нет, что за это за бред! Глупости!

Но как бы то ни было Роан смотрел на перстень так, словно тот был для него странной загадкой, к разгадке которой он подступал снова и снова, но никак ее не решит.

— Это подарок покойного мужа.

Губы пробормотали хорошо выученную ложь прежде, чем я успела подумать. Его взгляд вернулся к моему лицу. В золотистой бездне было множество эмоций, но никому не было позволено их узнать.

Еще один короткий кивок, и он направился прочь из зала. Казалось все люди до единого следили за его уходом с замиранием, и когда фигура Роана скрылась в арке, вновь раздался голос барона.

— На этом все. Можете…

— Нет, — перебила мужа госпожа Фроб, и ее голос прозвучал неожиданно властно и сильно. — Это не все.

— Фрида, что ты… — змеей зашипел барон, поворачиваясь к жене.

Она встретила его взгляд. Я видела, как ее пальцы сжались в кулаки.

— Все кончено, Честер. Я требую развода.

Лысые деревья с упирающимися в небо изогнутыми ветками медленно сменяли один другой. Дорога уже некоторое время шла вверх, и лошади уставали. За стволами проглядывалась черная пасть пропасти.

Я не отрывала взгляд от окна не в силах избавиться от странного стеснения в груди.

Уехал.

Роан просто уехал.

Рано утром меня разбудил стук в дверь, а за ней меня ждал незнакомый мужчина в форме церкви.

«У Его святейшества возникли срочные дела не требующие отлагательств. Он отбыл несколько часов назад, но велел мне сопроводить вас к шахтам и обеспечить вашу безопасность».

Против моей воли эти слова крутились в памяти на повторе, как заевшая пластинка.

У меня было столько вопросов…

Внешне Роан вел себя так, как будто не узнал меня. Но зачем-то помогал. Ему словно вздумалось запутать меня, отомстить за побег.

Прошлой ночью я была почти уверена в том, что его пребывание в замке Фроба закончится тем, что он велит мне возвращаться назад. Но Роан мало того, что так ничего и не сказал мне про то, что узнал меня, но еще и уехал!

А я понятия не имела, почему это так на меня повлияло.

Роан… Роан был из тех мужчин, которых хотелось держаться. Он мог заставить поверить, что все твои беды — пустяк, решаемый одним его словом. А его взгляд… Этот чертов взгляд говорил: «Ты единственная, на кого я смотрю так». Один взгляд — и ты уже чувствуешь себя избранной .