Как общался настоящий Арнольд, я, конечно, не знал, поэтому попытался имитировать манеру разговора врекеров, надоевшую за то время, что я работал на «Линкс». Выключать приёмник насовсем нельзя, а на какой канал не перейди, чтобы работать в тишине, рано или поздно на него кто-то выйдет и начнёт обсуждать всякое разное, от женщин до выпивки. И, пока закончишь с каким-нибудь топливным баком, чтобы освободить руки, пока нашаришь толстыми пальцами нужные кнопки, успеешь наслушаться всякого.

Кто бы знал, что сейчас это пригодится.

Судя по всему, я более или менее угадал с интонацией, потому что недовольный голос не превратился в подозрительный, а остался всё таким же недовольным:

— Ты мне уже поуказывай, что мне делать! Быстро в космос, врек ждёт! Если из-за вашего опоздания нагнут меня, то я потом так нагну вас самих, что техникам вас самих смотреть придётся! Конец связи!

— Старый добрый «Линкс», я скучал! — вздохнул я, и поймал внимательный взгляд Кирсаны. — На самом деле нет.

— Я так и думала! — кивнула она. — А теперь — как ты там сказал? Дамы и господа, заводите моторы!

Буксир слегка задрожал, подтягивая под себя посадочные лапы, и Кирсана тронула рычаги управления. Корабль чуть задёргался, но администратка быстро сориентировалась, что-то пощёлкала, чуть ослабила хватку, и корабль стабилизировался.

— Ух и торпеда… — едва слышно произнесла она, выводя корабль из дока через открывшуюся дверь. — Так… Нам куда?

— Вправо тридцать, склонение семь, — тут же ответила Вики. — Нужный врек вам система подсветит на лобовике.

Но никакая подсветка нам не понадобилась. Кирсана разглядела врек своего корабля даже раньше, чем отработала система, всего через три минуты полёта указанным Вики курсом.

Разглядела — и тихо застонала, глядя на то, что осталось от её корабля.

А осталось там, прямо скажем, немного. То, что на записи со спасательной капсулы виделось третьей частью корпуса, на деле оказалось намного меньше — просто мы не видели оборотной стороны, с которой корабль напоминал решето. Однако, раз он здесь, то, значит, корабль «потеряшек» внутри не пострадал, и это как раз то, что нам нужно.

— Я нормально… — неизвестно кому пробормотала Кирсана, нацеливая буксир на врек «Чёрного». — Сейчас-сейчас…

Она подвела буксир поближе, и аккуратно пустила его вокруг врека, чтобы получше рассмотреть, что к чему. Со стороны это должно было выглядеть совершенно нормально — экипаж буксира ищет точку получше, понадёжнее, чтобы прицепиться к ней… Но на самом деле, конечно, мы искали точку, через которую можно войти внутрь врека. И самое главное — выйти обратно, причём вместе с кораблём «потеряшек».

И новости оказались неутешительными — таких точек не было. Дыр много, но таких, чтобы через них можно было влететь внутрь, даже без корабля, — раз-два и обчёлся. Везде торчат куски гнутого скрученного металла, о которые не заметишь как распорешь скафандр.

— Кошмар… — шептала Кирсана, заходя на второй круг. — Какой кошмар…

Кошмар, согласен. Только мы о разных кошмарах всё же говорим.

Второй виток тоже не дал никакого результата, а вот на третьем, в другой плоскости, нам наконец улыбнулась удача — я заметил, что прожекторы высветили на вреке, наверное, единственную дыру, края которой были не разорваны, а оплавлены, будто мощным энергетическим потоком. Возможно, так оно и было — какая-нибудь плазменная батарея рванула, и сотворила это отверстие.

— Вот! — я ткнул в него пальцем. — Насколько далеко это от места где должен стоять истребитель «потеряшек»?

— Это? — Кирсана усмехнулась. — Не поверишь, это один отсек.

— Тогда я пошёл, — я поднялся с кресла.

— Куда? — не поняла Кирсана, оборачиваясь вслед.

— Проверю, там ли корабль. И подумаю, как его можно вытащить, — ответил я, открывая шкафчик, на котором красовалась общеизвестная эмблема скафандра — схематично изображённый шлем.

— Тут и скафандры есть? — удивилась Кирсана, глядя как я вытаскиваю оранжевый дутик.

— Конечно! — хихикнула Вики в комлинке. — Иногда требуется очень точное позиционирование захвата, которое без контроля извне просто не выполнить. А иногда и вовсе требуется ручное управление.

— Я поняла, поняла! — вздохнула Кирсана. — А с тобой можно?

— Нельзя! — отрезал я. — Ты пока продолжай изображать, что ищешь место для того, чтобы присосаться.

Скафандр оказался очень лёгким, рассчитанным буквально на час работы, не больше, поэтому я смог надеть его без посторонней помощи, после чего вышел в космос через крошечный, на одного человека, шлюз.

Врек висел передо мной как стальной айсберг, и, найдя глазами намеченную точку, я толкнулся ногами от буксира, и влетел в непроницаемую черноту, разрезая её лишь лучом наплечного фонаря.

Кирсана немного слукавила, когда сказала, что это то самое помещение с истребителем — это было не оно. Влетев в дыру, я оказался в недлинном коридоре, а вот он уже, его открытая дверь в дальнем от меня конце, привёл меня в небольшой ангар, расположенный прямо внутри эсминца.

И там действительно находился корабль «потеряшек». Он там был не один, конечно, но всё остальное ровным ковром устилало одну из стен ангара — просто прилипло из-за силы инерции, когда врек остановился, а предметы — нет. Истребитель «потеряшек» был единственным жёстко закреплённым к полу предметом, поэтому он один остался на месте.

И, судя по тому, что я видел, медленно поворачиваясь вокруг своей оси и выхватывая лучом фонаря окружение, здесь он и останется. Потому что из ангара не было выхода, по крайней мере, такого, в который истребитель пролез бы. Дыр было полно, но вытащить через них целый, пусть и маленький, корабль — дудки. Тем более сделать это так, чтобы было незаметно со стороны.

Ну что ж, раз так, значит, потащим врек целиком. Тем более, что нам так и так надо это сделать — мы же делаем вид, что мы пилоты буксира. А пилоты буксира таскают вреки.

Мы просто его слегка… модифицируем. На свой лад.

И, с этими мыслями, я развернулся и полетел обратно к буксиру.

— Ну что там? — Кирсана нетерпеливо обернулась в кресле, когда я отшлюзовался и вошёл в крошечный объем буксира, не сняв даже шлема. Я её и услышал-то лишь благодаря тому, что система связи скафандра была напрямую подключена к системе связи буксира, чтобы операторы продолжали слышать друг друга даже если один снаружи, а второй — внутри.

— Ничего вдохновляющего, — ответил я, проходя к тележке со снаряжением, которую мы, конечно же, затащили в буксир тоже, и которая теперь занимала почти половину прохода. — Но мы это исправим. Капитан!

— Да, Кар? — тут же ответил капитан. — Какие там у вас проблемы?

— Это не то чтобы проблемы… — ответил я, доставая из тележки резак и захват. — Просто дальше будем делать так…

И, пока выходил обратно в космос, быстро объяснил экипажу, что кому надо будет делать в ближайшем будущем. Дело нашлось даже Жи, и он единственный принял свою долю стоически, отреагировав лишь коротким «Жи да».

— Ты уверен, что мы после этого не получим вместо корабля «потеряшек» бесполезную железную консерву? — с сомнением спросил капитан, секунду подумав над моим планом.

— Изо всех сил постараюсь, чтобы этого не случилось! — ответил я, подтягивая к себе болтающуюся на прочных армированных проводах батарею. Пришлось обмотаться ими, как щупальцами, чтобы хоть как-то закрепить на себе захват и резак, ведь сбруей-то я так и не разжился. А на скафандрах операторов буксира, конечно, не предполагалось никаких креплений, тем более для врекерского снаряжения.

— Это точно самый хороший вариант? — тихо спросила Кори, которой явно не очень понравилось моё предложение.

— Это точно самый быстрый вариант! — отрезал я. — И надёжный! Такой, что позволит водить за нос «Линкс» и администратов как можно дольше, чтобы они как можно позже бросились за нами в погоню. А нам сейчас именно это и важно — остаться в живых, пусть даже с риском потери корабля «потеряшек».