Костерил себя на чём свет стоит, пока собирал осколки и всё, что эта тварь успела раскидать. Навёл порядок, собрал горсть сушёных ягод и отнёс их ворону, а затем налил ему воды.

— Молодец, пернатый. Честно свой паёк отработал. Охранник ты наш, — приговаривал я, наблюдая, как птица деловито склёвывает одну ягоду за другой.

— Проход нужно заложить, — произнёс Барк со своей лежанки. В отличие от остальных, он так и остался сидеть на месте, предоставив охоту молодым. — Заложите камнями, и он там сам с голоду сдохнет.

— Не сдохнет, — отозвался я сверху, сидя на выступе рядом с вороном. — Ты видел, сколько там всякой зелени? Ему до зимы хватит. Но пока, что бы он не шастал к нам и не воровал запасы, проход действительно лучше заложить. Идея хорошая. Сейчас всё сделаем.

Я спрыгнул с выступа и направился к проходу. Вел тут же принялся помогать мне. Айла заметила это, кивнула своим мальчишкам и указала взглядом на нас. Те поняли её без слов и сразу рванули на помощь. Сама Айла тоже присоединилась к работе.

Глядя на них, Тин и Таш не стали сидеть в стороне, тоже стали таскать камни. Такой оравой мы управились довольно быстро.

Я отряхнул руки и с удовлетворением осмотрел результат. Щели, конечно, остались, но не настолько широкие, чтобы эта жирная задница сумела через них протиснуться.

— Вот и сиди теперь там, — зло пробурчала Таш и показала язычок в сторону заваленного прохода. — Не будешь нашу еду воровать, пад… па-д-д…

Она попыталась повторить ругательство Вела, но запнулась, нахмурилась и сердито топнула ногой.

— Гад! — наконец нашлась она.

Ой-вей… С выражениями мне теперь нужно быть поосторожнее. Эти дети всё схватывают на лету.

— Таш, так говорить не нужно, — попытался я объяснить ей, что ругаться нехорошо. — Это плохие слова.

— Нехорошие слова нехорошему зверю, — совершенно серьёзно ответила малышка.

И что мне ей ответить?

Я только вздохнул и покачал головой.

Воспитатель из меня никудышный. Ну не умею я с детьми… Не умею.

Пока мы возились с проходом, Нэра разложила еду по плошкам.

Запасы запасами, но поесть и правда было необходимо. Без сил много не наохотим и не навоюем.

Перекусили тем, что было, а потом улеглись спать. На завтра планов было, как у Наполеона. Оставалось только надеяться, что хотя бы один день обойдётся без очередных неприятных сюрпризов.

Утро… Как же я люблю утро каменного века. Шучу.

Проснулся, умылся, потом пнул Вела и отправил его умываться. Девочки уже разожгли огонь. Сегодня, на удивление, обошлось без ссор и драк.

Нужно было сходить к ручью за водой. Детей одних пускать было опасно, поэтому решили идти втроём: я, Вел и Лиор. Правда, Майен как-то незаметно прилип к нам с Рыжим и буквально ходил по пятам, внимательно наблюдая за нашими действиями и стараясь во всём нам соответствовать.

Барк тоже это замечал и пока не останавливал мальчишку, хотя официального статуса охотника у него ещё не было. Но, думается мне, ждать этого осталось недолго. Волка-то он завалил. Правда, не один: вместе с Айлой и Лиором, да ещё Эйо немного подсобил. Если рассуждать таким образом, то всем четверым, ну или хотя бы троим, уже можно было присудить статус охотника.

Но наш шаман пока молчал на этот счёт. В общем, я ещё не до конца разобрался, как тут всё устроено. Время покажет.

А пока мы вышли к ручью вчетвером.

И, на зависть Тину, копья у мальчишек были полноценные, такие же, как у взрослых. Кстати, насчёт Тина: я заметил, что Барк стал выделять мальца среди остальных и всё чаще давать ему «взрослые» задания. Например, сегодня Тин ещё толком не успел продрать глаза, как старик отправил его на смотровую площадку.

У ручья я провёл парням небольшой урок по установке силков. Мы расставили пять штук по округе, после чего нарубили палок для будущих стрел и заготовок под атлатль. Затем отнесли всё это добро в пещеру и я полез к Тину наверх.

— Море?.. Море! — воскликнул я, указывая на видневшуюся вдали водную гладь.

— Море? — переспросил Тин.

— Да, да, Тин! — Я готов был прыгать от счастья. — Это большая вода. Нет, не просто большая, а огромная! Бескрайняя! Она такая большая, что другого берега даже не видно. И волны там огромные, вот такие! А ещё там много рыбы. И водоросли, и…

Я сглотнул, почувствовав, как рот наполняется слюной от одной мысли о вкусной еде.

— Соль! Там есть соль.

Тин смотрел на меня с непониманием. Все эти слова для него пока ничего не значили. Он лишь пожал плечами и указал в сторону моря.

— Плохая вода. Опасная. Барк говорит, что пить её нельзя. А ещё там водятся рыбы-горы, которые проглотят целиком любого, кто приблизится. Они охраняют край мрака между живыми и мёртвыми. Туда уходит светило. Живым людям туда нет пути.

Мелкий пересказал слова старика с такой серьёзностью, будто сам только вернулся оттуда.

— Ходить в ту сторону нельзя, — припечатал он совсем не по-детски.

— Барк так сказал? — Я усмехнулся.

— Да, — ответил Тин.

Тон у мальца был по-взрослому серьёзным, да и выражение лица соответствовало.

Он снова ткнул пальцем в сторону моря.

— Там черта. Мир мёртвых.

— Ну так я уже там бывал, — отмахнулся я, подшучивая над пацаном. — Мне можно.

Но, как говорится, в каждой шутке есть доля шутки, а всё остальное — правда.

Я не собирался отказываться от столь необходимых нам ресурсов из-за религиозных страхов и предрассудков. В отличие от этих людей, я точно знал, что находится там, куда каждый вечер уходит светило.

Прикинул примерное расстояние до побережья и приуныл. По этим буеракам и буреломам туда добираться недели две, а то и больше, если по дороге не случится очередная неприятность.

И задержаться там придётся надолго. Нужно добыть и насушить соль, набрать водорослей, часть из них высушить, а часть сжечь, чтобы получить из золы соду. Рыбу попробовать наловить, раковин насобирать, да мало ли чего ещё полезного обнаружится на берегу. Потом всё это придётся тащить обратно, нагруженными как мулы.

Две недели туда, две обратно и ещё минимум две на берегу. Полтора месяца, если всё пойдёт по плану.

И одному туда идти не с руки. Вдвоём — минимум, а лучше втроём. Только кого брать с собой, а кого оставлять здесь охранять племя?

Да и о пропитании нужно позаботиться заранее. Запасов должно хватить на всё наше отсутствие, чтобы оставшимся не пришлось рисковать и уходить далеко на охоту, оставляя без присмотра детей и нашего бесценного Барка.

В том, что старый шаман при необходимости сможет дать отпор, я не сомневался. Но боюсь, его следующий бой вполне может оказаться последним.

А его преждевременная кончина в мои планы никак не входит.

С этими мыслями спустился в пещеру. Вода уже начинала закипать, а Вел колдовал у костра, что-то нашёптывая себе под нос и подбрасывая в корчагу веточки и ягоды.

Сначала осмотрел Барка, послушал его дыхание и остался доволен: старик явно шёл на поправку. Хрипов почти не слышно, дышит заметно легче. Эйо тоже выглядел совершенно здоровым. Похоже, его подкосили не болезнь, а пережитый стресс, истощение и усталость.

Нэра тем временем отрезала два кусочка сот с мёдом и подала их мне и Велу. Непонимающе нахмурился, переводя взгляд с неё на остальных.

А остальные что, голодными останутся? Я буду есть, а они смотреть? Нет. Так не годится.

Практическую сторону такого решения понять было легко. В первую очередь должны есть те, кто добывает пищу. Ослабнут охотники — прокормить племя станет ещё сложнее. Но всё равно…

— Нэра, всем дай, — потребовал я, покачав головой. — Тину, Таш и Эйо тоже. Если они ослабнут, заболеют. Заболеют — умрут.

Нэра вопросительно посмотрела на Барка.

— Делай, как он говорит, — согласился старик.

Вот и хорошо. Вот и ладушки.

Только после этого успокоился и принялся за скромный завтрак. Немного мёда, несколько ягод и черемша. Сочетание, конечно, так себе, но на безрыбье и рак рыба.