Но понятно, что решение уже принято, и не он был его инициатором.

Даже Широков замер в стороне так и не добравшись до своего джипа. Он также не ожидал такого.

Мы слышали обрывки гневных фраз, требования позвать Корсакову, ссылки на пункт шесть дробь четыре, об отдыхе тандемов между этапами…

Через пару минут Кира вернулась. Поникшая, с потухшим взглядом.

— Вообще ничего не понимаю, — глухо констатировала Воронцова. — Ссылаются на техническую необходимость, плотную сетку вещания…

Я мысленно обложил всю верхушку «Нео-Синтеза». Белов тоже, но уже вслух.

Это был удар ниже пояса. Подлый и самый просчитанный ход из всех возможных.

«Хищники» сидели на жёсткой корпоративной фарме. Мощнейшие восстановители и стимуляторы регенерации поставят их фамильяров на ноги уже к утру. Они будут свежими, агрессивными и готовыми рвать любого за выход в Бронзовую лигу.

А вот мои «Львы» чистые.

Я посмотрел на свою стаю. Гладиаторы, оставшись без присмотра, решили прогулять своих фамильяров во дворе. Отправились в сторону спортивных тренажёров, где была большая зелёная лужайка.

Массивный Бублик не добрался до травы, разлёгся на асфальте, тяжело и часто дыша. Лера тянула его за поводок, что-то ему выговаривала. Но он ноль внимания. Вараны во время сильной физической усталости зачастую игнорируют команды.

Желешка вслед за Костей добралась до лужайки, но с трудом, сразу же расплываясь. Видно было, что она потеряла массу во время подъёма, была критически обезвожена. Даже если сейчас бросить её в бочку с водой, нужны сутки, чтобы восстановить прежнюю структуру.

Неон сидел на таблетках Полины после отравления, и хрустальному барсу требовалось полноценное лечение, а не новый бой. Хотя бы три дня перерыва.

Матильда нервно подрагивала, явно испытывая сильный стресс после высоты. Взгляд хищницы мерцал нездоровым блеском. Обычно после такого пустынные лисицы спят двенадцать часов, а то и больше.

Всё сводилось к одному. Им нужно было минимум три дня на базовое восстановление. И ещё хотя бы три дня на тренировки. Но организаторы дали нам всего два дня на всё. И это было плохо. Мы выйдем на финальную битву уставшими.

Широков сделал свои выводы, схожие с нашими. Это очень плохая новость, которая пахнет подставой.

Он выдавил печальную улыбку, вернул назад сбившийся галстук.

— Теперь понимаете, что такое биться против корпораций? — тихо произнёс Самуил. — Они не нарушают правила турнира. Они просто пишут эти правила под себя.

Он продолжил путь до своего джипа.

Я же смотрел вслед уходящему Широкову, слушая под боков напряжённый разговор Белова и Киры.

Она всё рассказывала помощнику, а тот бурно реагировал, выплёскивая из себя ругательства.

Но отчаиваться я не привык. Если корпорации решили поиграть с нами и думают, что они уже победили, дадим им в это поверить. Но сделаем всё, чтобы разочаровать тех подонков, которые являются мозгом травли против «Огненных Львов» и таких же как мы, чистых гильдий.

— Эй, Самуил! Стой! — окликнул я комментатора, добираясь до него.

Широков уже сел на водительское кресло, неохотно взглянул на меня.

— Известно о составе той химии, что спрятана в ошейниках? — спросил я, глядя ему прямо в глаза. — И если нет, можем его достать? У тебя же есть доступ к внутренним корпоративным сетям турнира.

Комментатор замялся. Его взгляд забегал по парковке.

— Риск огромный, Артур. Ты даже не представляешь какой, — пробормотал он, нервно теребя брелок от машины в виде скелета. — Это закрытые данные. Если служба безопасности Синдиката засечёт скачивание… Ты понимаешь, что будет? Меня закопают под одним из залов Бетонки.

— Я понимаю это, — кивнул я. — Но всё же можно что-то сделать?

Широков задумался, наклонил голову, посматривая исподлобья через лобовое стекло, надул щёки, выдувая воздух.

— Я могу попробовать. Есть информатор, но мне нужно физическое прикрытие. Если меня возьмут за жабры, я хочу, чтобы рядом была силовая поддержка.

Я даже не раздумывал.

— Будет тебе прикрытие, — я достал Искорку из переноски, положив на плечо. Она радостно прошипела в небо, хотя это больше было похоже на свист счастья. Затем позвал по Сопряжению Живчика и тот стрелой прилетел к моим ногам.

— Я еду с тобой, и мои друзья составят компанию, — ухмыльнулся я, цепляя поводок к ошейнику терьера, который вновь превратил свой хвост в пропеллер.

С такой поддержкой хоть в бой, хоть в разведку. Кстати, о главном разведчике. Он нервно шебуршал в кармане, выказывая своё возмущение. Но хорошо, что помнил о главном. При посторонних не высовываться и не трепать языком.

— Подожди только, надо помощнику выдать задание, — произнёс я Широкову, на что он одобрительно кивнул.

Вернувшись, я застал Белова в компании Полины. Кира уже отправилась в кабинет, а Артём Сергеевич нашёл свободные уши, выливал вышедшей подышать свежим воздухом Поле свои возмущения.

— Артём Сергеич, — я обратился к нему жёстко, по-деловому. — Вы остаётесь за старшего. Пока я отлучусь по делам, ваша задача — тактика. Поднимите все видеоархивы боёв «Хищников» за последние полгода. Не только официальные матчи, но и квалификации, тренировочные сливы. Всё, что найдёте.

Глаза Белова округлились. Он был удивлён, охотно закивал.

— Главное, вытащите любимые комбинации Хищников, — продолжал я инструктировать. — Вы знаете эту кухню изнутри. И затем начинайте разбирать их тактику по косточкам. Нужна подробная аналитика: кто кого страхует, как атакуют и кто, когда открывается фланг и какой. Времени у нас в обрез, сами понимаете.

Помощник тренера, которого я впервые с момента моего появления назначил главным тактиком и доверил работу с командой в этом ключе, заметно подобрался. Его грузная фигура выпрямилась, в глазах появился тот самый профессиональный блеск, который и был мне нужен.

— Понял, Артур Викторович. Всё сделаю, — серьёзно кивнул Белов, убирая руку от кармана с семечками. — Разберём на молекулы. Сделаю в лучшем виде.

Он отправился решительным шагом к двери, а я повернулся к Полине. Док стояла рядом, с тревогой глядя на меня.

— Полин, у тебя самая сложная задача, — тихо сообщил я, вглядываясь в её напряжённое лицо. — Делай что хочешь. Используй любые хитрости. Но к завтрашнему утру питомцы должны быть в боевом тонусе.

— Сделаю, Артур, — твёрдо ответила Полина. — Мне Артём всё рассказал. Придётся выкручиваться.

Она поняла меня с полуслова. И это мне в ней нравилось не меньше, чем её фигура и внешность.

Я кивнул, а затем подхватил на руки тявкнувшего Живчика, запустив его за пазуху и направился к внедорожнику, который уже завёл Широков.

Самуил вдавил педаль в пол, и мы сорвались с плаца, выезжая за ворота и встраиваясь в поток машин.

В салоне повисло вязкое напряжение.

Широков молчал, пристально посматривая на дорогу. Я же обдумывал нашу ситуацию.

Противоборство с Синдикатами лишь только начинается. Всё ещё впереди. И от этого понимания было не легче.

«Нео-Синтез» лишь вершина этого треклятого айсберга. Но если мы вырвемся в Бронзовую лигу, мы начнём по-настоящему создавать себе имя. Гильдия воспрянет духом с новой силой, и к нам начнут присматриваться покровители. Та самая подушка безопасности, которая нужна на пути к успеху.

Всё же последние тревожные новости заставили меня напрячься. Искорка почувствовала выброс адреналина в моей крови. Её чешуя предупреждающе нагрелась. Кроха глухо зашипела у меня на плече, готовая в любую секунду превратить салон автомобиля в локальный филиал ада.

«Спокойно, солнце. Никто нам не угрожает. Ты же с нами», — отправил я ей сигнал по Сопряжению.

Саламандра ещё раз фыркнула, напоследок. Будто поддакивала мне. Затихла.

Живчик в это время замер у моих ног. Я всё забываю, что контролировать его всё же нужно, несмотря на то, что он уже стал фамильяров.

Связь по-прежнему непрочна, и щенок адаптируется.