А я чувствовал спиной напряжение бойцов.

Замедлил шаг, поравнялся с ними.

Команда была собрана и сосредоточена.

Анна крепко держала поводок Матильды, Костя успокаивал вслух Желешку, Дэнни молча поправлял крепления брони, а Лера нервно поглаживала чешуйчатый загривок Бублика.

На моём плече зашипела Искорка, реагируя на приближающийся шум. У ног пару раз тявкнул Живчик, готовый в любой момент применить свои вихревые потоки.

Мы вышли из бетонного коридора на открытую площадку, и шум трибун обрушился на нас с новой силой.

Я поднял голову, мои глаза сузились.

Перед нами, во всём своём устрашающем величии, возвышалась декорация испытания. «Вершина».

Гигантская, почти отвесная искусственная скала, разделённая на семь вертикальных участков барьерами. Двести метров иззубренного камня уходили далеко в вечернее небо. На самом верху призывно горела неоновым светом колонна. То, куда нужно было вставить эстафетный ключ, который я до поры до времени прятал за пазухой.

На соседних стартовых площадках уже выстраивались шесть команд соперников.

Белов, тяжело дыша, достал из футляра мощный полевой бинокль, прильнул к окулярам, изучая маршрут нашей гильдии.

— Ну что, Артур Викторович, — пробормотал помощник, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Выглядит жутковато. Но… что-то не пойму. Что-то не то.

Он мог и не говорить. Моё зрение, натренированное годами боёв, уже уловило неладное. Я молча забрал бинокль из рук Артёма Сергеевича, поднёс его к глазам.

Сердце забилось чаще. Я сжал губы, остановил команду.

Ситуация накалилась до предела. Многое, что мы отрабатывали на заброшенной башне, сейчас теряло всякий смысл.

— Итак, Львы, собрались вокруг меня, — произнёс я ледяным тоном, поворачиваясь к своей ошарашенной команде.

Когда команда окружила меня, я окинул каждого гладиатора взглядом.

— А теперь забудьте о выступах, — произнёс я. — Их здесь не будет.

— Не будет выступов? — Дэнни вытаращился на меня. Вновь взглянул в сторону скалы. — Что эти черти опять придумали?

Увидел я достаточно. Передал Белову бинокль, и помощник всмотрелся в окуляры, чертыхнулся.

«Вершина» сейчас представляла собой не скалу с удобными уступами, которую мы видели на общих планах и к которой готовились. Перед нами возвышалась двухсотметровая монолитная плита из искусственного камня, имитирующего базальт. Никаких карнизов. Никаких полочек для отдыха. Лишь поверхность с сетью заметных трещин, которые усыпали её вплоть до заветного финиша с колонной наверху.

— Итак, Львы, — повторил я. Шум стадиона остался где-то на периферии. Сейчас для каждого существовал только мой голос и мой взгляд. — Ещё раз. Слушать внимательно. Забудьте всё, что мы отрабатывали на кирпичной башне. Перед нами скала с «дыханием».

Я то уже проходил такое, и понимал, что ожидать. А вот бойцы непонимающе переглянулись.

— Что ещё за дыхание? — нахмурилась Лера, нервно теребя ремешок на броне Бублика, который раздражённо пофыркивал, чувствуя настрой своей хозяйки.

К нам присоединился Белов, затем Кира. Владелица гильдии была в замешательстве.

— Некоторые трещины на этой плите служат обманками, — тихо, но чётко пояснил я. — Это механизмы. Они будут периодически сжиматься, в тиски. Если пет или проводник воспользуется ею, как опорой, застрянет намертво.

— Они с головой не дружат? — выдохнула Кира. — Это же травмы, переломы.

— Никаких переломов. Лишь жёсткая фиксация, — объяснил я, и Белов сморщил физиономию.

— Ну вот откуда вы знаете? Может это просто трещины, — просипел он, затем ухватил бутылку с водой, которую забрал со столика неподалёку, промочил горло.

— Серёга взломал сервер Бетонки, недавно, — произнёс я, выкручиваясь. — Так вот. Эти штуковины задержат тандемы на дистанции.

Костя судорожно сглотнул, прижимая к себе Желешку. Та хлопала глазами-блюдцами, посматривала в сторону скалы и тихо булькала, будто сообщая как ей страшно.

— Но это же… это нечестно! — воскликнул Смирнов. — Как нам тогда лезть?

— Они совсем очумели в своём оргкомитете! — взорвался Дэнни, сжимая кулаки. — Это же прямой риск для здоровья питомцев! Мой контракт такое не покрывает! Я им сейчас…

— А ты что, всё решишь? — ядовито оскалилась Лера, перебивая мажора. — Ну давай, звёздный мальчик, подключи своего папу. Пусть он купит нам безопасный маршрут.

Анна, бледная как мел, перехватила поводок Матильды.

— Мне кажется, у нас назревает конфликт. Но мы не должны… — робко попыталась вмешаться она, но её голос потонул в гвалте, который начал подниматься со стороны старта.

Именно там собрались почти все участники. И шумели они прилично.

Лидеры и тренеры других гильдий, как и мы, осознали, что перед ними не классическая скала, к которой они готовились. Вот и подняли бунт. Возмущённо махали руками, кричали в сторону судей, замерших в стеклянной ложе на уровне тридцати метров над площадкой.

Мы добрались до своей стартовой отметки. От неё до подножия скалы полсотни метров по газону. Но никто и не собирался идти вперёд.

Стартер, мужчина с молотом в руках, замер у большого гонга. Бросал растерянные взгляды в сторону судей. Ну а те не давали команду, ждали в свою очередь главного судью. Тот разговаривал по телефону, жестикулируя. Явно тоже недовольный.

Все требовали к ответу оргкомитет.

Я ещё раз обвёл взглядом конкурирующие команды. Паники не было лишь на одном участке.

Команда «Хищников» замерла в стороне, с возвышающимся на общем фоне Ильёй Муромцевым, который закрывал своим торсом тщедушного старичка-тренера. Все они были расслаблены. Муромцев невозмутимо разминал плечевые суставы, а его каменный панголин, блестящий от свежей мази, меланхолично жевал траву.

Вывод напрашивался сам собой. «Хищникам» кто-то слил информацию о стене без выступов. Они получили её заранее и уже отработали такого рода маршрут, пока остальные тренировались на выступах.

Чуть поодаль Кира прижимала к уху смартфон, возмущённо выговаривала что-то невидимому собеседнику, яростно жестикулируя свободной рукой. Владелица гильдии вновь тратила свои нервы, пыталась в свою очередь добиться справедливости.

Рядом Артём Сергеевич вновь принялся лузгать семечки, сплёвывая шелуху себе под ноги. Я бросил на него взгляд, и тот уловил его

— Ну всё, приплыли, — тихо пробурчал Белов под нос. — Это фиаско, Горай. Как пить дать, фиаско. С нашими-то увальнями на гладкую стену… Да нас тут и похоронят.

— Отставить панику, Артём Сергеич. Передайте команде свой бинокль, — холодно осадил я помощника.

— Это ещё зачем? — напряжённо взглянул на меня Белов, но под моим немым и довольно многозначительным взглядом всё же сунул оптический прибор в руки Смирнова.

Я вновь повернулся к команде.

— А теперь каждый внимательно смотрит на стену, — обратился я к каждому гладиатору. — Как отличить безопасную трещину от обманки? Всё просто. У безопасных края естественные, не такие ровные. У ловушек идеально ровные, отшлифованные машинной резкой. Ищите неровный край, их можно различить даже на расстоянии, если быть внимательными. Всё ясно?

— Поняли, тренер, — мрачно кивнул Дэнни, глядя на пугающую высоту. — Но посмотрите, что творится. Может вообще отменят.

— Опять эта самоуверенность, — фыркнула Лера, пихнув Дэнни плечом. — Слушай тренера, балбес.

— Не отменят, посмотрите сколько зрителей, — включилась в разговор Анна, поглаживающая Матильду по холке. Та нервничала, её хвост подрагивал.

— Да, не отменят, именно. Поэтому я всех готовлю заранее, — подчеркнул я. — Работаем по этапам. Никуда не торопимся. Сопряжение на максимум. И помните…

Я не успел договорить. Раздался пронзительный звук.

Это был не стартовый сигнал, а фоновое взвизгивание микрофона, который кто-то неумело включил.

В тонированной VIP-ложе, находящейся по соседству с судейской, отодвинулась дверь. Изнутри неспешно сошла по металлическим ступеням на арену небольшая делегация. Двое мордатых мужчин в чёрных безупречно сидящих костюмах с эмблемами Бетонки на лацканах, и высокая худая женщина с косой, закрученной на голове. Организаторы Бетонки. И если мужские взгляды были равнодушными, то дама посматривала на команды с надменным лицом и плотно сжатыми губами.