— Всё, ящик Пандоры открыт, — прошептал я.

— Да помогут нам боги!

На аукционе ничего не купил: со своими опытами я тратил ОП быстрее, чем Крысобой успевал их зарабатывать, тем более в последние дни он ничего не изготавливал. Светить гоблина перед кем бы то ни было я не собирался до последнего.

Как‑то незаметно, но у меня вдруг кончились наличные деньги. Мелкие кристаллы я продал скупщику Дебитума буквально за половину их реальной стоимости и очень быстро всё потратил, причём треть спустил на ставках, а ещё часть потратил, прикупив себе шмотки поприличнее, патронов и все гранаты, обнаруженные в изобилии в продаже у местного торговца. Скупил всё, невзирая на не совсем адекватные цены.

После чего меня и настигло банкротство. Самое смешное, но у меня имелись кристаллы на не одну сотню миллионов рублей, но продавать их здесь было равносильно тому, чтобы повесить себе на спину мишень.

Возвращаться домой не хотелось: я как‑то быстро привык к безопасности, вкусной еде, приятной компании по вечерам и каким‑никаким развлечениям.

— Похоже, придётся искать работу или сходить на охоту, — с этим вопросом я и пошёл к бармену. Тот пообещал поспрашивать у рейдеров.

Работа нашлась этим же вечером: мелкой команде ходоков требовался носильщик. Нужно было забрать из тайника груз и доставить его на базу.

— Десять тыщ, — выпалил мне в лицо мужик, похожий на обычного забулдыгу.

— Там делов на два дня.

Выглядела команда типично для окраин Окаянки, по глупости забравшейся вглубь Пятна. Одеты все четверо были в длинные брезентовые плащи и кирзовые сапоги, из оружия имели старые охотничьи ружья.

«М‑да, больше похожи на алкашей, что пасутся рядом с алкомаркетами», — оценил я испитые, опухшие лица рейдеров.

За грузом отправились на рассвете.

Несмотря на вид запойных алкоголиков, рейдеры оказались выносливыми ходоками и до обеда успели прошагать больше двадцати километров.

На отдых расположились в полуразваленном бывшем машдворе, в центре которого, словно памятник ушедшей эпохи, стоял на диво хорошо сохранившийся гусеничный трактор.

В кирпичном здании с обвалившейся крышей, где кто‑то заботливо кирпичами обложил очаг и притащил несколько брёвен, мы и устроились на обед.

Я с кофейной кружкой в руке сел немного в стороне от рейдеров, привалившись спиной к стене.

— Митяй! — окликнул я вполголоса лидера группы.

Мужчина дёрнулся и посмотрел на меня.

— Сколько тебе «моды» за меня заплатили?

Мужчина неумело состроил удивлённое лицо.

— Ты чо, паря, с дуба рухнул⁈ — ухмыльнувшись, уронил на пол только что подобранную пустую банку из‑под тушёнки, сохранившую запах мяса, и аккуратно поставил кофейную кружку на кирпич.

Один из ходоков — низкорослый мужчина с блёклыми, словно у рыбы, глазами — словно невзначай направил на меня ствол ружья.

— Ты серьёзно думаешь, что, кончив меня, они вас отпустят? Вы же свидетели! А за разбой на своей территории Дебитум расстреливает на месте.

Митяй нахмурился: кажется, до этого момента в его проспиртованных мозгах такой мысли не появлялось.

— Да чо ты базаришь с ним, Митяй! Он же гонит, — вмешался рейдер с ружьём.

Митяй по‑прежнему колебался.

— Да нам теперь ходу назад нет, — снова вмешался рейдер. — Если мы уродцам пацана не отдадим, они нас точно кончат!

— Эт ладно, ты, паря, посиди пока. Скоро Кром подтянется — сам с ним перетрёшь, может, никто тебя валить и не будет.

Открыто улыбнувшись бандитам, засунул руки в карманы куртки, нащупал там гладкие бока М67 и, не прекращая улыбаться, отогнул проволочные фиксаторы, провернул кольца‑чеки, выводя их из зажимов, и большими пальцами вытянул кольца из гранат.

— Что у тебя там⁈ — забеспокоился подозрительный рейдер с ружьём.

Улыбнувшись ещё шире, вынул руки с гранатами, разжимая ладони.

Рычаги со звоном отлетели в стороны, а гранаты выпали у меня из рук и покатились к костру.

— Ты чо бля⁈ — тупо спросил Митяй, растерянно смотря на катящиеся гранаты. Охотник с ружьём выпучил глаза и выронил изо рта дымящуюся сигарету.

— Ни чо бля! — ответил я Митяю и телепортировался за стену.

Сдвоенный подрыв наступательных гранат капитально встряхнул ветхое строение — откуда‑то сверху даже посыпалась пыль и кирпичная крошка.

+ 105 ОП.

+ 110 ОП.

— Сука! — прохрипел кто‑то из выживших рейдеров за стеной.

— Надо же, какие живучие.

Добыв из личного пространства Девяносто девятого ещё одну гранату, определил по ощущению пространства, где копошатся раненые, и перебросил гранату через стену прямо на спину одному из бандитов. Тот был тяжело ранен и, скорее всего, умер бы и так, вот только я не собирался рисковать, неожиданно получив пулю от умирающего.

+ 100 ОП.

Последний тоже не сохранил свою шкуру в целости, но был ранен более легко. Он даже умудрился заползти в другую комнату и сейчас сидел в углу, сжимая в трясущихся руках ружьё.

Усмехнувшись, достал ещё одну гранату, выдернул чеку, подождал пару секунд и по крутой дуге перебросил её под ноги рейдера.

Матерный вопль совпал с хлопком взрыва.

— Ха! Ну вы… — закончить предложение я не успел: что‑то быстрое и горячее ударило мне в спину, швырнув лицом в стену.

Прямо в падении телепортировался обратно в здание с мёртвыми ходоками и, не устояв на ногах, упал. Кинул быстрый взгляд на «Здоровье»:

— Здоровье: 31/50.

Дебафф 2‑й стадии: кровотечение (−2 ед. здоровья в минуту).

Регенерация замедлена до 1 ед. в час. Посторонний предмет в организме.

— Вот же суки, всё‑таки подловили, — прошипел я сквозь зубы, активируя режим «тело игрока».

Дебафф «кровотечение» исчез, перестав отнимать у моего и так «хилого» здоровья по две единицы в минуту. Конечно, когда я вернусь в режим «человека», скорее всего, дебафф возобновится, так как рана никуда не денется, но, по крайней мере, прямо сейчас я перестал терять единицы жизни.

Следующим шагом я призвал Крысобоя, приказав ему спрятаться в соседней комнате.

— Эй, гондон, ты там ещё жив⁈ — донёсся до меня хриплый голос Крома, который я мгновенно узнал.

Так как гондоном я себя не считал, решил не отвечать.

Только сейчас, немного успокоившись, вспомнил хлопок выстрела. Богатый опыт из прошлой жизни помог мне определить, из какого оружия во мне проделали дырку и с какого примерно расстояния.

— Это что, получается, я смог выдержать пулю из СВД, выпущенную примерно с сотни метров⁈ А я крепкий! Надо будет в «Прочность» ещё ЕРок закинуть, — забормотал я, даже не делая попыток встать.

Кром предпринял ещё несколько попыток вывести меня на эмоции, поливая отборной, но насколько однообразной бранью. Я продолжал отмалчиваться. В какой‑то момент модификант разразился таким потоком мата, что даже меня заставил удивиться уровнем экспрессии.

Как оказалось, Кром вопил не просто так, а пытался отвлечь моё внимание от пары подкрадывающихся с разных сторон модификантов. Причём засек я их только потому, что оба вошли в радиус пространственного заклинания.

С тяжёлым вздохом вынул пару гранат. На этот раз решил побыть немного патриотом и использовать имперские РГО. Выбрав противника, подкрадывающегося с противоположной стороны от снайпера, телепортировался ему за спину, уронил гранату на землю и «рванул» обратно под прикрытие стен.

— Здоровье −1 ед., — напомнила мне система о пуле, сидящей у меня в спине.

Благодаря ударно‑дистанционному запалу такие гранаты взрываются от удара о твёрдую поверхность — этой хватило падения на землю. Звонко хлопнув, граната стегнула по стене осколками, опять обсыпав меня пылью.

— 185 ОП.

В этот момент через стену перелетел ребристый шар и весело запрыгал по полу.

— Вот суки, мою тактику против меня же применили, — возмутился я, переместившись к гранате коротким телепортом и убирая её в пространство Девяносто девятого.