Вахмистр застонал, но в сознание не пришёл. Пришлось надавить сильнее.

Через час, нагруженный вещами и оружием группы ротмистра Полыхаева, возвращался домой, ругая себя последними словами.

Как оказалось, прокололся я на таком элементарном, что даже как‑то стыдно перед самим собой было.

— Вот же дегенерат! А мнил себя самым хитрожопым, — шипел я сквозь зубы.

Как оказалось, мало было сменить телефон и сим‑карту, нужно было ещё и не пользоваться своим аккаунтом охотника. По нему меня и вычислили, дальше было уже делом техники. К счастью для меня, Полыхаев не имел спутникового телефона и не смог доложить начальству о потерях.

— В любом случае дня через три‑четыре его хватятся и направят на поиски новую группу или какого‑нибудь Рэмбо, и лучше в этот момент мне быть где‑нибудь подальше.

Хотя в любом случае придётся съезжать с завода.

Ещё раз отматерив себя за беспечность, стал думать, куда деть горы имущества, которым я как‑то быстро успел обрасти.

— Часть заныкать по тайникам, кое‑что можно определить на хранение в пространство Девяносто девятого. А остальное придётся бросить.

Следующие двое суток я вкалывал как проклятый, не смыкая глаз. Переезд в никуда оказался очень хлопотным занятием.

Первым делом оборудовал пару тайников на самом заводе, особо не рассчитывая на их сохранность: что‑то мне подсказывало, что, когда «господа из жандармерии» найдут моё логово, то перетряхнут его по кирпичику.

Всё оружие, включая пулемёты, было с немалым беспокойством перенесено в пространство Девяносто девятого. Конечно же, не бесплатно: пришлось отгрузить ему десять тонн чермета за месячный срок хранения. К моей удаче, игрок оказался честным малым, и мои «стволы» остались моими. Большая часть имущества последовала за оружием — благо какого‑то лимита на вес и объём у обменного пространства не было.

Была у меня мысль перед уходом заминировать завод, но, трезво поразмыслив, отказался от этой идеи. Во‑первых, взрывчатки у меня было немного, а во‑вторых, сапёром я был так себе: знал только какие‑то базовые вещи.

Завод покинул на третий день на рассвете.

После недолгих размышлений решил, что на какое‑то время меня приютит клан Либертас, тем более у нас наладились неплохие рабочие отношения. Потом, конечно, придётся уходить вглубь Окаянки, может быть, даже в Омск.

Правда, по слухам, там творилась такая дичь, что даже боярские рода туда старались не соваться без веских причин.

До основной базы Либертас добирался трое суток. Мог бы и быстрее, но, так как её местоположение я знал с чужих слов, пришлось поплутать.

За время дороги умудрился поднять целый ряд Навыков и Достижений, хотя тут особого подвига не было: они все были буквально в полушаге от следующего уровня.

«Медитация» поднялась до восьмого уровня, став моим самым «прокаченным» навыком. Следующим усилилось достижение «Бегун», взяв четвёртый уровень, что позволило мне выйти в скорости бега за человеческий предел. Конечно, если не учитывать витязей — эти могли и быстрее.

По моим скромным расчётам, я теперь мог разгоняться до пятидесяти пяти–шестидесяти километров в час.

— Шансы сделать ноги только что существенно выросли, — пробормотал я со смешком.

— А учитывая «Скачок», очень скоро я стану круче неуловимого Джо.

Телепорт тоже поднялся на один уровень, что, кстати, было неудивительно: его я качал с упорством носорога. И последним, когда я уже был буквально у ворот базы Либертас, «апнулся» «Силач», одним махом переведя меня в «стронги» мирового класса, но опять же среди обычных людей.

Сама дорога обошлась без острых моментов: благодаря навыку «Стрелка» я без особых проблем на средней дистанции разобрался со стаей каких‑то мелких, но многочисленных монстриков, которых я, кстати, так и не смог опознать. Ничего ценного в них не обнаружилось.

Здесь, кстати, себя очень хорошо проявил дробовик АА‑12 со своим вместительным магазином. Крысобой тоже не подкачал: я специально дал ему поучаствовать, и, как оказалось, не зря. Мой юнит умудрился повысить свой боевой навык «Метание дротиков».

Базой Либертас служил старый фабричный комплекс из нескольких кирпичных зданий. Как и всё в Окаянке, выглядел он потрёпанным временем, но при этом было видно, что за зданиями какой‑то уход всё же осуществляется.

Территорию огораживал трёхметровый забор из бетонных плит с «егозой» по верху. Там, где пролёты были слишком длинные, стояли сваренные из железных угольников и труб вышки с часовыми. Ещё пара стрелковых позиций, которые я смог заметить, располагалась на крышах зданий.

Немного удивили сдвижные ворота. Местные умельцы создали оригинальную конструкцию, приварив к одному из бортов грузовика раму со стальными листами, и просто ездили туда‑сюда, когда нужно было открыть или закрыть ворота.

— Здорова, мужики! — поприветствовал я четвёрку бойцов с клановыми шевронами на рукавах и автоматами, стоящих в створе распахнутых ворот.

— Здорово, бродяга, коли не шутишь, — ответил небритый здоровяк с красными похмельными глазами.

Как оказалось, несмотря на свободный вход на территорию базы (кстати, только в разрешённые места), меня отправили к «особисту», где пришлось сначала зарегистрироваться, а потом и ознакомиться с правилами поведения на территории клана.

Регистрация включала в себя всего три вопроса:

— Какое имя носишь в Окаянке?

— В каком клане состоишь?

— На чём специализируешься?

Почесав переносицу, назвался Оружейником — тем более мой набор реально крутых стволов словно магнитом притягивал взгляды окружающих.

— Я из вольных, — ответил на второй вопрос.

И вдруг не смог с ходу ответить на следующий. Охотником меня было не назвать, так как охота — это не только меткая стрельба; собирателем — тоже: это направление «искусства» мне было не интересно.

«Так кто же я тогда?» — на секунду задумавшись, всё же выдал прозвучавший немного неуверенно ответ:

— Снайпер.

Мужчина бросил быстрый взгляд на моё вооружение и, не обнаружив там ничего дальнобойного, равнодушно пожал плечами.

— Ходок, известный под именем Оружейник, одиночка. Боевик. Хорошо вооружён. Имеет высокие стрелковые навыки, — записал «особист» — низкорослый мужчина средних лет с пивным брюшком.

Правила поведения тоже были элементарными: не провоцируй, не конфликтуй, не воруй и останешься жив.

Отыскать местную гостиницу не составило труда, особенно если учесть, что подходящих зданий было всего четыре. На дверях заведения какой‑то остряк намалевал синей краской половину звезды. Усмехнувшись, толкнул дверь и оказался в холле, в котором буквально всё выдавало фабричную проходную.

— Добро пожаловать в гостиницу «Ползвезды», — произнёс женский голос.

За самым обычным письменным столом обнаружилась потрёпанная жизнью дама средних лет с сигаретой в «когтистых» пальцах.

— Вот только не надо мне тут рифмовать! Задолбали!

Сварливо добавила женщина.

— Мне номер получше, на три дня.

Дама мгновенно успокоилась, достала из стола толстый журнал и ручку. Предупреждая вопрос, ответил:

— Оружейник.

Неожиданно каллиграфическим почерком женщина внесла моё новое имя в журнал и, не поднимая головы, спросила:

— Платить как будете?

— А какие есть варианты?

— Деньги, «стекло», патроны, услуги — но последнее только для специалистов.

— Тогда деньги.

Содрав с меня девять тысяч рублей за конуру с железной сетчатой койкой, свалявшимся ватным матрасом и влажным серым бельём, дама вернулась «за стойку», оставив меня в номере одного. Единственное достоинство доставшейся мне комнаты заключалось в том, что она вмещала только одного постояльца: большая часть номеров была рассчитана на целые команды.

Поколебавшись, оставил оружие (кроме ТТ и ножей) в номере и пошёл проведать знакомых и перекусить.

Как оказалось, на базе имелась недорогая столовая для тех, кто хотел дёшево и сытно перекусить, и бар, где можно было всё то же самое, но в более цивильной обстановке, с алкоголем и сильно дороже. Посетив столовую, где меня всего лишь за двести рублей накормили гречневой кашей с маслом и огромным куском чёрного хлеба (кстати, членов клана кормили бесплатно), пошёл искать Паромщика.