Как раз в это время, проходил шабаш «мироновцев», среди которых было много мастеров этого самого паркура. Вот их и стали в первую очередь «трясти». Не обошли вниманием и их атаманшу — Марию Миронову. Будучи допрошенной, она высказала удивление тем, что неизвестного парня ищут не с целью наградить, а с целью наказать! Пришлось следователю объяснить несознательной девице, что злоумышление, совершенное находящимся в поиске человеком, состояло в несанкционированном нарушении границ жилища. Пришлось даже зачитать Мироновой соответствующую статью закона, где четко разъяснялось, что несанкционированное проникновение в чужое жилище, разрешено ограниченной категории государственных служащих и только при возникновении форс-мажорных обстоятельств. И служащие эти должны в этот момент находиться при исполнении своих служебных обязанностей.
В ответ на это разъяснение, девица сперва пребывала в огромнейшем потрясении, а затем произнесла:
— Дурдом! Форменный дурдом! Так выходит что он не герой а преступник?
— Именно так барышня. И мы обязаны установить, какой ущерб пострадавшим нанес пожар, а какой его действия. И были ли эти действия намеренными или нечаянными. Постельное покрывало попортил явно он. Это твердо установленный факт.
— Боже мой! Да как вы живете с такими убеждениями?
— Это закон барышня, он суров, но его нужно выполнять.
Дальше из материалов дела следовало, что проникшаяся серьезностью происшествия, Миронова пошла на частичное сотрудничество со следствием и письменно, в стихотворной форме описала приметы преступника:
Называть имя преступника она не стала, отговорившись тем, что сама его не знает. Впрочем, учитывая то, что она изложила дальше, следователь пришел к выводу, что у Мироновой есть основания бояться за свою жизнь и здоровье. Преступник оказался не одиночкой, а членом тайной организации:
Этот робкий намек, также изложенный в стихотворной форме, был правильно понят следователем, который вел это дело. Действительно, нет смысла давить на единственную ценную свидетельницу, которая боится мести злоумышленников больше, чем полицию. Не помогло даже официально сделанное обещание, распространить на нее и ее близких программу защиты свидетелей.
— Если вам нужно, то ищите злодеев сами. Вам за это общество жалование платит. А меня увольте!
Что еще? А еще удалось уговорить ее описать опознавательный знак членов этой банды. Она не отказалась и умея неплохо рисовать, изобразила в цвете этот значок. Ну а дальше, пришлось ее отпустить восвояси. После чего, полиция Москвы в буквальном смысле встала на уши. Еще бы! Накануне готовящейся в Первопрестольной ежегодной встречи правящих особ Священного Союза, случайным образом выясняется, что в Москве действует организованная банда ловких молодых людей, чьи намерения полиции неизвестны. Пришлось место встречи монархов, из соображений безопасности, перенести в Варшаву. Ну а полиция занялась поиском банды. Увы! Сведения о приметах злоумышленников каким-то образом проникли в прессу. В результате, московская молодежь внезапно полюбила футболки и кепки, как символ крутости. Ну а злополучный значок начали массово заказывать у московских ювелиров. Первые задержания, произведенные полицией по указанным приметам, ясно показали, что эти молодые люди вряд ли имели отношение к спорту. Зато скандалов возникло множество, ибо часть молодых людей оказались сыновьями непростых родителей. Ничего не дало и задержание по уточненным приметам. Обладатели спортивного телосложения, одетые соответствующим образом, оказались оперативными работниками либо самой полиции, либо других спецслужб. Апогеем возникшего скандала оказался случай, из ряда вон выходящий.
В один прекрасный день, кто-то из бдительных граждан донес в полицию, что в одном из парков Москвы, в районе Крымского Вала, происходит сборище людей подходящих под упомянутые приметы. И действительно, собравшиеся возле фонтана молодые люди, имели подходящую стать и выправку. Вызванный на место сборища полицейский спецназ, неожиданно нарвался на жестокий отпор со стороны собравшихся. И лишь после окончания побоища, в результате которого пострадали обе стороны конфликта, выяснилось, что жандармы напали на резервистов Семеновского гвардейского полка, праздновавших один из полковых праздников. А почему они пришли со знаком ГТО? Бравые семеновцы на это вопрос ответили просто:
— Имеем на это полное право.
А один из задержанных, в доказательство этого даже процитировал:
Вот это что-то новенькое! Видимо уже народное творчество, а не вариант самой Мироновой. Пришлось отпускать этих нахалов, взяв с них только штраф. Уходя прочь, семеновцы обещали, что всякого, кто нацепит этот значок и не подтвердит на это своего права, они примерно проучат. Ну что же, в этом есть польза. Пусть чистят город от самозванцев. Легче будет настоящих злоумышленников найти.
Но все-равно искать злоумышленников нужно. Полиция, перегруженная многими делами, с этим явно не справлялась. Пришлось напрячься «опричникам». Кстати, семеновцы выполнили свое обещание. Всякий кто не мог подтвердить на деле свою крутость, тут же на месте лишался модных атрибутов. Чаще всего хватало одних угроз со стороны гвардейцев, но были и случаи применения силы.
Впрочем, сосредотачивать все свое внимание на единственном происшествии не стоило. Пора было возвращаться к более масштабным делам. Информационно — аналитическая служба наконец-то закончила сводный отчет по «мироновцам». Как раз сегодня, фельдъегерь доставил его в секретариат Девятого Департамента. Как всегда, отчет пришел и в бумажном, и в электронном видах. Правила делопроизводства запрещали пересылать такого рода документы электронной почтой или обычными курьерами.
Отчет в бумажной форме, так и остался в секретариате, до особого распоряжения. Алексею Константиновичу удобней было изучать его электронную версию. Загрузив файл, он увидел объемный рисунок, напоминающий разноцветную губку. И «губка» эта была наложена на административную карту Российской Империи. На первый взгляд, в этой путанице разноцветных значков и соединительных линий невозможно разобраться. Но князя это не смутило. Отключив все слои изображения, кроме нижнего, он получил в итоге, покрывшую территорию России жидковатую сетку красного цвета. Каждый узелок «сетки» означал либо сообщество «мироновцев», либо идейно близкие им организации. Каждая линия означала горизонтальную связь между этими организациями. Наиболее густая сеть была в Питере (восемь узелков) и в Первопрестольной (пять узелков). Прочую территорию страны накрывали слишком крупные на вид ячейки. Узелки этой сети находились только в некоторых крупных городах, числом не более тридцати. Впрочем, это только начало процесса. Схема явно будет существенно дополнена. В пояснении ясно сказано, что по данным социологических исследований, после скандального Московского Шабаша, среди молодежи замечен резкий всплеск интереса к самодеятельному спорту.