Вторым по значению поставщиком на мировой рынок «особого товара» являлся синдикат, возглавляемый Гвианскими Бонапартами и Бразильскими Браганца. Эти монополизировали поставки жаждущим кайфа потребителям, кокаина. Третьим по значению поставщиком «дури» были уже Романовы. Собственно мировой рынок давно был поделен между этими тремя самыми крупными игроками. Прочие правящие дома тоже участвовали в этом прибыльном деле, но только как второстепенные фигуранты. Правда время от времени, предпринимались периодические попытки со стороны частных лиц, возглавлявших крупные криминальные структуры, создать свой независимый бизнес. Попытки эти всегда оканчивались плохо. На них обрушивалась вся мощь спецслужб, а иногда и армий стран Священного Союза. Именно тогда, телевидение показывало обывателям, как доблестный спецназ «пакует» лидеров преступного мира, а ставшие вдруг неподкупными судьи отвешивают злодеям тюремные сроки астрономической продолжительности. И это правильно! Нечего лезть с суконным рылом в калашный ряд.
Ладно, скажите вы, допустим есть нужда травить собственное население, но зачем тогда России травить весь мир? Неужели больше не на чем получать прибыли? Увы! Романовы не от хорошей жизни этим занялись. Выручавшая их долгое время хлебная торговля сошла на нет после того, как европейские страны достигли выдающихся успехов в развитии собственного сельского хозяйства. Торговля сырьем? Неплохо бы, но в этой сфере нет монополистов. Та же Африка или Австралия превосходят Россию по запасам полезных ископаемых в разы. А если учесть, что добывать тамошнее сырье проще и дешевле?
Добыча углеводородов? А тут все обстояло совсем плохо. Бакинской, грозненской, поволжской и сахалинской нефти с трудом хватало только на удовлетворение внутренних потребностей. Большая часть отечественной предприятий органического синтеза, использовало в качестве сырья продукцию сельского хозяйства или опиралась на лесохимию. Что делало конечную продукцию более дорогой и менее качественной. А куда деваться? Известные Ирине Павловне гигантские месторождения нефти и газа в Западной Сибири, были известны и здесь. Вот только здесь они так и остались нетронутыми. Почему? Причина проста. Для того, чтобы начать разрабатывать эти месторождения, нужно было вложиться в сопутствующую инфраструктуру. Вот только стоимость этой инфраструктуры превысит стоимость добытой нефти. Ни одна корпорация не пойдет на такие убытки, ведущие к разорению. Такое возможно было только в СССР. Правда, история знает и другие подобные случаи. Синтетический бензин по себестоимости изготовления временами обходился в семнадцать раз дороже натурального. Тем не менее, в отчаянной ситуации, когда безопасность и устойчивость державы важнее получения прибыли, на развитие такого производства шли. Да и то, в качестве временной меры. Но все это не сравнить по затратам с Тюменской эпопеей. Затратив труд целого поколения, Советский Союз сумел облегчить доступ к этим месторождениям. Но у Советского Союза всегда вопросы безопасности имели приоритет и было за счет чего покрыть гигантские убытки. Но получив доступ к нефтяным богатствам своих недр, страна подписала себе приговор. Как только добыча нефти стало реальностью, сразу нашлось много желающих получать с этого прибыль в свой карман.
В здешней России до этого еще не дошло. Сибирские просторы оставались слабо освоенными. Поэтому наркобизнес оказался для России палочкой-выручалочкой, которая позволяла иметь населению страны достойный уровень жизни. Самыми прибыльными регионами являлись Маньчжурия и Туркестан. И именно там происходило столкновение интересов между Британской и Российскими империями. Баланс успехов и неудач с двух сторон был пока что нулевым, но расслабляться Романовым не стоило. Ростки сепаратизма в этих регионах были не выкорчеваны до конца. Не последнюю роль в этом деле играла подрывная деятельность агентов британских спецслужб.
— А что у нас с «британским следом»? — задал вопрос представитель флота князь императорской крови Александр Алексеевич Романовский. Кстати, единственный из Романовских в этом собрании Романовых.
— Пока что непонятно, — ответил Леонид Михайлович, — все, что накопал наш Алексей Константинович, так это непонятные сведения о контактах «мироновцев» с какими-то «большевиками». Причем источник сведений тот же самый: перехват переписки в Сети нашей «Умной Маши» с ранее никому не известными англичанами. Впрочем, мы уже убедились на примере истории с ГТО, как легко его аналитики высасывают из пальца далеко идущие выводы.
— Но ведь мы тоже пришли по ряду вопросов к схожим выводам, — заметила сестра царя, — а ведь нас трудно упрекнуть в пристрастии к «веществам». И кстати, опять эта Маша! Вам не кажется, что она слишком умна для девочки из простой семьи?
— Думаешь, начать стоит с нее?
— Леонид Михайлович, это ваша кафедра и вам лучше про это судить. Но раз уж все началось с этого ребенка, то может стоит и нам начать разбираться сперва с ней?
— Тогда Ксюша, я попросил бы тебя к этому подключиться и помочь нам по своей линии. Тебе просто проще будет при нужде установить с ней контакт.
— С чего это?
— А с того, что у нее уже берут интервью, печатают ее сказки, снимают в рекламных роликах…
— Я поняла вас Леонид Михайлович. Хорошо, я займусь этим. Но и вы тогда не должны остаться в стороне.
Глава 15. Мечтатели
Вообще то, Татьяна Сергеевна изначально мечтала о другом. Скорее всего она видела себя в роли хозяйки чисто литературного салона. Вот только она не учла одного: в написанной нами совместно книжке было достаточно много технических подробностей. Большинство детей, для кого и предназначалось наше творчество, особого внимания на них не обратят. Но есть и такие, которые обязательно спросят взрослых:
— Папа, а такое бывает?
И опять, большинство пап ответят что-нибудь и забудут про это. Большинство, но не все. Например Семен Васильевич Морозов, прочитав то, что принес ему сын, начал чесать в затылке, а закончил тем, что начал искать встречи со мной. Почему? А потому, что идея летающих на большой высоте ретрансляторов, способных покрыть огромную площадь, показалась ему вполне здравой. После того, как я была им выпотрошена до упора, он пригласил и других специалистов. Все эти разговоры о съемке местности, о разведке погоды, о трансляции радио- и телепередач, о новых способах навигации, вызвали неподдельный интерес у его сослуживцев. Идея запуска ИСЗ им очень понравилась и теперь они готовили статью в один из специальных журналов о новых перспективах на этом поприще. Проблем с конструированием запускаемого в космос «изделия» они не видели. Имеющиеся в распоряжении здешних инженеров технологии позволяли и не такое. Стоило мне пробудить в них интерес, как они без всякой подсказки с моей стороны додумались даже до идеи обитаемых орбитальных станций со сменным экипажем.
— А что здесь невероятного? Одними специализированными аппаратами не обойдешься. Многофункциональный центр управления и обслуживания аппаратов тоже потребуется.
— Вы правы коллега. Кстати, а зачем все аппараты запускать с Земли? Те, что выработают свой ресурс, можно модернизировать и повторно запускать с этой летающей базы!
В общем, разбуженная вовремя творческая мысль била ключом. Правда, оставался один узкий вопрос: как все это доставить на орбиту? В виду того, что отсутствовала военная конфронтация между крупнейшими державами, местные армии и флоты не имели ни межконтинентальных ракет, ни даже ракет среднего радиуса действия. Да и ядерное оружие отсутствовало совсем, хотя атомные электростанции были. Российские армия и флот, имели на вооружении как крылатые, так и баллистические ракеты с твердотопливными двигателями. Вот только радиус их действия не превышал трех сотен километров. Ну а скорости полета не превышали трех махов. Привлеченные к обсуждению проблемы флотские ракетчики, слегка охладили пыл разошедшихся мечтателей:
— Вам потребуется аппарат, развивающий скорость порядка восьми километров в секунду. Таких ни у кого нет.