И я гордился другом за это.

К трём часам мы подъехали к банкетному залу. Настроение у всех было приподнятое, гости обсуждали церемонию и пойманное кольцо.

Я зашёл в зал первым и застыл.

Зал был украшен, но не для нас.

Чужие цветы на столах. Чужая рассадка с чужими именами на карточках. Баннер с надписью «С юбилеем, Леонид Максимович!» над сценой. И первые чужие гости, которые уже подтягивались к столам.

Ёлки-иголки.

Ко мне подбежал красный администратор.

— Вы… вы со свадьбы? — спросил он.

— Да, — сказал я. — У нас забронирован этот зал с трёх часов. Договор, предоплата, согласованное меню. Что здесь происходит?

— Понимаете… произошла ошибка, — он сглотнул. — Заведение подтвердило бронь дважды. Двум сторонам. И вторая сторона приехала раньше. Они уже здесь, уже рассаживаются. Мы пытаемся решить вопрос, но…

Приехали… Похоже, свадьба отменяется.

Ругаться с администратором было бесполезно. Он и так был пунцового цвета из-за этой ситуации и мысленно готовился к увольнению. Чем он сейчас поможет?

— Где юбиляр? — спросил я. — Проводите меня к нему.

— З-зачем? — выдавил из себя администратор.

— Затем, что вы этот вопрос не решите, — вздохнул я. — А я попробую. Ведите меня к нему.

Администратор повёл меня через зал мимо чужих столов. Гостей пока что было не так много, может, человек пятнадцать. Во главе стола сидел седой мужчина лет семидесяти. Довольно хорошая осанка для его возраста, прямой и спокойный взгляд.

— Леонид Максимович, — администратор охрип от волнения и мечтал провалиться сквозь этот пол с ковровой дорожкой. — Тут… вот…

— Прошу прощения за вторжение, — сказал я. — Меня зовут Александр Александрович Агапов. У нас произошла накладка. Заведение подтвердило бронь этого зала дважды, вам и нам. Наше мероприятие — это свадьба, и молодожёны скоро подъедут, а зала нет. Я хотел бы обсудить, как нам можно решить эту ситуацию.

Юбиляр поднял на меня внимательный взгляд и лукаво прищурился.

— Агапов? Александр Александрович? — переспросил он. — Вы меня не помните?

Его лицо в самом деле казалось мне смутно знакомым. А сейчас, когда он спросил, я окончательно вспомнил. Его привозили ко мне на одном из дежурств в стационаре месяца два назад. С нарушениями речи и слабостью в правой руке.

Разумеется, было подозрение на инсульт. Однако я измерил глюкозу крови, и она показала два и одну десятую. Это была гипогликемия на фоне недиагностированного диабета. Я поднял ему глюкозу крови, а затем выписал и дал направление к эндокринологу.

— Помню, — улыбнулся я. — Как самочувствие?

— Если бы не вы, то не праздновал бы сейчас свой юбилей, — хохотнул Леонид Максимович. — Вы же мне жизнь спасли. Теперь на учёте состою, за сахаром слежу, и всё у меня отлично.

— Рад это слышать, — искренне сказал я.

— А я-то как рад! — он резко посерьёзнел. — Так, стоп. У вас свадьба, говорите. И этот… — он глянул на администратора так, что тот стал ещё краснее. — Этот балаган напутал что-то с залом?

— Именно так, — кивнул я. — И надо как-то решить этот момент.

— Да что тут решать, мы вам зал уступим, — Леонид Максимович решительно поднялся из-за стола. — Тут есть ещё малый зал, перейдём туда, мои гости поместятся. А вы гуляйте тут, свадьба же!

— Но малый зал сейчас открыт для свободных посещений… — администратор после этого случая будет год ходить к психологу. — Я не…

— Так закройте, — стукнул кулаком по столу Леонид Максимович. — Это же из-за вашей ошибки вообще всё произошло. Распорядитесь, чтобы всё перенесли туда, а здесь всё накрыли под свадьбу!

— Х-хорошо, — администратор ретировался.

Я усмехнулся. Забавное совпадение, что юбилей здесь праздновал именно мой пациент. Но не сильно удивительное, город у нас маленький, так что ситуация вполне себе банальная.

— Спасибо вам огромное, — сказал я. — Вы нас очень выручили.

— Ерунда, — он подмигнул. — Хоть как-то отплатил за своё спасение.

Он поднялся и начал командовать своими гостями. Делал он это с явным удовольствием человека, который всю жизнь кем-то руководил. Через пятнадцать минут юбилей организованно переехал в малый зал, прихватив с собой цветы, карточки и баннер про Леонида Максимовича.

Персонал забегал, переставляя столы и вешая свадебные украшения. А я вернулся к администратору. Тот смотрел на меня затравленным взглядом.

— А теперь о компенсации, — сказал я. — Ваша ошибка чуть не сорвала свадьбу моего лучшего друга. Если бы юбиляр оказался не таким понимающим, мы бы сейчас искали зал по всему городу. Я требую скидку. Тридцать процентов от итогового счёта. Или я пишу жалобу в Роспотребнадзор с подробным описанием двойной брони.

Администратор сглотнул.

— Тридцать я не могу… — пробормотал он. — Меня уволят за такое… Двадцать могу провести как… как компенсацию за неудобства.

— Договорились, — кивнул я. — Двадцать процентов. И чтобы зал был готов через двадцать минут, пока молодожёны не приехали.

— Будет! — заторопился администратор. — Всё будет!

Он успел, и зал подготовили ровно до приезда Гриши и Стаси. От юбилея не осталось и следа, друзья ничего не узнали.

Лиля взяла меня за руку.

— Всё в порядке? — спросила она.

— В полном, — кивнул я. — Скидку молодожёнам за ресторан выбил.

— Умеешь же ты, — улыбнулась девушка.

Начался банкет. Тамада, тот самый Виктор, с которым я разговаривал всю неделю, всё-таки справился. Я решил дать ему шанс, и он в конце концов не подкачал. Программа была весёлая, без пошлости, с упором на историю пары.

Гости угадывали интересные факты о молодожёнах. Викторина «Как хорошо вы знаете Гришу и Стасю» прошла с азартом. Танцевальный баттл между командой жениха и командой невесты закончился ничьёй, хотя команда невесты объективно танцевала лучше. Тамада проявил дипломатичность.

Потом пошли тосты.

Лиля встала с бокалом и немного смутилась от общего внимания.

— Я знакома с вами не так давно, — сказала она. — Но когда Стася рассказывала мне про Гришу в первый раз, она сказала: «Он странный, но у него добрые глаза». По-моему, это лучшее описание. Берегите друг друга.

Стася послала ей воздушный поцелуй.

Следом поднялся Бумагин. Илья держал бокал двумя руками и явно волновался.

— Гриш, я тут подумал… — начал он. — Вы отличная пара, объективно. И Стася классная. А я… короче, я рад, что у вас всё получилось. Вот.

Коротко и по существу. Зал зааплодировал. Илья сел, и я только сейчас заметил, что рядом с ним сидит Лена. Всё-таки у этих двоих тоже всё сложилось, и я был этому рад.

Потом встал Енот. В сером костюме и галстуке с енотами он выглядел почти солидно.

— Я знаю Гришу десять лет, — сказал он. — Видел его в рейдах и в данжах. Я видел, как он в одиночку танковал босса, когда вся группа легла. Но таким счастливым я его вижу впервые. Стася, спасибо тебе. И передайте мне вон ту тарелку с бутербродами, пожалуйста.

Зал тут же потонул в общем смехе, но тарелку всё-таки передали.

Настала очередь родителей. Первым поднялся отец Гриши, Лев Андреевич. Регина Станиславовна встала рядом с ним.

— Мы с женой хотим сказать несколько слов, — начал он. — Признаюсь честно, Гриша в принципе оказался в этом городе из-за нас. Из-за нашего… воспитательного момента. И в какой-то момент я стал думать, что испортил ему жизнь. Компьютеры, игры, какой-то клуб в маленьком городе. Я хотел, чтобы его жизнь сложилась иначе. Саратов, серьёзная карьера, костюм.

Он сделал паузу. Гриша чуть напрягся.

— Но когда я приехал сюда, то увидел, что мой сын повзрослел, — продолжил Лев Андреевич. — Что он сам научился отвечать за свои поступки. Увидел, что у него есть друг, о котором я могу только мечтать. Увидел Стасю.

Регина Станиславовна взяла слово.

— Стасенька, спасибо тебе, — сказала она. — Когда Гриша впервые рассказал о тебе по телефону, он говорил двадцать минут без остановки. Про нас с отцом он столько никогда не говорил. Я тогда поняла, что это серьёзно.